"Фантастика 2024-18". Компиляция. Книги 1-22 (СИ) - Панченко Рустам - Страница 1211

Хельга подняла пистолет и мотнула головой в сторону Метельского. — Я отойду на минуту. Посторожи.

Подошла к большому валуну и прислонилась к нему, плечи вздрагивали. Через минуту вернулась.

— Слушай. Борн, что вы собирались сделать с нами? — Ее лицо дергалось. — Я же не дура, знаю нашего вождя.

Тот молчал и опять облизнулся. Хельга протянула руку с его пистолетом Метельскому.

— Лон, дай винтовку, у нее прицел точнее. А ты подержи пистолет. С предохранителя его снимать не надо.

Метельский машинально взял у нее пистолет и подал «маузер». Все казалось нереальным. Хельга навела винтовку на шведа:

— Шайсэ![127] Я сейчас прострелю тебе яйца, и будешь орать от боли, только никто не услышит. Подожду, а потом всажу вторую пулю в живот, и мы улетим. Будешь подыхать долго и мучительно. Говори и не вздумай врать, у меня трансид легиона, там предусмотрено выявление лжи.

Лицо у Борна было землисто-серым. — Хорошо, — выдавил он по-немецки. — Пилота ликвидировать в любом случае, он засветился на инструктаже. Тебя, по обстоятельствам. Если отреагируешь спокойно, под присмотром доставить в Асгард.

— Ты слышал, Лон? Это тебе было положено валяться мертвым, а не Эдмунду.

— Не убивай меня, Хельга. Ничего личного, таков приказ.

— Шайскерль![128] Пожалуй, не буду. А то муж говорит, что устилаю дорогу трупами. Поворачивайся. А ты, Лон, свяжи ему руки покрепче.

— Вы женаты?.. — пробормотал Борн. Но повернулся и руки подставил.

Метельский заглянул в багажник: шведы аккуратно уложили туда мешковину, которой были обмотаны ракеты. Бросили и веревки от обвязки — то ли берегли природу, то ли чтобы не оставлять следов. Он связал Борну руки, а Хельга зашла сбоку, держа того на мушке.

— Теперь садись вперед. Я сяду сзади и буду держать «глок» у твоего затылка.

Борн послушно сел в глайдер. Хельга с досадой глянула на тело Эдмунда:

— Кажется, мы поспешили. Лон, сможешь один забросить его в багажник?

— Пожалуй.

Пригодился второй кусок мешковины. Метельский накинул его на Эдмунда, чтобы не испачкаться в крови, и с натугой перевалил тело в багажник. Думал ли, беспечно выезжая из своей усадьбы на Телецком озере, что будет запросто ворочать трупы?

Потом сел за штурвал, а Хельга устроилась сзади.

— На север, к выходу из ущелья. Я прикину по карте и скажу, где остановиться.

Ущелье безлюдно, с обеих сторон тянутся горы — ниже главного хребта, но сверху выбелены снегом. Через полчаса Хельга сказала:

— Хватит, спускаемся. Лон, развяжи ему руки. Можешь идти, Борн, только лучше обойди селение стороной, а то нас уже могут искать.

Метельский опустил глайдер, все вышли. Развязал шведу руки, и вдвоем с Хельгой глядели, как он бредет по камням. Хельга провожала его стволом «маузера». Когда Борн скрылся за поворотом русла. Метельский спросил:

— А мы куда?

Хельга глянула на запад, где над хребтами высился белый конус.

— Туда. Хочу похоронить Эдмунда среди снегов.

Метельский спросил у «Сивиллы» — снежный конус оказался Эльбрусом, высшей точкой Кавказа.

Полетели. Метельский старался нырять в долины, гора близилась, а когда внизу потянулось заснеженное плоскогорье, Хельга сказала:

— Поворачивай на север, Лон. И постарайся подняться выше, к снежным склонам.

Турбины стонали все громче, становилось труднее дышать.

— Достаточно, — сказала Хельга. — Вон у тех скал.

Метельский посадил глайдер. Снег был плотный, и по нему побежали лишь легкие вихри. Вышел, поежился от морозца и вытащил тело Эдмунда. Пристроил у скал, а Хельга прикрыла его мешковиной. Потом вытащила винтовку и дала короткую очередь в воздух. Звонкое эхо прокатилось между скал.

