"Фантастика 2024-20.Компиляция. Книги 1-2 (СИ) - Номен Квинтус - Страница 1859

— Поглоти меня Бездна! Да это ведь железная гроза!

— Знаешь о таких мечах?

— Да кто ж не слышал о черной стали с синими искрами? Байки о железных грозах рассказывают мальчишкам раньше, чем те выучат свое имя! Я думал, что гроз уже не осталось.

Я обвел взглядом ряды ниш, которые словно соты, покрывали стену. И усмехнулся. Иль-Тарионцы хоронили свои черепа с оружием или домашней утварью. Верно, полагали, что это пригодится им после воскрешения.

Что ж, я найду применение их железным грозам.

Сегодня древние мечи снова ощутят вкус живой крови. Напьются ее досыта.

Неустойчивая гора ящиков подо мной зашаталась и обвалилась, Ринг успел ругнуться и отскочить, а я распахнул крылья. Даже не задумавшись. Сделал этот так естественно, словно был рожден с тьмой за спиной.

Постарался об этом не думать и приступил к вооружению своих легионеров. Мне понадобится много мечей. Для каждого мужчины этого острова.

Киар посмотрел на тяжелые тучи. Внутри клубилась тьма, грозящая вот-вот разразиться бурей. Но северянина интересовала не погода, а два харкоста, кружащие над башней. Киар прикоснулся к ободу рубиновой короны, которая скрывала его от чужих глаз. Измененные его не увидят, но могут учуять своим звериным нюхом.

Он вытащил белый клинок. И вошел в башню.

Внутри была лишь одна лестница, закрученная спиралью до самого верха. Бесцветный поставил ногу на ступень. Шаг вверх. Второй… едва уловимый шорох… Стремительно обернувшись, Киар успел увидеть нападение. Змеевидное тело виргуста обрушилось сверху, похоже, чудовище могло передвигаться по стенам и потолку так же легко, как по земле. Толстые кольца обвились вокруг тела Киара. Этого измененного Киар видел лишь раз, виргуст прятался от дневного света в темноте башни и никогда не выбирался наружу. Треугольная голова с единственным желтым глазом и двумя длинными выступающими клыками оказалась возле лица лорда, и тот изо всех сил ударил головой прямо в это затянутое пленкой око. Виргуст не издал ни звука, но удушающие объятия ослабли, и Киар сумел рубануть клинком. Белая сталь окрасилась черной кровью. Клыки схватили воздух возле шеи Киара, но тот успел уклониться. Перемахнув через тело чудовища, северянин развернулся и одним ударом отсек голову виргуста. Она упала со шлепком, змеевидное тело обмякло.

Киар стер с лица брызги черной крови, переступил через отрубленную голову и пошел наверх.

Рейна лениво отбросила с лица белые пряди и прищурилась, всматриваясь в стремительно темнеющее окно. В теле девушки поселилась тягучая, сладкая нега, требующая растянуться на соломенном тюфяке, закрыть глаза и отдаться на волю этих ласковых волн.

Ρжавчина лежал за ее спиной. Сильные руки, доставившие ей сегодня так много удовольствия, погладили живот и грудь Рейны, а мягкие губы прижались к ее шее. Девушка на миг закрыла глаза, гадая, почему прикосновения врага настолько приятны.

— Кажется, начинается буря, — пробормотала Рейна, пытаясь освободиться из плена сладостных ощущений.

— Да, — прошептал Ржавчина, прихватывая зубами мочку ее уха. — Буря уже совсем близко. Мне надо уходить. Скажешь что-нибудь на прощание?

— Что? — пробурчала Рейна, ощущая странное сожаление, что все закончилось. И злость на себя за это сожаление.

— М-м-м, — враг снова лизнул ей шею, потом плечо, посылая по уставшему телу тысячи колких молний. Бесцветная не понимала, как он это делает. — Ну, ты можешь сказать правду. Примерно так: вы были великолепны, Ваше Величество. Я буду помнить этот день до конца своей жизни.

— Да пошел ты! — взбрыкнула Ρейна, и Ρжавчина рассмеялся, щекоча губами ее шею.

Его руки скользнули по телу девушки, пальцы обхватили запястья, потянули назад. И накинули на них веревку!

Рейна дернула головой, словно просыпаясь.

— Ты что это делаешь?

— Связываю тебя. — В голосе рыжего ублюдка не осталось ни капли игривости, а узлы на ее руках он стянул так, что северянка взвыла.

