"Фантастика 2024-18". Компиляция. Книги 1-22 (СИ) - Панченко Рустам - Страница 1025

— Но прежний Координатор в тюрьме, — уныло сказала Кэти.

Толуман задумался: — На этот раз всё хитрее. Подменить все данные… Вот что, поехали ко мне. Надо подождать Матвея.

Хорошо, что не продал старую квартиру. Кэти продолжала названивать, а Толуман включил старый ноутбук и подсоединил взятый с работы резервный диск — здесь всё в порядке: он и Кэти совладельцы «КК Платина», ну и так далее.

Спрятал диск в карман и зашел на портал Колымской администрации. А вот здесь всё по-другому: и владельцы другие, и зафиксирована сделка по передаче им прав собственности от Кэти и Толумана Варламовых. На их счета перечислено по пятьдесят миллионов рублей. Сделка зарегистрирована ИИ Колымской автономии такого-то числа, с уплатой пошлины.

— Посмотри, — сказал он Кэти. — Оформлено так, что комар носа не подточит (Кэти недоуменно нахмурилась). Кто же это ухитрился? И как?

Кэти только махнула рукой. — Пойду, прогуляюсь, — с горечью сказала она.

Толуман стал копаться в информационных базах дальше — везде данные об их компании изменены. Отвлекся, чтобы перекусить консервами, и тут забеспокоился: где Кэти? На звонки не отвечала, так что пошел искать: а вдруг и с ней что случилось?

Указание местоположения она не отключила, и оказалась у старого офиса. Толуман глянул на полуразрушенный барак, которому досталось в последнее наводнение — похоже, такие же руины остались от его мечты. Вышел на берег Индигирки.

Фиолетовый иван-чай вскипал на нем, а дальше бежали серые волны могучей реки. Кэти сидела на груде плавника, безучастно глядя на них.

— Так же цвел кипрей, когда я была с отцом на Dark lakes, — молвила она. — Там он рассказал, что волшебная страна существует и передал мне ключи от нее. Не могу вынести, что какие-то негодяя отняли его мечту.

Толуман сел рядом, а она уткнулась в его плечо и зарыдала. Впервые видел такой гордую Кэти.

Стремительно бежала река, свистел ветер, клонились под ним фиолетовые волны иван-чая. Вернулись на квартиру к вечеру.

Матвей появился угрюмый, мимоходом обнял Кэти, выслушал Толумана и включил свое диковинное устройство. Снова светящиеся уровни повисли над столом.

— Если это рейдерский захват, то очень хитрый, — наконец сказал он. — Вся информация подменена. Терабайты и терабайты данных. Поработал кто-то, технически очень изощренный.

— Цзин, — хмуро сказал Толуман. У отца-настоятеля методы топорные, а вот цзин мы никак не научимся принимать в расчет. Только поди докажи, что это они, все фигуры явно подставные. Конечно, Китаю выгоднее завладеть и платиновым рудником и Великой северной магистралью. Технических возможностей для такого компьютерного взлома у них хватит. Но все подменить они не смогли. Я захватил диск резервного копирования с рудника, там информация осталась прежней.

— Молодец, Толуман, — отозвалась Кэти. — однако этого недостаточно. Многие важные документы остались в офисе и их, скорее всего, уже уничтожили. Конечно, мы можем подать судебный иск, но… — она повернулась к Матвею. — Посмотри, чем заканчивались такие судебные споры. Должна быть информация, раз в вашей России такие порядки.

— Вряд ли это дело рук Российского союза, — ответил Матвей с некоторой обидой. — Зачем ему это? Однако и для частных лиц масштаб вмешательства слишком велик, тут явно были задействованы ресурсы на государственном уровне… По судам, вот данные.

На этот раз над столом появилось несколько виртуальных дисплеев с документами. Матвей стал изучать их, а Толуман заглядывал через плечо.

— Обычно суды не могли прийти к однозначному выводу, — наконец сказал Матвей. — Скорее всего, нам порекомендуют заключить мировое соглашение, да и то на разбирательство уйдут годы.

— Даже в лучшем случае мы отдадим половину, — горько сказала Кэти. — Бедняками не станем, но Китай получит право решающего голоса. Что ему в принципе и надо. Погляди, как с консорциумом?

