"Фантастика 2024-15".Компиляция. Книги 1-20 (СИ) - Босин Владимир Георгиевич "VladimirB" - Страница 1215

– Эмиль! – взвизгнула я. Увы, в этом вопле прозвучало не только смущение, но и толика страха. – Эмиль, я не могу!

Миг, и я вновь оказалась прижата к широкой мужской груди, а норриец заметно посерьезнел. Пару секунд он вглядывался в мое лицо, а потом наклонился к уху и шепнул:

– Ну чего ты всполошилась?

– Как это «чего»? – пробормотала я и снова попыталась отстраниться.

Но меня опять не пустили, и следующим, что я услышала, стало:

– А что, если я хочу видеть тебя в своей постели независимо от состояния твоего тела? – Эмиль замолчал, позволяя осознать слова. А потом добавил: – Что, если мне очень понравилось засыпать рядом с тобой?

Это был не шок, но около того. Я понимала, что нравлюсь, видела, как Эмиль ревнует, но была убеждена – дело в страсти. А тут… такие невероятные заявления. И как на это реагировать? Что говорить? Нет, не понимаю.

– Бери, что тебе нужно, и пойдем, – так и не дождавшись ответа, шепнул Глун. – У нас появился отличный шанс выспаться, давай не будем его упускать?

Вот теперь капкан объятий распахнулся, а сам Эмиль отступил, намекая, что мешать сборам не станет. Я же кивнула и послушно направилась к шкафу, чтобы выудить новую, только вчера раздобытую пижаму.

Этот комплект был далек от категории «секси» – обычные хлопковые шортики и столь же обычная маечка. И я невольно обернулась, когда доставала их с полки.

Нет, Глун реально хочет просто поспать рядом?

Мой взгляд, как ни странно, заметили и истолковали по-своему.

– Ну надо же… – протянул норриец с улыбкой. – Наша смелая иномирянка стушевалась.

Объяснять, что дело не в страхе, а в шоке, я, разумеется, не собиралась. В действительности в данный момент куда больше заботили технические сложности – мне требовался душ, и вообще… И вообще я не видела смысла в том, чтобы переодеваться у Эмиля. Тем более посиделок за бокалом вина не предвиделось, мы, согласно заявлениям некоторых, собирались сразу лечь спать.

В итоге я предложила:

– А давай ты через полчаса за мной зайдешь?

– А если подожду тут? – спросил в свою очередь норриец.

Я подумала и, кивнув, направилась в ванную. Уходя, краем глаза заметила, что Эмиль устремился к дивану. Бордовую меховую шкурку, которая тут же вынырнула невесть откуда и поспешила за человеком, тоже засекла.

Ну а по возвращении я застала совершенно умильную картину: ушастый «котик» лежал на коленях у синеглазого шпиона, пузом кверху, и лениво дрыгал лапками. А Эмиль методично, с некоторой ленцой, почесывал круглый живот твира и приговаривал:

– Что, нравится? У-у… обжора мелкий.

– Я не обжор-р-р… – пытался возмущаться Кузьма. Из состояния нирваны протестовать было сложновато. – Я коти-и-и.

– Угу, как же, – парировал Эмиль. – Мелкий, наглый, настырный обжо…

А вот тут меня заметили, и идиллия была нарушена. Глун аккуратно переложил Кузьму на диван, а сам поднялся и шагнул ко мне.

– Все? – спросил он. – Ты готова?

Я подарила ослепительную улыбку твиру, который теперь глядел с укоризной, явно осуждая меня за облом, и кивнула.

– Все, – сказал Эмиль, прерывая очередной бесконечно долгий поцелуй и отстраняясь, чтобы лечь рядом, а не нависать скалой. – Теперь точно спим.

Я невольно улыбнулась, и едва норриец откинулся на подушки, перевернулась, закинула на него ногу и уткнулась носом в шею. Эмиль тихо хмыкнул и ловко подсунул руку под мою талию, чтобы через миг теснее прижать к себе. Однако нового поцелуя, на который я рассчитывала, не случилось.

– Спим, – повторил лорд декан. – А то завтра кто-то будет клевать носом на лекциях.

Кто именно, Глун не уточнил, но возникло подозрение, что он не только на меня намекает. Это стало поводом для улыбки – неужели Эмиль может быть сонным? Мне казалось, он из тех, кого ничем не прошибешь.

