"Фантастика 2024-18". Компиляция. Книги 1-22 (СИ) - Панченко Рустам - Страница 1056

— Пойдем со мной, — так же скрипуче сказала она. — Злые люди обидели тебя, но я подсоблю.

— Вряд ли смогу… — Казалось, что проглотил ледяной ком, от которого по всему телу распространяется мелкая дрожь.

Он обнаружил, что уже идет — брусчатка раскачивалась, но уплывала назад. Ноги переступали сами собой. Женщина шла чуть сзади, словно поддерживая его недобрым взглядом.

Он попал в капкан рогны!

Ноги шагали сами по себе, не слушаясь его (попробовал свернуть налево — безрезультатно), а мысли текли вяло.

Похоже, это рогна Охотница, встречает такую уже в третий раз. Оторванные от родителей, лишенные водительства старших рогн, они с детства воспитывались в особых приютах, где искажался их Дар. Если выживали, то становились верными служительницами Темного чертога. Человеку без Дара противостоять им было невозможно, могло спасти только внезапное физическое воздействие, или оградительная сеть из энергии Огненного мира. При чрезвычайных обстоятельствах вызвать ее способны многие, но сейчас у него ничего не выйдет: чувствует себя полностью опустошенным. Даже в ответ на эти мысли череп будто стянуло железными обручами, а перед глазами поплыло. Но, хотя и смутно видимая, брусчатка продолжала уплывать назад, а потом сменилась асфальтом — они вышли на тротуар. Рогна цепко взяла его за предплечье.

Давление на голову несколько ослабело, однако мыслями приходилось ворочать, как каменными глыбами. Что же делать, позвать на помощь? Но он даже не сумеет открыть рот. Возможно, странной парочкой заинтересуется полицейский (их немало попадалось на улицах Петербурга)… С чего бы это — насколько знал, полиция в Империи не больно спешила помочь людям. Да и что тут особенного — жена ведет подгулявшего мужа домой.

Кое-как приподнял глаза: хмурая улица, на асфальте поблескивают лужи. Прохожих почти нет. То ли сумрачное небо, то ли воля рогны снова гнетет взгляд к земле.

Когда опять сумел поднять его, шли пустырем. Какой-то котлован, строительные краны, и что-то горит угрюмым красным огнем. Неимоверным усилием, с хрустом шейных позвонков, удалось чуть приподнять голову. Ба, тот самый храм — только словно облит кровью в последних лучах заката! Выходит, они на его задворках…

Снова ледяная глыба давит на затылок, вынуждая опустить взгляд. Лязг открываемой двери, вниз ведут бетонные ступени, и спускаться легче, чем идти по ровной почве. Как будто коридор, а потом снова лязг замков. И вдруг он освобождается от ига. С удивительной легкостью поднимает голову, но взгляд фокусируется не сразу.

Он в помещении: впереди кто-то стоит, а сбоку по-старушечьи согнулась фигура рогны. Вдруг скачком становятся видны пуговки платья на ее спине. Перед кем она склонилась? Перевел взгляд вперед, теперь все видно отчетливо…

Перед ним коренастая мужская фигура в темной одежде, в облике что-то медвежье. Красноватые глазки отрываются от рогны и впиваются в новую жертву. Снова давит на затылок, снова гнетет к земле.

Но… это не та безмерная тяжесть, что ледяным холодом изливалась от рогны. И поле зрения по краям не застилает темная пелена. Пожалуй, он даже может поднять взгляд…

Осторожно! Видишь, даже рогну согнуло пополам. Возможно, с ним что-то не задалось, но нельзя подавать виду. Он стал медленно клониться, подражая рогне, и мельком заметил тень удовлетворения в звериных глазках.

Снова отпустило — страж подземелья отвел взгляд. В его лапище появилось что-то… да это же связка ключей! Так привык к пластиковым карточкам, что не сразу узнал: видел только в старых фильмах.

Теперь стало видно, что помещение напоминает холл, с закрытыми дверями в голых бетонных стенах. Мужчина косолапо подошел к одной и распахнул настежь. Повернулся и с ухмылкой поманил рогну. Та, все так же согнувшись, засеменила к двери и нырнула внутрь. Когда повернулась, стало видно, что глаза расширены от животного ужаса. Дверь закрылась, раздался лязг запираемого замка.

Живет тут как пленница? Что-то вроде общежития рогн?