Документы на дисплеях сменились.

— Здесь учредительные документы те же. Тут мы по-прежнему в совете директоров.

— Ну-ну, — через силу улыбнулась Кэти. — Только теперь в совете будет еще с десяток человек. И у нас ни решающего голоса, ни финансовых ресурсов, так что последнее слово будет за представителями Китая. А они решат так, как им надо. В общем, сделано по-умному, не выходя за пределы необходимого.

— Да, это не примитивные ухватки отца-настоятеля, — усмехнулся Толуман.

Жаль Кэти, за эти несколько часов совсем извелась. Лицо побледнело, осунулось, даже волосы утратили живой блеск.

— Вот что, — сказал он. — Утро вечера мудренее. Ночуйте здесь, а то в ваш номер теперь не попадешь. А я полечу к Элизе. Встретимся завтра.

— Все хотела, чтобы ты построил нам небольшой коттедж в Усть-Нере, — печально сказала Кэти. — Но теперь это вряд ли понадобится.

Матвей

Он еще не видал Кэти в таком отчаянии. В постели сжалась как пойманный зверек, не реагируя на его прикосновения. Порою начинала мелко дрожать. Наконец он почти крикнул:

— Успокойся! В таком состоянии от тебя завтра не будет проку.

Она перевернулась на спину, но глаза все равно лихорадочно блестели. Вспомнилась их первая ночь, он встал и налил полстакана виски (Толуману подарили на день рождения). — Выпей!

Кэти послушно выпила, стуча зубами о край стакана. Не стала закусывать долькой лимона, но было видно, что постепенно расслабляется, и внезапно уснула.

Он осторожно лег рядом. Что можно для нее сделать? Не столь важны для него и магистраль, и Северная федерация, но отчаяние Кэти действовало угнетающе. Любит ли он ее? Вон у Толумана и вопросов не возникло, так ловко сестрица его окрутила. А тут?.. Жалость, симпатия, забота — или это тоже любовь?.. Хватит, думай о деле! Только в голову ничего не приходит…

Он думал, что долго не уснет, но заснул быстро. Долго скитался по странным снам, порою светлым, а чаще сумрачным. Наконец кто-то крепко взял его за руку и повел.

Он оказался перед необычным зданием: хаос красных и бурых башен, черно-зеркальные ленты стекла, все захлестнуто половодьем зелени и жутковатых цветов.

«То, что было и будет, — сказал в его голове тихий женский голос. — Если хочешь вернуться, чтобы идти вперед, твоя дорога лежит в Исейон».

Исейон… Отец что-то рассказывал о нем. А тот же голос спросил:

«Однако я желаю знать, чего ты хочешь? Исейон дает знание, а оно позволяет получить деньги и власть. Если тебе нужны женщины (в голосе послышалась нотка юмора), тебе не сюда».

«У меня уже есть жена. Я хочу помочь ей».

«Неужели любовь еще сохранилась в вашем мире?.. Тогда врата Исейона открыты для тебя».

Исейон… Со звучанием этого слова он проснулся. Летние ночи коротки, в комнате было уже светло. Он встал, умылся и приготовил омлет для двоих (в холодильнике нашлись яйца и пакет молока).

— Просыпайся, — сказал он Кэти.

Та открыла глаза, и стало горько — они были тусклыми от горя. Надо же, ведь ей хватает денег и без рудника. Но ей нужны не деньги, а мечта, которая стала смыслом ее жизни после гибели отца — Великая северная магистраль.

— Успокойся, — сказал он. — У нашей проблемы есть решение. Мы летим в Сад.

— Что-то не видела там компьютеров, — безнадежно сказала Кэти.

— Это даже не Сад. Это может быть рискованно, и я не бывал в этом месте. Но там ключи от всего.

— Лететь, так лететь, — вздохнула Кэти. — Я такая злая, что готова душу продать, лишь бы разобраться с этими мерзавцами.

— Отправимся втроем, — сказал Матвей. — Могут понадобиться все.

Он набрал номер Толумана: — Прилетай! Скажи Элизе, что вызвали на работу.

Повернулся к Кэти: — Ему не следует рисковать женой и ребенком. Конечно, Элиза будет раздосадована, но переживет. Оденься так, будто у тебя важная встреча.