"Фантастика 2024-18". Компиляция. Книги 1-22 (СИ) - Панченко Рустам - Страница 1147

Пятнадцать лет спустя

Был, наверное, один из последних теплых дней. Небо ярко синело, и солнечные зайчики блестели на перекате.

— Папа, я еще поймал! — донесся голос Виктора.

— Молодец, — похвалил Илья. Он сидел у костерка и чистил хариусов. С гор дул приятный прохладный ветерок.

Илья покидал рыбу в котелок, где уже варилась картошка, и позвал сына: — Заканчивай! Скоро уха будет готова.

Виктор появился с несколькими хариусами на кукане.

— Теперь хватит на уху для мамы и Лены, — похвастался он.

«И в кого только пошел? — порой удивлялась Тамара. — Ну, глаза голубые, почти как у тебя, но волосы темно-русые и скулы выступают. Хотя это его не портит, девочки в классе уже поглядывают».

Видела бы ты Кайлита — один к одному, только у того волосы светлые. Но о некоторых вещах Илья рассказывать не стал.

— Хорошо, — сказал он. — Почисти и положи в холодильник.

Виктор управился быстро, и принялись за уху.

— Приятное место, — сказал Илья. — Интересно, бывал ли тут мой отец? Мне с ним порыбачить не удалось.

— Да уж, — отозвался Виктор. — Моя соседка по парте удивлялась: «Неужели твоему отцу сто шестьдесят лет?»

— Чувствую себя куда моложе, — улыбнулся Илья.

— Рассказал бы, па, как тебя к нам занесло? А то все скрытничаешь.

— «К нам»? — не удержался от смеха Илья. — Если бы меня не «занесло», тебя и на свете не было. Будешь постарше, расскажу. А пока запомни, что если рогна вдруг встанет на пути, тебе предстоит очень важный выбор.

— Ну, рогн уже нет.

— Так думает большинство. Но большинство редко бывает право.

Поболтали о школьных делах, о друзьях Виктора. Это не всегда удавалось, хотя Илья старался выкроить время. С отчимом общение было чисто формальное.

Потом сидели молча. Ветер стал холоднее, а солнце заливало алым снежный хребет на западе. Илья встал:

— Собери посуду и полетим. Хочу показать тебе вулкан вблизи, раз уж мы в этих краях.

Скоро вылетели. Глубокие тени лежали в долинах, но глайдер еще плыл в солнечном свете. Однако постепенно он тускнел, а впереди близилось темное плоскогорье.

— Здесь мой отец впервые увидел то место. Он тоже летел в глайдере, и с ним была его сестра, Кэти Варламова.

— Ну и ну, — покрутил головой Виктор. — Историческая личность.

Знал бы ты, что эта «историческая личность» жива и пребывает в Саду. Ладно, года через два надо рассказать сыну обо всем. А то жизнь слишком безмятежна, явно готовит какой-то сюрприз.

Над краем плоскогорья стало подниматься красное зарево.

— Опустимся на плато, — сказал Илья. — Дальше может быть опасно.

Вот и верх плоскогорья, покрытый снегом. За плато обрыв в затененный цирк, а дальше — темный конус со столбом дыма. Сквозь основание дымной колонны просвечивает красный огонь.

Илья опустил глайдер на землю, и стало лучше слышно грозное ворчание.

— А вулкан темный, — удивился Виктор. — Я думал, он изливает лаву.

— Подожди, — сказал Илья.

Солнце кануло за горы. В основании конуса и нижней трети зажглись красные огоньки.

— Как окна! — с изумлением сказал Виктор. — Будто там подземный город.

Был. Будем надеяться, ничего не осталось. Надо бы познакомить Виктора и с миром лорда Мориона. Только как, Селина забрала изумруд с собой?

Между огоньками протянулись красные нити… и вдруг превратились в ручейки и реки пламени. Красный свет упал на каменистое плато — вместо зашедшего солнца окрестности озарил вулкан.

— Здорово! — прошептал Виктор. — А вон там какие-то развалины.

— Это все, что осталось от Хель-гейт. Под нами цирк с заваленной штольней, в которой мой отец и Кэти нашли первые самородки платины. Больше таких месторождений нет на Земле, но эта история закончилась… Пора возвращаться, завтра утром в Магадан.

Выходные проводили в Усть-Нере, всем больше нравился фамильный коттедж, чем официальная квартира в Магадане.