Теперь медвежья фигура повернулась к нему. Красные глазки уставились в упор, и с запозданием вспомнил, что надо согнуться. Страж фыркнул и поманил рукой. Та в узлах вен, а ладони черные, будто обуглены. Пошел за ним, к двери в конце холла.

За дверью оказалось помещение побольше, разгороженное на клетки из стекла или прозрачного пластика, числом около десяти… Стало неловко: в клетках были девочки, некоторые едва одетые, стояла вонь от немытых тел. Страж фыркнул и отпер пустую клетку, опять ключом.

— Заходи, — злобно прогудел он и подтолкнул в спину, ее словно обожгло. — Пожрать принесу потом.

Захлопнул дверь, и все звуки будто отрезало. Ясно, почему не услышал ничьих голосов — отменная звукоизоляция. Огляделся.

Рядом другая клетка, в ней полуголая девочка лет десяти-двенадцати, с любопытством глядит голубыми глазенками. Его передернуло — это девочка рогна! Как можно держать детей в таких условиях?.. Но выходит, здесь все можно! Жаль, что нельзя поговорить, узнать кто ее родители, откуда она?

Бегло осмотрел свою камеру: топчан, крохотная раковина с краном и унитаз. Им бы надо воспользоваться, после гостиницы не заходил в туалет. Подошел к унитазу и растерянно огляделся: как справлять нужду на глазах у девчонок? Девочка в соседней клетке прыснула в ладошку и потыкала пальцем в сторону двери. Возле нее две клавиши — светлая и темная. Коснулся темной — стены приобрели цвет молочной белизны, теперь сквозь них ничего не видно. Кэти рассказывала, что отец на Североамериканских Территориях как-то попал в госпиталь, разгороженный на такие клетушки. Едва успел застегнуть брюки, как прозрачность восстановилась — да, тут надо поторапливаться.

Снял ботинки (надо было ехать в легких туфлях) и лег на топчан, следует все хорошенько обдумать.

Похоже, он стал жертвой не банального ограбления. Его отключили, и после небрежного обыска оставили во власти рогны Охотницы. Выходит, как-то прознали, кто он на самом деле. Но откуда это могли узнать? Конечно, Империя следит за своими гражданами — через систему опознавания лиц, мобильные телефоны и прочее. Но в Российском союзе это запрещено, слишком памятна тотальная слежка в прежней России, и единой базы данных просто нет. Даже если сумели что-то выкрасть, он основательно поработал над личностью «Влада Пинегина», и, чтобы выявить подделку, нужна экспертиза на генетическом уровне… Вот болван! Инга упомянула, что ее завезут на осмотр к гинекологу — ожидаемая процедура для участницы такой программы. Разве трудно взять образчик его спермы и проверить ДНК по базе данных? Его как-то просили сдать кровь на анализ во время беременности Элизы, а медицинские базы Российского союза вполне могли быть взломаны Империей. Двойная выгода для нее — и прирост населения обеспечить, и подозрительных приезжих выявить. Сама Инга об этом, скорее всего, не подозревает.

Да, забыл, где бесплатный сыр бывает.

Что же, будем исходить из того, что им известно его настоящее имя. Кому «им», органам безопасности Империи или Ордену? Не все ли равно, хрен редьки не слаще.

Далее, какая у них цель? Их может быть несколько: первая — узнать, зачем он явился в Империю под чужим именем? Вторая похуже — если прознали о его связях с Садом, больше узнать об этом мире. Третья и самая неприятная — использовать в каких-то своих темных целях. А вообще, это три стороны одного и того же. И практический вывод один — надо скорее рвать когти. Главный вопрос — как?..

Его поместили не в обычную тюрьму, а особую — для юных рогн, под присмотр какого-то звероподобного существа. Похоже, он наводит ужас на рогн, даже на Охотницу. Слышал от матери, что встречаются мужчины с Даром, только редко. У них именно красноватые глаза. Такой дар очень трудно — как она выразилась?.. — трансмутировать в более утонченную форму. Видимо, первое впечатление правильно — звериная мощь.

А вот он здесь вряд ли надолго задержится — наверное, пока не найдут более пригодное помещение.

Свет стал меркнуть, видимо дело к ночи. Еды не принесли, но есть и не хотелось. Сунул ноги в ботинки, чтобы не идти в носках по грязному полу, попил из-под крана, и тут наступила полная темнота. Снова лег, подумать дальше…