"Фантастика 2024-15".Компиляция. Книги 1-20 (СИ) - Босин Владимир Георгиевич "VladimirB" - Страница 1313

Много время занимала бюрократия в районной администрации. Но за полтора года получилось неплохо подняться. Обменял однокомнатную в спальном районе на трёхкомнатную рядом с парком недалеко от родителей. Были планы воплотить мечту в жизнь - купить машину и гараж. Но, к сожалению недолго длился этот период процветания. Начались проблемы со стороны руководства завода. Ну да, все цеха стоят, рабочие разбегаются, а тут какие-то ухари бабло рубят. Потребовали увеличить выплаты за амортизацию оборудования. После второго в течение месяца подъёма цен Владимир Алексеевич нашел небольшую мастерскую в аренду со всем оборудованием. Но, посыпались как горох - райадминистрация, налоговая, пожарная инспекция, СЭС и т. д. Точку поставил представитель местного криминалитета с предложением отстёгивать половину неправедно нажитого.

А тут очень в тему пришлось предложение тестя, жившего в Алма-Ате. Он собрался перебираться на родину, поближе к родне в Киров. Его предложение заинтересовало семью Серёгиных, также он предложил помощь с переездом. На семейном совете решили переезжать, распродав квартиру и всю мебель.

Перебрались в город на Вятке и быстро купили трёшку в неплохом районе, помог брат тестя, бывший серьезным чином в местной милиции. Устроился Владимир Алексеевич на небольшой завод старшим мастером в механический цех, где и отработал двадцать три года. Дальше жизнь сложилась вполне прогнозируемо и в общем удачно.

Дети выросли - сын отучился на врача анестезиолога, дочь окончила местный университет, стала инженером электронщиком и работала в какой-то крутой конторе. Создали свои семьи, сын подарил внука, а дочь двух прелестных девчонок погодок.

Очень повезло с покупкой загородной дачи, коллега уезжал на ПМЖ в Израиль и предложил свою фазенду на берегу Вятки. Дача шикарная, в два этажа, десять соток, дорожки из тротуарного камня и главное - с выходом к реке. Возиться сам в земле Владимир Алексеевич не любил. Это жену Оленьку всегда тянуло покопаться на грядках. А вот железом и деревом занимался с удовольствием. Красивую беседку соорудил за две недели из металлического уголка и дерева. Две теплицы тоже заслуга главы семьи. На новую ограду и цивильный спуск к воде ушло два месяца.

Особенное удовольствие доставляла даже не рыбалка, а сбор грибов. Лес то был рядышком, через речку. В грибах Владимир Алексеевич был дока. Даже в сухое лето никогда не приходил без добычи. И на сушку, и на засолку, и для мариновки грибы всегда были. Все родственники и близкие соседи снабжались регулярно дарами леса.

Вот и сейчас маринованные маслята украшали застолье. Вечер пролетел быстро. Но всё хорошее быстро проходит, дети как-то вдруг засобирались домой. Сыну завтра с утра на дежурство на сутки, а у дочери тоже какие утренние дела. Оставили только до понедельника младшую внучку.

Старшие Серёгины вышли проводить молодежь.

А позже Владимир Алексеевич примостился на лавку в беседке. Оля пошла укладывать свою любимицу с обязательным чтением сказки на ночь.

Вот ведь почти шестьдесят стукнуло супруге, а сохранила неплохую фигуру. Как говорят, глаза зеркало души и особенное удовольствие для Владимира Алексеевича было смотреть на лицо жены. Живые, ироничные глаза, которые бывают только у брюнеток, легко срывающиеся на смех. С удовольствием посмотрев на идущих к дому жену с внучкой, которую уже надо укладывать на боковую, Владимир Алексеевич плеснул ещё на два пальца вискаря и повернулся к реке. Темнеющий лес, подсвеченный молодой луной завораживал. Почему-то в голову полезли мысли о прожитой жизни. Эх, если бы можно было вернуть время, прожить жизнь заново.

Нет, грех жаловаться, старался, тянул, чтобы всё как у всех, чтобы нужды близкие не знали.

Любимая жена, дети, внуки, в доме все есть. Но как же тяжело это далось. Опять заняло сердце. Стараясь дышать осторожно мужчина начал массировать сердце, хотел крикнуть Оле, чтобы принесла лекарство, но вдруг тело скрутило в узел. Мелькнул свет, это тело осело на землю и сознание погасло.