Вулкан ушел назад, стало темно, в небе появились звезды.

— А какие дела у тебя завтра, пап?

— Сначала лекция в Российско-Американском университете. «Учение рогн и современной науки об иноматериальной природе человека». Рогны оставили много ценного материала.

— Все жалеешь, что они ушли?

— Да. Хотя жизнь продолжается… А потом, работа в комиссии по экологическому планированию. Из администрации спустили проект бюджета на следующий год, и начнутся дебаты. Все будут перетягивать одеяло на себя: производственники, экологи, зоопсихологи…

— Забавное выражение, про одеяло. Чем ты только станешь заниматься, когда в будущем году уйдешь из Конгресса?

— Больше будет времени на преподавательскую работу. А то все кажется, что у меня не тот уровень. Терпят, потому что я их финансирую.

— Да ладно, пап. Говорят, что тебя слушают, открыв рты. Некоторые студентки прямо влюблены.

— Только маме не говори, — рассмеялся Илья.

Вот и огни показались на горизонте — Усть-Нера. Когда вошли в уютно освещенный холл, Виктор похвастался:

— Вот сколько наловил!

— Молодец, — улыбнулась Тамара. — Завтра уху сварю.

Она поцеловала Илью, а десятилетняя Лена привстала на цыпочки и чмокнула в другую щеку.

— Ужинать не буду, — сказал Илья, — ухи наелись. Почитаю Лене, ей скоро спать.

Он переоделся и зашел к дочери. Лене очень нравилась комната бывшей хозяйки, но Илья помнил слова Селины: «Так и кажется, что Элиза иногда бывает здесь», и спать там не разрешил. Лена нашла выход, устроилась в примыкающей гардеробной. Комната маленькая, но с окном, а от спальни отделяет только застекленная дверь.

Дочитывали «Алые паруса»: когда Илья рассказывал о сестре, Лене захотелось узнать, откуда взято имя Ассоль.

— А как таинственная леди, — спросил он, — не появлялась?

Лена с хитрецой поглядела на него:

— Прошлой ночью я видела ее сквозь дверь. Она стояла и смотрела на меня. Я притворилась, что сплю, но подглядывала одним глазом.

— Ты испугалась?

— Нет, папа. Она чудесная, в жемчужном платье, и будто светилась. Наверное поняла, что я не сплю. Улыбнулась мне и пропала.

Должно быть, Элиза — ее портрет висит в спальне. Может, и заглядывает иногда, ведь Селина тоже навестила его на двадцатилетие брака… Ладно, пора к Тамаре.

Они занялись любовью, а потом безмятежно спали. Под утро привиделось, что некая тень стоит в углу, но лица не видно, только голубые искорки глаз. «Сайнара?» — сонно спросил Илья.

Он проснулся и сел на постели, но в углу никого не было…

Завтракали на просторной кухне, включив холораму. Новости оглушили.

Спускаемый модуль компании «Universe Mining» с грузом золота и платины сбился с траектории, и со скоростью два километра в секунду упал на Токайдо, прямо на резиденцию председателя Всемирного конгресса. Все произошло ночью, предупреждение запоздало, резиденция и окружающие здания были разрушены. Идет тушение пожаров и разборка завалов, но скорее всего, Председатель погиб, и с ним еще несколько десятков человек.

— Господи! — вырвалось у Тамары. — «Universe Mining», это ведь твоя компания, Илья!

— Я совладелец, — сквозь зубы сказал Илья. — Как мог «Кводрион» так ошибиться? Извините, я пойду к себе.[103]

В кабинете (так и пользовался отцовским) вызвал служебную информацию на холораму. Двадцать тонн золота и платины, добытые на Психее. Спуск модуля в пустыню Гоби по аэродинамической траектории, одобренной Коскомом — Космическим командованием. Реактивные двигатели для коррекции траектории… Что пошло не так?..

Версий было уже множество.

Ошибка в расчетах? Но они многократно проверялись, для того и был создан «Кводрион», чтобы координировать и при необходимости дублировать работу миллиардов ИИ на Земле.

Чей-то злой умысел, вроде того, что привел к III Мировой войне? Но какой разветвленной и могущественной должна быть организация злоумышленников, чтобы согласовать множество факторов, приведших к катастрофе? Да, группки террористов стали появляться снова, но это просто озлобленные неудачники. И опять, никак не обойти «Кводрион».