— Прощай, Эдмунд. Ты пал за дело Асгарда, и не твоя вина, что у нас оказался тухлый вождь.

На заднем сиденье глайдера зашевелился ворон и несколько раз хрипло каркнул.

— Вы были дружны? — спросил Метельский.

— Да, — ответила Хельга, — в юности. Летим.

Склоны уходили вниз, и глайдер опускался вместе с ними. Когда внизу опять раскинулось плоскогорье. Метельский глянул на панель заднего вида. Гора отсюда выглядела двуглавой, на седловине лежало облако.

— Эдмунд увлекался альпинизмом, — тускло сказала Хельга. — Ему бы понравилось, что лежит на склоне высочайшей горы Европы.

Плоскогорье снижалось уступами, в них врезались ущелья. На фоне снегов вдруг появилась темная движущаяся точка. Потом еще одна.

— Мист![129] — сказала Хельга. — Похоже, это ховеры легиона. Глайдер, увеличь масштаб заднего вида.

Действительно, серые машины со знакомым косым крестом. Они быстро приближались.

— Будем отстреливаться? — Метельский протянул руку и коснулся «маузера».

— На ховерах легиона станнеры дальнего боя, — так же тускло сказала Хельга. — Пока не стреляют, потому что внизу скалы. Наш глайдер разобьется при аварийной посадке, а так возьмут живыми. Вот что…

Она вытянула руку назад и, открыв окошко, подтолкнула в него ворона.

— Лети, Мунин! — Она глянула на Метельского:

— Ты скорее всего откупишься, или тебя вызволит Кводрион. Но не меня. Если захочешь, Лон, вернись в эти края. Отыщи ворона, он откликнется на свое имя и приведет ко мне.

Холодный ветер подул в шею Метельского — ворон вылетел наружу. Вместо скалистых ущелий внизу пошли пологие склоны.

— Подожди. Может быть…

Он уплыл во тьму.

Глава 7

Тина. Урал — Алтай

Все вокруг замедлилось.

Медленно вздымаются в небо фестоны дыма и пыли. Медленно плывет по воздуху черный паук с растопыренными конечностями. Медленно поворачивается Никита, его губы движутся, но ничего не слышно… И вдруг прорывается его отчаянный крик:

— Падайте на землю! Закройте глаза!

Все опять ускорилось. От сильного толчка в спину — похоже, это ударил Никита — Тина упала снова. Зачем закрывать глаза? Все же прикрыла их, и тут же зеленовато-белая вспышка почти ослепила ее. Голову охватила волна такого жара, что волосы наверное загорелись, а по ушам ударил звенящий гром. Она опять закричала, и опять не услышала своего крика. Швырнуло так, что снова ударилась головой. Через некоторое время, постанывая, разлепила спекшиеся века, но видны были только огненные круги в темноте. Лишь постепенно чуть прояснилось.

Между ними и дымящейся горой ничего не осталось — ни черного паука, ни деревьев. У подножия склона возникло подобие стеклянного озера, из него торчали изломанные конечности, их то и дело заволакивали клубы пара. Тина пощупала волосы — они скрипели, но, похоже, остались на месте. Ее все еще омывали волны жара.

Рядом привстала, а потом прямо на земле уселась леди Альбит. Тина не сдержала нервный смешок: лицо чумазое, а от прически не осталось и следа.

— Что это было? — хрипловато спросила она.

Никита поднялся и стал отряхиваться. Лицо у него было багровое. — Небольшой заряд антивещества, — сказал он, тоже хрипло. — У меня был один, на крайний случай. Иначе с этой тварью не справились бы. Большой боевой робот хэ-ути.

— А… — протянула леди Альбит. — Мы знаем о них, созданы для борьбы с нашими боргами, но я пока не встречала. Спасибо, Никита.

Тина тоже села, но тут же вскрикнула от острой боли в шее, а в глазах помутилось.

— Что с тобой? — обеспокоенно спросил Никита.

— Шея… — пробормотала Тина.

Леди Альбит тоже посмотрела на нее. — Не двигай головой, Тина. Возможно, ты повредила шейные позвонки. Дай-ка я…

Она встала, наклонилась над Тиной и скинула шарфик. — Отломи кусок ветки, — сказала она Никите. — Мы зафиксируем Тине шею.