"Фантастика 2024-20.Компиляция. Книги 1-2 (СИ) - Номен Квинтус - Страница 1780

— Иви-Иви-Иви! — звенел тоненький голосок преданной Мелании.

— Киар! Киар! — вторили поклонники лорда.

На этот раз бесцветный и правда оказался быстрее, я коснулась ограды на несколько мгновений позже. И, обернувшись ко мне, бесцветный рассмеялся, блестя рубиновыми глазами. Его бледные щеки окрасились румянцем, губы порозовели, и благородное лицо стало неуловимо-притягательным.

— Снег, — выдохнул Киар мне на ухо, оказываясь почти вплотную. — Снег будоражит рубиновую кровь. Трудно сдержаться.

— Удивительные подробности, лорд Аскелан, — пытаясь восстановить дыхание, сказала я. — Надеюсь, тебе хватит запала на обратный путь?

— Не только на него, — неожиданно подмигнул лорд.

Сорвавшись с места, мы понеслись к зрителям, которые уже орали, улюлюкали и топали ногами, забыв о приличиях.

Даже наставник Нейл оказался впечатлен нашей пробежкой и расщедрился на две премиальные звезды для нас с лордом. И на штрафные для всех остальных, наглым образом забывших об уроке.

Зато следующая новость заставила всех снова завопить.

В честь Снеговья Верховный отменил особое положение на острове! И устроил праздник недалеко от фрегата, на котором всех жителей Двериндариума ждет угощение и развлечения.

Я на миг остановилась, осмысливая весть. Снеговье праздновали издревле, это традиция. Вот только вряд ли февр Квин обрадовался празднику. Скорее решил, что угрозы в виде эфрима больше не существует, потому и разрешил гуляния.

Мелания схватила меня за руку.

— Иви! Ну что ты стоишь! Идем скорее!

— Куда? — очнулась я.

Но послушница уже тащила меня к стенам Вестхольда, припорошенным снегом и тоже кажущимся светлыми.

— Скорее!

Мне едва дали посетить купальню и причесаться, накинули на плечи плащ и потащили в сторону Морской Гавани. Я пыталась отбиться, сообщив, что у меня есть другие дела, но, похоже, первый снег будоражил кровь не только бесцветных.

— Это же Снеговье, Иви! — рассмеялся Итан, глядя на почти приплясывающую Меланию. Простой шерстяной плащ взлетал при каждом шаге девушки, словно крылья серой пичуги. Ливентия в своем роскошном песцовом плаще поверх формы, золотой сеточке, накрывающей меховую шапку, и в пушистых перчатках, попыталась изобразить на лице презрение, но не смогла. В этот момент мы как раз свернули на главную улицу Двериндариума.

— Ого, — выдохнул за спиной Ринг, и я обрадовалась, что он тоже здесь. Нам пока не удалось поговорить, но то, что Ринг пришел на Снеговье — добрый признак. Его усилившаяся замкнутость, мрачность и молчаливость изрядно пугали. Ну и бесконтрольное черное пламя, чего уж там!

— Как же красиво! — восторженно захлопала в ладоши Мелания.

Морская Гавань преобразилась. Белый снежный покров сиял от тысячи разноцветных фонариков, опутывающих деревья, дома, лавочки и витрины. На пятачке у театра звенели расписные фигуры каруселей, от витрин несло сладким ароматом кренделей и цветной карамели. На расчищенных аллеях смеялись прогуливающиеся красавицы и сдержанно улыбались февры. А в стороне сияло льдом озеро! Над ним тоже расплескивали искры многочисленные фонарики, а румяная женщина предлагала прокатиться на ледяных полозьях.

— Но когда вода успела замерзнуть? — удивилась я и получила снисходительную улыбку Итана.

— Иви, ты что? Озеро просто застудили двери-асы. Охладители. И полозья делают они, вряд ли долговечные, конечно, но на полчаса катания хватит! Смотрите! Там фонтан из горячего вина со специями!

Я прикусила язык. Ну конечно. Это мы, приютские дети, ждали морозов, чтобы покататься по льду затхлого пруда, лежащего за приютом. А вот в городах катки делали те, кто умел обращать воду в лед. Этот полезный Дар особенно ценился жарким удушливым летом. Я слышала, состоятельные горожане нарасхват заказывали остудителей, чтобы соорудить в своих домах огромные глыбы нетающего льда. А богачи и вовсе любовались фигурными скульптурами и изящными статуями, от которых веяло прохладой.

Хорошо бы и мне досталось столь выгодное умение!

Мимо прошел юный прислужник, неся лоток с конфетами. Я поманила его и взяла целый кулек сладостей, попросив записать долг на имя Левингстонов.