Какие-то звуки, как сквозь вату пробивались в сознание. Пытаясь собрать мозги в кучу, я попытался открыть глаза. Смутные тени, невнятный бубнёж, раскалывающиеся голова — все это привело к тому, что меня жёстко вырвало. Еле успел повернуть голову и сознание отключилось.

Следующее пробуждение немного отличалось от предыдущего. Першило горло, очень захотелось пить. Попытка позвать не получилась, но на мычание среагировала очередная тень, приподняла мне голову и ткнула в губы кружку с водой. Господи, как хорошо. Занавес.

Разбудили меня опять невнятные звуки, чтобы понять, пришлось напрячься и тут же голова среагировала дикой болью. Укол в руку опять погасил сознание.

Ну вот, так-то лучше, проснулся и меня не стошнило сразу. Голова болела, но терпимо. Судя по всему, я в больнице. Все-таки подвело сердечко. В палате коек восемь, от окна кто-то крикнул - позовите сестру, пацан вроде очнулся. Через несколько минут зашла девушка в белом халате, глянула в мою сторону и тут же исчезла. Минут через пять быстро вошёл в палату врач средних лет, положил прохладную руку мне на лоб и зачем-то посмотрел в глаза. Было неприятно, потому что изображение двоилось, - ну, как самочувствие? - задал он вопрос.

Я хотел ответить, что бывало и лучше, но не узнал своего голоса. Он изменился, стал октавой выше.

- На что жалуешься? - спросил врач.

Я хотел возмутиться, что он мне тыкает, но вдруг понял, что совсем не чувствую тяжести в сердце. Да и вечно ноющую боль в пояснице почему-то не ощущал. Зато болела голова, какой-то шум в ушах и накатывающая слабость намекала на проблемы с головой. Решил закрыть глаза, что бы понять, что происходит и потихоньку отъехал.

Очередное пробуждение было намного приятнее. Самочувствие вроде неплохое. Да что там лукавить - я уже забыл, когда так великолепно себя чувствовал. Побаливает немножко голова в области затылка, за то во всем теле наблюдается удивительная лёгкость. В палате пусто, наверное начался завтрак. Я откинул одеяло и с недоумением посмотрел на свое тело. Худое тело подростка, голенастые конечности и руки детские.

Не понял, что происходит?

Резко адреналиновая атака ударила в голову, путанные мысли как бешенные лишили способности здраво рассуждать. Резко заболела голова, паника накрыла и я опять отключился.

Через какое-то время меня разбудили, медсестра напоила меня и покормила с ложечки манной кашей. Голова была абсолютно пустая, ни одной мысли. Одни рефлексы, минут через десять зашёл другой врач постарше. Спросил о самочувствии и объяснил, что у меня в результате падения закрытая черепно-мозговая травма, предположительно тяжёлая и мне требуется лечение. И что вечером придет мама, а мне лучше всего поспать.

В палате кроме меня было три человека. Молодой парень лет двадцати сидел справа от меня на своей койке и, используя спинку кровати, вязал сетку-авоську из лавсановой нити.

- Извините, а какое сегодня число?

- Так двадцать третье января, а валяешься ты тут уже четыре дня, - быстро ответил парнишка, отвлекшись от своего занятия.

- А год какой?

Парень засмеялся, - хорош прикалываться.

А я не просто так спросил. То, что я - не я, это я уже понял, тело то чужое. А вот обстановка была странная, будто в сельской районной больнице очутился, где ни будь в глубинке. Голые побеленные стены и по тумбочке у каждой кровати. Я-то насмотрелся на больницы в последние годы. Где вызов медсестры, лампы местного освящения и выходы на стене для подключения кислорода и прочие коммуникации.

- Так с утра тысяча девятьсот семьдесят пятый пошел, - парень аккуратно потрепал меня по голове и спросил, не надо ли чего.

Я подогнул колени и накрылся с головой одеялом. Надо собраться, закапсулироваться и понять, что происходит. Получается, я таки умер, но вместо забытия или там вознесения, оказался в теле подростка. Предположительно в СССР в 1975 году. Раз уж так меня крутануло, то не понятно, мой ли это мир или какая-нибудь параллельная ветка развития. Надо затаиться и понять, что делать. И тут меня торкнуло, а если я там умер, как же Оля?