"Фантастика 2024-20.Компиляция. Книги 1-2 (СИ) - Номен Квинтус - Страница 1534

– Он их видел во сне, как я. Но не понимал значения. Только зарисовывал.

– Надо показать их лорду. Он наверняка знает, что они означают!

Я осторожно прикоснулась пальцами к изрезанному дереву и вздрогнула. Древние символы кольнули пальцы Силой, и они словно заледенели.

– Данила, дотронься! Чувствуешь?

– Да, неприятное ощущение.

Ксеня тоже провела ладонью и посмотрела удивленно.

– Я тоже это чувствую, пальцы словно льдинками колет.

– Может, руны все чувствуют, даже те, у кого нет Силы? – предположила я. – Подержи лампу, я постараюсь зарисовать.

Ксеня подняла свет выше, и он заплясал на двери, отбрасывая на пол шевелящиеся тени. Данила заметно поежился. Нам всем здесь было неуютно.

– Долго еще? – нетерпеливо прошептала Ксеня и оглянулась. – Так и кажется, что за нами кто-то наблюдает. Брр…

Я внимательно сверила последний знак с образцом и свернула пергамент.

– Всё уже, закончила. Давайте выбираться отсюда, здесь так холодно.

– Ага, я закоченел весь, как мертвяк в упокойной яме, вот те свят!

– Можно не упоминать здесь мертвяков? – прошипела Ксеня и толкнула Данилу локтем. – Еще накличешь.

– Да не боись, мертвяки смирные, – успокоил ее парень. – Ну, только если не поднятые Тьмой. Те да, и сожрать могут. Или голову оторвать голыми руками. Им же не больно и не страшно, их даже огонь не берет. Один палец останется – и тот будет к тебе ползти, в рот залезет, поперек горла станет, и все – вот она, смертушка! Это нам в школе рассказывали.

Ксеня смотрела на него открыв рот. Потом скривилась.

– Ты что, нарочно? Фу, дурак! И как тебя только в эту вашу школу взяли!

– Сама такая. Я тебе про козу бабки Хлавы уже рассказывал? Так вот, еще у нее была гусыня. Так та вообще без понятий, повадилась собачьи какашки есть, дурна-ая…

– Да я тебя сейчас!!!

Ксеня ухватила Данилу за ухо и пыталась его оторвать, парень отбрыкивался и пихался локтями. Я тихонечко отступила из круга света во тьму и повернулась к стене. Я не видела его глазами, скорее почувствовала нутром, кровью. Просто тьма там была гуще, плотнее и живее, чем в остальном помещении.

– Я не звала тебя, – прошептала я.

«Мне не нужно приглашение», – прозвучало в моей голове. Я охнула и прижала ладони к вискам. То, что слова не были произнесены, а эхом отозвались внутри меня, ошеломило и испугало. Тьма разошлась, Арххаррион шагнул ко мне. Неожиданно стало тихо. Я обернулась. Данила и Ксеня размахивали руками, их рты открывались, но до меня не доносилось ни звука.

– Завеса тишины, – сказал демон. – Ты не услышишь их, а они – нас. И твои друзья не увидят меня.

– Как ты сделал это? – я коснулась своей головы. – Ты читаешь мои мысли?

– Нет, но я могу ответить, если твои мысли обращены ко мне. Это сила слияния крови.

Я кивнула на дверь. Смотреть на него было… больно. И я старалась не смотреть. И не думать о нашей последней встрече.

– Мы нашли здесь какие-то символы, это ведь руны?

Арххаррион кивнул.

– Ты знаешь, что они означают?

– Первый символ значит смерть. Второй – путь. А третий… двойственность целого.

Я нахмурилась:

– Ничего не понимаю. Это какая-то бессмыслица! Зачем мальчик нарисовал их? И Солмея что-то говорила про путь…

– Солмея? Сирена?

– Да, она приходила ко мне.

– Что ей от тебя нужно? – резко спросил Арххаррион.

– Ничего, – смутилась я, – просто поболтать, она совсем ребенок!

– Она – не ребенок, Ветряна. Сирены лишены чувств, у них нет эмоций, их суть – вода, холодная и безжалостная. Сирены не испытывают боли, грусти или радости, человеческие ощущения им недоступны. Не заблуждайся на их счет. Когда Солмея достигнет поры вступления в права Им, она вызовет Майиру на поединок и убьет ее, если сможет победить. И станет новой Хозяйкой. Или Майира убьет Солмею.

– Это чудовищно! – воскликнула я.