Повинуясь его желанию, я честно закрыла глаза и попыталась расслабиться, дабы уплыть в страну снов. Вот только… как? Как можно уснуть, если в голове столько вопросов, а рядом лежит столь замечательный источник знаний?

Минут через пять я все-таки не выдержала…

– Эмиль? – позвала шепотом, на случай если действительно заснул.

– Мм-м? – отозвался норриец.

– А можешь объяснить кое-что?

Я рассчитывала услышать тягостный вздох, но Эмиль недовольства не выразил. Более того, в его голосе прозвучала улыбка:

– Что именно?

Такой тон воодушевил, и я действительно продолжила:

– Когда ты увидел брошюру по стихийной магии, ты сказал, что, по слухам, в той книжке изложены какие-то принципиально важные элементы, на основе которых можно восстановить большой пласт стихийных заклинаний.

– И в чем вопрос?

– При чем тут слухи? И почему смешанные заклинания надо восстанавливать? Ведь я видела, ты отлично владеешь стихийной магией, значит, информация уже есть.

А вот теперь Глун действительно вздохнул и заговорил далеко не сразу.

– Нет, Даша, ты не поняла. Я практически не владею смешанной магией, я чаще всего использую магию разделенную. Просто, будучи стихийником, могу обращаться к силе всех четырех элементов. А магия смешанная почти недоступна, потому что книги и свитки, в которых описывались заклинания, были утрачены. Их уничтожили вместе со стихийниками. Те знания, которые мы имеем сейчас, – это крохи, восстановленные по памяти теми, кто выжил. Ну и кое-что новое, заново составленное.

Я тихонько присвистнула, а Эмиль продолжил:

– Нас слишком мало, а каждый эксперимент с магией – это серьезная опасность. Поэтому восстановление знаний по смешанной магии идет медленно. А найденная тобой книга – один из самых важных трудов древности. Информация, которая в ней изложена, будет крайне полезна.

По коже, вопреки желанию, побежали легкие мурашки. Правильно ли я поняла, что все это время Глун колдовал не в полную силу? Ведь он использовал магию разделенную, которая послабее магии смешанной. А… а что же будет, когда Эмилю станут доступны знания по магии стихийников?

Блин, нет. Не хочу об этом думать! И искренне сочувствую врагам лже-Глуна.

Да, кстати… Кстати, о фамилии!

Назвать настоящую я уже просила, и мне отказали. Но ведь дело не только в этом. Здесь, в конфедерации, Эмиль носит титул лорда и, как понимаю, считается единственным наследником герцогства. А что же будет, когда он уйдет в империю?

– Эмиль, а что будет с герцогством? – спросила уже вслух.

– Прости? – переспросил мужчина недоуменно.

– Престарелая герцогиня фон Глун дала тебе свое имя и, как понимаю, надеялась, что ты позаботишься о ее землях.

– Нет, – после новой, наполненной грустью паузы, вздохнул Эмиль. – Не надеялась. Она понимала, что я вряд ли останусь в Лаэосе. Более того, выдавая меня за своего внука, ясно сознавала, что меня могут разоблачить. Она пошла на эту сделку с единственной целью…

Норриец замолчал, а я уточнила осторожно:

– Герцогиня мстила?

– Да, – ответил лже-Глун. – Ей было за что ненавидеть Совет Магов, Корону и конфедерацию.

– А как вы встретились? Ты сам пришел и предложил, или…

Эмиль тихо рассмеялся, и это стало поводом прикусить язык.

– Обязательно расскажу, милая, – выдержав очередную паузу, сказал он. – Но не сейчас.

После этих слов меня притянули ближе и поцеловали в макушку, как бы намекая, что разговоры пора прекращать, ибо ночь не бесконечна. Но любопытство было сильней.

– А ловушка, в которую мы угодили с Кастом и Дорсом? Ведь она не единственная, верно?

– Верно, – откликнулся Эмиль. – Но почему тебя это интересует?

– Я не понимаю, зачем Радер Первый напичкал свой замок такими жуткими ловушками. Ведь это он, правильно? Или ловушки, как, например, библиотеку, организовал кто-то из его потомков?

– Может быть, Радер, может быть, потомки… – Эмиль громко зевнул, уже не намекая, а сообщая открытым текстом, но все-таки продолжил: – В том, что касается причин… Это вообще довольно распространенная практика. Вопрос безопасности.