"Зарубежная фантастика 2024-4" Цикл "Люди льда". Компиляция. Книги 1-23 (СИ) - Сандему Маргит - Страница 924

Разве можно сказать «нет», не обидев при этом девушку?

— Можете идти, — выдавил он из себя. — Я должен поговорить с Тийли.

Все молча посмотрели на него, Тува торопливо погладила его по руке — и все ушли.

И Марко остался наедине с маленьким созданием, которое дольше всех в истории страдало от злобы Тан-гиля.

Это была родная дочь их злобного предка!

Горечь и ненависть кипели в груди Марко, словно раскаленная лава. Ему хотелось кричать от ярости, хотелось бить своего отвратительного предка до тех пор, пока от него ничего не останется.

Но он молчал.

Тийли потихоньку всхлипывала.

— Ты хочешь, чтобы я ушел? — тихо спросил Марко. Это был глупый вопрос, свидетельствующий о его нерешительности.

— Нет, — испуганно ответила она — Не уходи! Не уходи! Я так благодарна вам за то, что вы пришли! Не уходи!

Он подошел поближе, остановившись возле самой расселины.

— Ты ведь поняла, о чем мы говорили? — мягко спросил он.

Отвернувшись, она через силу ответила:

— Да.

Воцарилась тишина. Марко толком не знал, с чего ему начать. Девушка дрожала от страха, и сам он был так взволнован, что ему хотелось просто закрыть лицо руками и плакать. Единственным утешением было то, что она не повторила своей просьбы о том, чтобы ей дали умереть.

Сделав глубокий вздох, он сказал:

— Нам с тобой нужно время, Тийли, чтобы познакомиться друг с другом, возможно, даже понравиться друг другу. Но времени у нас нет.

Мы должны помочь Натаниелю, это он должен вступить в борьбу с Тан-гилем, который скоро явится сюда, Я хочу лишь, чтобы ты знала, что я тоже жил намного дольше, чем обычно живут люди. Мне тоже известны муки одиночества, потому что у меня нигде нет дома. Так что в этом мы похожи с тобой, Тийли. Маленький Цветок…

Закрыв глаза, она всхлипнула.

Он подошел еще ближе. Перешагивая расселину, он почувствовал ток горячего воздуха.

— Нам нужно задать друг другу столько вопросов… — тихо сказал он, став рядом с ней.

— Да, это так…

— Но у нас нет времени. Дорога каждая секунда, ведь Тан-гиль идет сюда.

— Да… — ответила она. — Мне остается жить всего несколько часов. Я должна умереть, он убьет меня… после этого. Но сейчас я не хочу умирать!

Ее слова придали ему смелости. Он протянул руку и погладил ее по щеке. Она испуганно задрожала, но не отвернулась.

— Уведи меня отсюда… — прошептала она, стыдливо прикрыв глаза.

— Да. Не бойся меня.

Говоря с ней, он гладил ее по волосам и по щеке.

— Но я не понимаю, как в тебе поддерживается жизнь, — сказал он, — Без пищи…

— Мне не требуется пища.

— Без отдыха.

— Отдых мне тоже не требуется. Но я научилась — ведь время тянется так долго, так долго — впадать… не в спячку, нет… Как это можно назвать?

— Может быть, кома?

— Да. При этом исчезают все человеческие ощущения. Ведь Вы, благородный господин, понимаете, что он остановил мое развитие. И этот подземный огонь сохраняет меня такой, какой я была когда-то.

— Я понимаю.

Марко почти не видел ее из-за слез, застилавших ему глаза. Он снял с себя свитер и рубашку. Время, конечно, поджимало, но это маленькое существо не заслуживало грубого обращения.

В голове у него пронеслась одна устрашающая мысль. Он читал книгу Джеймса Хилтона и видел фильм о Шангри-Ла, горной стране, где люди не старятся. Об одной экспедиции, случайно оказавшейся там, и о том, как член этой экспедиции влюбился в одну молодую и красивую женщину. Им удалось бежать, но стоило им пересечь границу долины, как рядом с ним оказалась дряхлая, умирающая старуха.

Что будет с Тийли, если они освободят ее и выведут отсюда? Семь столетий…

Но теперь ему не следует думать об этом. Всадить в нее из милосердия нож он тоже не решался. К тому же это наверняка не помогло бы им пройти мимо нее.

Ему оставалось только одно.

