"Фантастика 2024-20.Компиляция. Книги 1-2 (СИ) - Номен Квинтус - Страница 1400

— Дорого возьмешь за кров? — спросила Арма.

— Так сговорились уже вроде? — хитро прищурился старик. — При следующей помывке спинка за мной?

— Твоя спина всегда за тобой, — ответила Арма.

Вечером она лежала на сене, смотрела на светящиеся щели в полу верхнего яруса, на котором вели беседу два старика, слушала фырканье лошадей, шум воды за толстой стеной, обдумывала сделанное и то, что должна была сделать, и все ловила себя на странном волнении, которое накатило неведомо откуда, дрожью пронизывало тело, вгоняло в жар. Ворочалась, пока не уснула. Люк открылся, когда за стенами башни уже стояла тьма. Эша осторожно спустился на одну ступень, на другую, потом раздраженно махнул рукой и вернулся назад.

— Что там? — спросил Тару.

— Проснулась, — поморщился Эша. — Насторожь разбросила, да странную какую-то. Не углядел, поди ты! Никогда не было такого, чтобы я сорвал хоть нитку, не то чтобы вовсе проглядел, пока не уткнусь.

— Колдунья? — сдвинул брови Тару.

— А кто ее знает, — буркнул Эша. — Далековато мы от Запретной долины для легкого колдовства. Это надо или в Гиму, или в Парнс отправляться, чтобы колдуна или колдунью распробовать. Или не знаешь, что приглушено любое колдовство под небом Салпы? Тут разве только что-то простенькое возможно или что-то из древних времен… Конечно, если…

— Если? — переспросил Тару.

— Ты это, — свернул на живот суму, что висела у него на боку, Эша, — возьми вот этот тканый поясок да повяжи на лоб. Я-то и без него обойдусь, а тебе пригодится.

— Зачем это? — не понял Тару.

— Мнится мне, что девка может в чужой голове копаться, — пробормотал Эша. — Да не в догадки играть, а что надо выцеживать.

— Значит, колдунья все-таки? — вытаращил глаза Тару.

— Там увидим, — махнул рукой куда-то на юго-запад Эша. — Впрочем, в Запретной долине, которая всякому колдуну силу дает, как раз этот дар обычно ни к месту, не действует, хотя что я там был, с краешку побродил, и только. Даже не знаю. Но колдунью я б сразу раскусил. Так-то вроде обычная баба, возрастом уже немало за двадцать. Красивая просто. Судя по всему, хлебнула она в жизни достаточно всякого. Но что-то в ней есть особенное. Там увидим, говорю. Или ты думаешь, что она в жены к зеленоглазому пришла проситься? Нет, приятель, туда она собирается. Куда и мы с тобой.

— И много таких там будет? — спросил Тару. — И почему она здесь? Ей бы тогда южнее оказаться надо, лиг на четыреста. Я слышал, чуть не орда в Ледяном ущелье собирается? Сам-то давно там был?

— Лет десять назад, — ответил Эша. — Когда зеленоглазый первый раз в долину пробился. Но далеко мы не прошли…

— Чего это так? — удивился Тару.

— Вот шагнешь за границу, сам узнаешь, — пробурчал Эша. — А здесь я потому, что с полгода назад зеленоглазый сам сказал, что на середине второго месяца весны путь в долину от твоей башни начнет.

— Однако, — покачал головой Тару. — Что-то близко он околицу наметил, мог бы и еще на полтыщи лиг на север отмотать.

— У него свое разумение, — задумался Эша. — Молод, но умен зеленоглазый. Я бы на его месте по-любому в Ледяное ущелье не совался. Там ведь и в самом деле немало народу может скопиться. Уж не знаю, кто слух тот пустил, но всякий о том знает. По легким ушам далеко разнеслось, что уходит он в долину. А уж что сверху приплели — про добычу, про золото, сам знаешь. Говорят, не только людишки, но немало и тати просочилось в ущелье. Я, когда к тебе правил, чуть не орду палхов сумел тайком обойти. Откуда они взялись в Холодных песках?

— Тропок немерено, — пожал плечами Тару. — Особенно окольных — через Западные Ребра да через Восточные, если ближе к Дикому лесу забирать. Однако ближних да хоженых только две — через твою Гиму и здесь. Но этот перевал на замке. Им мейкки командуют, никого не пропускают, даже палхов. Хотя многое могло перемениться… Стали появляться ночами в этом краю незнакомцы, я уж остерегаюсь лошадь за стенами оставлять. Да и мейкки вроде спускаются иногда в ущелье. Следы видел. Но меня пока не трогали.