Раздала шоколадные шарики друзьям. На миг мы застыли, восторженно мыча. Сладость лопалась на языке фейерверком вкусов, от удовольствия дрожали коленки.

— Эйфория! Никогда ее не пробовала! — с наслаждением выдохнула Мелания. Ее губы и щеки порозовели от волшебных конфет.

Ливентия фыркнула и начала рассказывать о невероятных сладостях и засахаренных фруктах ее любимой Гранданы, а я засмотрелась на бронзового ловкача, подкидывающего над головой разноцветные шарики.

И ведь ни одного не уронил! Удивительная ловкость для механической куклы! Пока я глазела на диковинку, Итан и Мелания унеслись в сторону каруселей, потащив с собой упирающегося Ринга. Ливентия застыла у магазина бархатных шляпок.

Я же, поколебавшись, направилась к озеру. Каток возвращал меня в детство.

У приютских детей мало развлечений и радостей, так что катка мы ждали особенно. И хоть в нашем прошлом не было никаких полозьев — ни серебряных, ни хрустальных, ни ледяных, не было фонариков и сладостей, но воспоминания были радостными. Я вспомнила, как по-девчоночьи визжал угрюмый Мор, впервые прокатившись по льду. Как танцевала Китти, позабыв о своей хромой ноге. Как хохотал Ржавчина. Как краснела и смеялась Корочка, отбросив глупые ужимки и злые шутки.

Отличное время!

Каток в Двериндариуме был нисколько не похож на тот серый замерзший пруд из моего детства. Здесь все сияло, мерцало и переливалось, а несколько веселых пар кружились на сверкающем льду, словно изящные статуэтки на крышке драгоценной шкатулки.

— Госпожа желает полозья? — улыбнулась мне дородная лавочница. Перед ней высился прилавок с горкой сладостей, рядом стоял огромный бочонок горячего чая. На боку торчал латунный кран, сверху пыхтел ароматный пар. Женщина пригладила белый передник, надетый поверх теплого ватного пальто. — Только протяните ножку, мигом прилажу лучшие полозья в Двериндариуме! Уж поверьте!

— Благо Двери, — растерянно отозвалась я. Подумала и качнула головой. Кататься на полозьях я не умела, а попробовать не рискнула. Хотя и очень хотелось! — Я, пожалуй, так…

Осторожно шагнула на лед. Сапог поехал по идеально отполированному зеркалу, я пошатнулась, взмахнула руками. Но устояла. И стало весело, захотелось разбежаться и покатиться, как тонкая девушка на середине озера. Присмотревшись, я узнала в ворохе разлетающихся тканей и мехов Дейту Скарвис. К ней подъехал смеющийся парень, закружил, разбрызгивая полозьями лед. И я порадовалась за бывшую бесцветную, от которой из-за Дара отказался родной клан.

Справа и слева чинно скользили взрослые февры и их спутницы, не хватало лишь ватаги шумных ребятишек. Но детей на остров Двери не пускали.

Растопырив локти для устойчивости, я сделала еще один скользкий шаг, проехав вперед. И еще! Тихонько рассмеялась. Я заслужила капельку этой радости, самую малую! Возможность почувствовать себя маленькой девочкой, возможность смеяться. Забыть на несколько мгновений ледяного скольжения о маске Ардены, о страхах и сомнениях.

Еще шажок! Эх, все-таки надо было рискнуть и согласиться на полозья!

— Иви?

Сдавленный голос заставил меня обернуться и улыбнуться. Кристиан! Он стоял рядом с резной скамейкой и смотрел на меня. Хотя его глаз я не видела, их прятали тени. Сумрак клубился возле февра, верно, Кристиан забыл закрыть браслет и неосознанно притягивал тени.

Я в два прыжка оказалась рядом и схватила парня за руку. Перчаток не было, и ладонь показалась мне ледяной.

— Что ты делаешь?

Я все еще не видела его взгляд. Тени менялись и вихрились, опутывая лицо февра.

— Снеговье! — радостно выдохнула я, ощущая смутную тревогу. Да что с ним такое? — Посмотри, как красиво!

— Ты стоишь на льду.

— Ну да.

Тени наконец развеялись, и в мерцании фонариков я увидела взгляд Кристиана. На миг показалось, что он такой же, как был в Мертвомире — бирюза под слоем пепла… но февр моргнул, и пугающее впечатление развеялось. Сейчас Кристиан выглядел смертельно уставшим. Лицо снова казалось болезненно бледным. Пожалуй, я поторопилась радоваться успешному выздоровлению парня!