– Нет, Ветряна. Просто для тебя это непонятно, вот и все. В Им не может быть двух Хозяек, их поединок – лишь дело времени. Таков порядок вещей, а Бездна живет в каждом из нас.

– Это чудовищно! – упрямо повторила я. – В Подлунном мире всё не то, чем кажется. И все. Но ты ошибаешься, Солмея просто маленькая девочка, которой одиноко, я чувствую это. И ей грустно в озере Им.

Арххаррион пожал плечами.

– Что она сказала тебе?

– Ничего особенного. Мы просто болтали, а лишь напоследок Солмея обмолвилась, что пройденный путь можно пройти заново. Как-то так.

Демон опустил голову. На лице его застыла бесстрастная, ничего не выражающая маска.

– Это что-то значит? – встревоженно спросила я и дотронулась до его руки. – Рион?

Он чуть вздрогнул, в глазах мелькнула звериная желтизна. И мне показалось, что сейчас он меня снова поцелует… Но нет. Лишь чуть отстранился от моей руки. Мне стало стыдно за мой порыв, и я отвернулась. Ксеня пыталась стянуть с ноги ботинок, чтобы ударить Данилу.

Арххаррион, чуть склонив голову, внимательно посмотрел на Ксеню, и, похоже, увиденное ему не понравилось. Мне стало неуютно от этого холодного оценивающего взгляда, захотелось заслонить от него подругу.

– Кто эта девушка? – спросил демон.

– Моя подруга, – с вызовом ответила я, – лучшая и единственная подруга!

Ксенька словно что-то почувствовала, вздрогнула, застыла с занесенной над головой рукой. И неуверенно посмотрела на меня. Губы ее шевельнулись, она что-то сказала. Я вопросительно посмотрела на Арххарриона, и звуки вернулись.

– Ветряна, – неуверенно позвала она, – ты чего там застряла? Пойдемте отсюда, здесь так холодно…

Весь ее боевой азарт как ветром сдуло, она растерянно озиралась, поеживаясь.

Я нахмурилась, пытаясь подавить смутное беспокойство. Теперь демон так же внимательно рассматривал меня. Но мне от его взгляда холодно не было, скорее я ощущала его как прикосновение. Словно он трогал меня длинными смуглыми пальцами, и внутри загорался огонь Хаоса.

Я смутилась и посмотрела хмуро. Арххаррион улыбнулся.

– Ветряна! – это снова Ксеня. Обхватила себя руками, дрожит.

– Нам надо… идти, – сказала я с трудом. И даже хотела добавить «Отпусти меня», хотя он вроде не держал. Или держал?

Я резко отвернулась, взметнув подол платья, и пошла к двери.

Мне казалось, что с каждым днем вопросов становится больше, а ответов – меньше. Точнее, их совсем не было.

Выбравшись из подземелья, мы распрощались с Данилой, пообещав попозже его навестить, забежали к Данине сказать, что сын ждет ее у ворот, а после прямиком бросились на верхний этаж, где располагалась комната лорда Даррелла. Он ничуть не удивился нашему появлению, словно ждал нас.

– Лорд Даррелл! Посмотрите! Мы нашли это в подземном тоннеле!

Пока Шайдер рассматривал нарисованные мною знаки, Ксеня торопливо рассказывала, что мы обнаружили.

– Что это означает?

Я не стала говорить, что уже в курсе, промолчала. Лорд озвучил значения рун, которые мне уже открыл Арххаррион. Ксеня ахнула.

– Кровь и смерть – это нехорошо, я думаю!

– Да уж! Знаки утренней зари и полевых лютиков меня бы больше порадовали, – усмехнулся Шайдер.

– А что, и такие есть? – изумилась Ксеня.

– Нет. Я пошутил, – серьезно ответил лорд.

Девушка смутилась.

– Как вы думаете, почему мальчик их нарисовал? – спросила я.

– Это похоже на древнюю магию крови. Такие ритуалы – прерогатива темных, да и у них запрещены, насколько я знаю! – покачал он головой. – Даже сами руны относятся к древнему знанию и обладают собственной силой. Но я не понимаю, что хотел сказать мальчик! Может, он не дописал?

– А вот эта руна похожа на Аргард, – задумчиво сказала я. – Змея, кусающая собственный хвост.

– Да, она означает «возвращение». Еще одно ее значение – петля бесконечности… Не понимаю!

– Петля? Это как удавка, что ли? – Ксеня сунула нос в пергамент. – Может, это означает висельника?

– Петля в метафизическом смысле, – протянул лорд.