Верховные маги (СИ) - Эванс Кларк - Страница 42

— Ты не должен так говорить, — прошептала девушка.

Слёзы предательски продолжали вырываться из ее глаз и, скатываясь по лицу, падать в воду.

— Должен. Я ведь поклялся на нашей свадьбе. Забыла?! — Теодор слегка улыбнулся.

— Я погублю тебя, — плакала Анна.

— Ты нужна мне. И мы будем всегда вместе.

Анна опустила глаза и на несколько секунд погрузилась в свои мысли.

— Всегда, — тихо повторила Анна. — Пока ты не умрешь по моей вине.

Теодора испугали слова Анны, но он не успел обдумать их, так как в эту же секунду девушка схватила его за воротник рубашки и притянула к себе. Ощущая соль и кровь на своих губах, Теодор почувствовал всю боль, что таилась в душе бедной Анны. Он знал, что она нуждается в нем. Знал, что нужен ей. Сейчас. Всегда. Пока ты не умрешь по моей вине.

Отстранившись от Анны, он взял мочалку и продолжил смывать с ее тела кровь, чувствуя на губах след легкого поцелуя.

Закончив, он помог девушке выйти из ванны и накинул ей на плечи большое махровое полотенце.

— Мне бы теперь тоже помыться.

Словно не услышав слова Теодора, Анна молча вышла из ванной и подошла к кровати.

Теодор устало вздохнул и прошёл следом за ней. Та неподвижно стояла к нему лицом, опустив голову в пол. Ее волосы, мокрые и чистые, скатывались по плечам и слегка оголенной груди. Теодор повернулся к ней спиной и уже собирался покинуть комнату, как его внезапно остановила Анна.

— Я люблю тебя, Тео, — тихо сказала Анна, сжимая пальцами края полотенца.

Эти слова заставили мужчину встать в ступор. Ему казалось, что вечность он не слышал от девушки этих слов. И они заставили угольки его сердца вспыхнуть с новой силой. Теодор поймал себя на мысли, что за все годы, что они провели вместе, Анна лишь единожды позволила себе сказать, что любит его. Это случилось в день церемонии бракосочетания. Все остальные разы лишь он признавался ей в своих чувствах.

Не сумев сдержать нахлынувший порыв чувств, он резко обернулся и направился напрямик к Анне. Остановившись напротив неё, он обхватил ладонями ее шею и притянул девушку к себе, нежно и трепетно позволив себе прикоснуться губами к ее губам. Резко отстранившись, чтобы перевести дыхание, мужчина прислонился своим лбом ко лбу Анны.

— Я знаю, — прошептал Тео. — Знаю, Анна.

После долгих объятий Теодор поцеловал Анну в лоб и наконец ушёл в ванную на первом этаже, желая поскорее смыть кровь со всего тела.

Глава 37

Анна

Как только послышался шум воды, девушка стащила с себя полотенце и, немного порывшись в шкафу, достала темно-серую футболку и чёрные широкие джинсы. Переодевшись, она повесила полотенце на сушилку и вернулась в комнату. Убрав передние пряди влажных волос за уши, Анна взяла со стола запачканный кровью конверт и распечатала его, вытащив небольшой листок бумаги. Девушка сразу же поняла, что это письмо адресовано ей. Присев на край кровати, Анна развернула лист и принялась читать.

«Анна,

Я не могу назвать причину, по которой написал это письмо. Быть может, настало время исповеди.

Я встретил твоего брата много лет назад в то время, когда он пытался подавить восстание еретиков. Он был на стороне ведьм. А я был его врагом. Заметив Марка на поле сражения, я восхитился его способностями. Он сражался достойно, не трогая женщин и детей. В какой-то момент один из еретиков набросился на него. И твой брат был близок к смерти. Не могу сказать точно, что меня зацепило в Марке, но я, забыв о том, какой стороне принадлежу, убил своего же союзника. Мною двигало чувство, что я должен помочь ему. Мы были врагами. И в каком же жестоком положении я оказался, осознав, что испытываю чувства к нему. Мы стали тайными союзниками. Делали всё возможное, чтобы заключить мир между ведьмами и еретиками. Я был столь наивно влюблен в Марка, что не заметил обман. Твой брат жестоко играл на моих чувствах, уверяя, что испытывает то же, что и я.