— Пока, — с тревогой пробурчал Эша. — Ладно. Дождемся зеленоглазого, там все узнаем. Может, он и в самом деле орду для похода в Запретную долину собирает? Только ведь до Анды дойдут немногие. Если вообще хоть кто-то дойдет. Да и есть ли она в самом деле эта Анда, зачарованный город этот, или нет ее? Может, выдумки все? Или была — и нету? Развалины одни? Груды щебня? Что это там?

Лошади вдруг встревоженно захрапели, и где-то за стенами башни послышался тяжелый топот, затем скрежет, словно кто-то провел по железной двери башни стальным когтем, плеск воды и снова топот.

— Мейкк какой-то повадился, — пробормотал Тару. — Я ж говорю. Вроде не озорует особо, но ночами бродит вокруг башни. Да чего удивляться, до перевала чуть за двадцать лиг, а там как раз их деревня. Я сам не был, но зеленоглазый сказывал.

— Так не ходят они ж по одному? — удивился Эша. — Твари, конечно, опасные, но уж больно пугливые.

— В Пагубу, однако, в орде тати мейкки замечены были, — вспомнил Тару.

— Так то магия, — пожал плечами Эша. — Да и в орде опять же… Шаманы постарались, да и слуги Пустоты содействовали.

— А сейчас, выходит, магии нет? — прищурился Тару.

— Есть, — кивнул Эша. — Вот девчонка эта что-то сумела выколдовать, я кое-что могу. Но тяжело, со скрипом, как через толстый войлок. Там вся магия. Там. В Запретной долине.

— И что ты думаешь, — стер с лица усмешку Тару. — Выйдет что у зеленоглазого?

— Должно выйти, — пробормотал Эша. — Если не у него, то у кого же? Да и бывал он уже в Запретной долине и после того раза. Не со мной. Только далеко пройти ему так и не удалось. Да он и не рвался особо. Присматривался в основном. Знакомства заводил. Но теперь последняя попытка. Он так считает.

— Почему? — не понял Тару.

— Двенадцать должны проснуться, — ответил Эша. — Я говорил с зеленоглазым, он не уверен, что это так уж важно, но хочет, чтобы они были на престолах, когда он доберется до Анды. Понятно, что они всегда там, но так, чтобы всей силой, — лучше теперь.

— И есть они там? — прищурился Тару. — Престолы, храм?

— Насчет города не скажу, а храм и престолы точно есть, — кивнул Эша.

— Доберется? — усомнился Тару.

— Теперь доберется, — твердо кивнул Эша. — Все лето впереди.

— Да за лето можно хоть до Туварсы добраться и вернуться, — хмыкнул Тару.

— До Анды дальше, — покачал головой Эша. — Много дальше.

Зеленоглазый появился в полдень следующего дня.

— Едут, — крикнул с башни Тару, когда Арма, которая то рассматривала следы ночного гостя, то готовила какое-то затейливое зенское варево, наконец взялась за упряжь своей кобылки да за укладку дорожных мешков.

Сначала из-за скал появилась лошадь, которой правил крошка-малла, затем еще двое всадников, и уже последним показался и зеленоглазый, хотя цвет его глаз на таком расстоянии определить было невозможно. Но через десять минут Арма разглядела их почти вблизи. Зеленоглазый спрыгнул с лошади и, прежде чем подойти к Тару, бросил на нее короткий взгляд. Она словно кивнула сама себе, пытаясь понять, чего было больше в этом взгляде — удивления или равнодушия, и вдруг вновь удивилась сама, удивилась странному трепету, который охватил ее, даже заставил дрожать колени, и не сразу обратила внимание на его спутников. А они заслуживали внимания. Малла, который сполз с лошади последним, не разжимал рукояти меча, напоминающего скорее кинжал, и опасность, которая понуждала его к осторожности, таилась в двух других спутниках зеленоглазого — вертком лапани с щеткой коротко подстриженных, выгоревших до желтизны волос, и высоком, крепком незнакомце, от которого и впрямь веяло опасностью. Его волосы были седы, но он не производил впечатления старика. Скорее, наоборот, статью он дал бы фору не только малла и верткому, но и самому зеленоглазому. Вот только последнего это вроде бы нисколько не беспокоило.