Не веря, что это происходит, она ударила ногой, но враг легко уклонился, перекинул веревку через железное кольцо, вбитое в стену, потянул и закрепил. Рейна ошарашенно забилась, но ее ладони оказались надежно связаны.

— Отпусти меня! Сволочь! Урод!

— Я точно тебе нравлюсь, — ухмыльнулся рыжий и ловко связал и лодыжки девушки.

Ржавчина отпрыгнул, чтобы избежать удара ее пятками, выпрямился. Потом потянулся, наслаждаясь вибрирующими мышцами и силой, разливающейся по телу. Встал, расставив ноги и глядя на северянку. Ухмыльнулся. Она лежала перед ним на соломе, со связанными руками и ногами, обнаженная, растрёпанная и злая настолько, что напоминала воплощенную Вьюгу.

— Неплохо. Надо будет повторить… как-нибудь!

Рейна плюнула, надеясь попасть на голое тело парня. Не попала и зашипела, как рассерженная кошка.

— Немедленно развяжи меня! Какого… склирза? Да я тебя… Знаешь, что я с тобой сделаю, тварь?

— Ай-ай, какой грязный ротик у благородной леди, — едва не мурлыкая, протянул Ржавчина. Присел на корточки, благоразумно решив не приближаться к Рейне слишком близко. Даже связанная она была опасна. — Можешь считать это благодарностью за сегодняшний день. Не хочу, чтобы ты была там, — он кивнул на окно, — когда начнется буря. Хотя…

Ржавый король хмыкнул и, разжав скрещенные пальцы, помахал рукой в воздухе.

— Хотя ладно, не буду врать. Я не хочу, чтобы ты всадила нож мне в спину, когда… поймешь, что происходит.

— Аскеланы не бьют в спину! — рявкнула Рейна. Алые глаза девушки потемнели от ненависти. — О чем ты говоришь? Что происходит?

— Буря, крошка, — Ржавый король выпрямился и улыбнулся. — Приближается буря. Я давно ее жду. А ты пока отдохни, вздремни. Все же я хорошо тебя… м-м-м… как же это назвать поприличнее…

Рейна разразилась ругательствами, а Ржавчина снова рассмеялся. Обернул вокруг бедер свою юбку, натянул сапоги. Глянул через плечо — уже без насмешки. И вдруг, стремительно приблизившись, впился в губы Ρейны порочным поцелуем. Он целовал ее так, как никогда не посмел бы целовать Вивьен.

Но Рейна — не Вивьен.

Тряхнув головой, Ржавый король накинул на северянку ее меховой плащ, отвернулся и ушел.

А Рейна провела языком по прокушенной губе, слизнула соленую каплю. От желания убивать у нее потемнело в глазах.

В высоких бойницах завыл ветер.

Мечей и кинжалов Иль-Тариона с лихвой хватило на вооружение моей армии. Ринг все еще качал головой, рассматривая синие искры на черной стали, но уже молча. Ряды защитников острова выстроились в широком коридоре, рядом с лазом.

Я вышел из густой тьмы и заметил, как люди попятились. Даже лесорубы, способные одним махом свалить здоровенную ель — и те предпочитали держаться от меня подальше.

Не сегодня.

Я прошел вдоль шеренги воинов и каждому посмотрел в глаза. Платок больше не закрывал мое лицо и люди видели черные рисунки, покрывающие кожу. Видели крылья. И Тени, змеями извивающиеся вокруг меня.

Я больше не скрывал то, чем стал.

Я стоял перед мужчинами, глядя в лица тех, кто готов был умереть за свободу.

Все указания уже озвучены, все приказы розданы. Осталось последнее:

— Оберегать мир, свет, жизнь и Империю! — приказал я. — Благо Двери! И пусть помогут нам все святые!

— Вперед!

Решетку лаза сорвали с петель, и орда хлынула наружу. Навстречу буре.

Худой, словно щепка, и юркий, как ящерица, лавочник с улицы Дуболомов просочился в узкую щель между домами, перелез через ограду, забрался на тонкую ветку дерева и швырнул на брусчатку внутреннего двора сверток. Бумага, пропитанная смолянистым настоем, начала медленно тлеть, пока не вспыхнула пламенем и не взорвалась каскадом разноцветных искр. Длинные струи красного пламени выстреливали из сердцевины свертка и разлетались на десятки шагов, словно щупальца неведомого чудовища, желающего сожрать все живое.