Она открыла глаза и удивленно смотрела, как он расстегивает пояс.

Марко весь дрожал. Казалось, перед ним стоит немыслимая задача, справиться с которой было просто невозможно. Почему они выбрали именно его? Это было недомыслием с их стороны.

Но, подумав об этом, он, к своему удивлению, обнаружил, что ему не хотелось бы поручать это кому-то другому. С каждой секундой его нежность к этой девочке становилась все сильнее и сильнее.

— Вы так прекрасны, господин, — удивленно произнесла она. — Почти как мой брат. Он был тоже темнокожим и статным, но… не таким, как Вы!

— Я знаю Таргенора, — сказал Марко дрожащим от волнения голосом. — Мы с ним друзья.

Она во все глаза уставилась на него.

— Я расскажу об этом потом, — торопливо добавил он, не желая вводить ее в замешательство, — Тийли… Тебе будет больно. Поверь мне, я не хочу причинить тебе никакого вреда, я выполняю свой долг. Ведь будет лучше, если это сделаю я, а не он… этот злодей…

Тийли кивнула в знак согласия. Взгляд ее был испуганным, но она продолжала смотреть ему прямо в глаза.

«Она не знает, что Тенгель Злой — ее отец. И дай Бог, чтобы она никогда не узнала об этом!

Если бы только у меня было время, чтобы доставить ей этим радость! А все получается так грубо, прямолинейно, бесчувственно!»

Она была очень хрупкой. И как бы осторожно он все не проделывал, ей все равно должно было быть больно. Марко прижался щекой к ее щеке, взял ее одной рукой за затылок — и осторожно сблизился с ней. Это не составило для него никаких проблем. Он не был близок ни с одной женщиной, а она была хорошенькой девушкой…

Она слегка вскрикнула, задрожала всем телом — и все было кончено.

Замок был открыт.

Марко кусал губы. Ему с трудом удалось заставить себя прервать акт. И теперь он испытывал дикое необузданное желание продолжать. Но он воздержался от этого, и ему пришлось чуть ли не полминуты задержать вдох, прежде чем он смог выдохнуть.

Тийли прижалась лицом к его плечу.

Он нежно целовал ее ухо, шептал ей слова утешения, просил прощения.

Потом он взглянул на ее руки.

Они были по-прежнему прижаты к скале, словно приклеены. То же самое было и с ее ногами.

— Значит, все напрасно? — прошептал он.

— Нет, — тихо и печально ответила она. — Даже если я и останусь здесь навечно, даже если явится этот презренный негодяй, все равно Вы дали мне так много: близость с другим человеком. Нежность, внимание.

— Но мне пришлось покуситься на тебя, я так сожалею…

— А я ничуть не сожалею. Я благодарна Вам за то, что Вы пришли, господин. Лучше Вас никого нет.

Он торопливо погладил ее по щеке.

— Спасибо, маленькая Тийли! Очевидно, только он является ключом… Это так… так трагично! Я мог бы… Нет, его никто не может убить. Он непобедим, Тийли. Теперь он будет победителем!

— Если я смогу, я убью его, когда он явится сюда.

— Он бессмертен. Но не думаешь ли ты, что я покину тебя? Знай, что я останусь с тобой!

Ему не хотелось говорить ей, насколько щекотливой была ситуация.

Как смогут выйти наружу все те, кто ждет теперь на скальном выступе?

И как он сможет теперь покинуть Тийли?

Он знал, что ни за что не покинет ее, ведь он не смог бы жить, зная о ее одиночестве, о ее трагедии.

Чувства брали свое. Разочарование по поводу неудачи, нежность к этому незнакомому ему существу, к которому он уже питал глубокую симпатию. Глядя на ее руки, он мысленно прикидывал, нельзя ли подковырнуть ножом камень. Но он быстро понял, что это только усилило бы ее страдания. С помощью ножа невозможно было освободиться от магических цепей. А меч Таргенора лежал далеко внизу, возможно, уже засыпанный землей и камнями.

— Господин… — прошептала она.

— Меня зовут Марко. Я твой лучший друг, Тийли. А друга не называют господином. Так что ты хотела сказать?

О, его чувства к ней усиливались с каждой минутой! Никогда он не видел более обворожительного создания! И более несчастного…

— Марко, может быть, я ошибаюсь, но мне кажется, что мне стало легче шевелить ступнями ног.