Я был лишь частью его плана. С помощью меня ему удалось истребить практически всех еретиков. Узнав об этом, я сделал то, что казалось для меня невозможным. Я убил его. Лишил жизни человека, к которому испытывал самые сильные чувства за всё своё существование. Мне казалось, что так я избавлю себя от боли. Но этого оказалось недостаточно. Жажда мести лишь росла. И тогда я узнал о тебе. Мне захотелось прервать весь ваш род. Но встретив твою сестру, часть моей боли словно исчезла. Я решил, что она единственная ведьма, из которой может выйти толк. Лиза была так похожа на Марка… Ее взгляд, манера речи, привычки. Смотря на неё, я видел его.

Твоя же судьба меня не волновала. Сейчас мне не известно, успел ли я убить Астер и прервать ваш род. Быть может, я убил и тебя. Но я надеюсь, что Лиза выжила.

Это письмо — моя исповедь. И дань уважения Марку. Надеюсь, что узнав причину, по которой твой брат лишился жизни, ты приблизишься к душевному покою, столь желаемому каждому.

Лейт Цукини»

Скомкав лист бумаги, Анна достала из прикроватной тумбочки зажигалку, подожгла комок и бросила в металлическую тарелку, стоящую на столе. Дождавшись, пока огонь полностью исчезнет, девушка достала из тумбочки небольшую пачку сигарет, вытащила из неё одну сигарету и медленно закурила. Не желая портить воздух в комнате запахом дыма, Анна раздвинула шторы и вышла на балкон. Облокотившись на перила, она направила взгляд в небо.

— Так что же было в письме? — с интересом спросил Йен.

— Правда, — выдохнув, ответила Анна. — Лейт оказался жертвой безответной любви. А мой брат, как я и ожидала, был манипулятором. Он поплатился за свой обман.

— Теперь, зная правду, тебе стало хоть немного легче?

— Ну… да. Наверное. Меня так долго мучал этот вопрос, что теперь я даже не знаю, что чувствую. Раньше мне казалось, что я люблю брата. Я считала его хорошим человеком. И даже когда он отстранился от меня после смерти родителей, мне казалось, что он замкнулся в себе из-за того, что был не готов ко всей свалившейся на него ответственности.

— А сейчас? Что думаешь?

— Я не знаю. Я помню того доброго и веселого мальчишку, который играл со мной, помогал родителям и хорошо учился в школе. Но я совсем не знала человека, которым он стал после смерти родителей. Может быть, он и правда сильно изменился. Мне не узнать об этом. Но хочется верить, что он был хорошим человеком в душе.

— Думаю, нет больше смысла гадать. Его нет. А ты продолжаешь жить. Твоя сестра наконец спасена.

— Йен, я плохой человек. В любом случае я не лучше своего брата. А это значит, что и он, и я, мы… подвели своих родителей. Не смогли оправдать их ожидания.

— Вы с братом многого добились, Анна. Вы оба сильные люди. Просто его бой уже окончен в этом мире. А твой, нет.

— Это не честно! — крикнула Анна, бросив сигарету с балкона. — Почему именно я должна жить? Почему умер Марк? Почему погибли родители?

Анна смахнула слёзы с лица и села на пол, облокотившись спиной на стену.

— Я не хочу всей этой ответственности. Меня не готовили к тому, чтобы я заботилась о сестре, решала проблемы, которые раньше меня не касались. Я хочу жить, как раньше. Хочу, чтобы проблемы решали родители.

— Знаю, малышка, — с сочувствием сказал Йен и невесело улыбнулся.

Анна встала с пола и, сложив руки на груди, молча вышла с балкона.

В комнате ее ждал Теодор. Мужчина нервно ходил по комнате, сложив руки на груди. Заметив Анну, Теодор резко остановился и слегка расслабился.

— Финн звонил, — наблюдая за Анной, сказал Тео.

Анна молча подошла к письменному столу, заглянула в металлическую чашу с пеплом и поникла.

— Что сказал? — отстранённо спросила Анна.

— Он сейчас в больнице с Астер. Ей переливают мою кровь. Думаю, с ней будет всё в порядке.

— Надеюсь, — тяжело вдохнула ведьма.

— Не волнуйся. Кинжал не задел жизненно важные органы.

Анна бросила короткий взгляд на супруга и присела на край кровати.