"Фантастика 2024-12". Компиляция. Книги 1-21 (СИ) - Шалашов Евгений Васильевич - Страница 1043

— Тебе меня не запугать, — распухший язык Гуташа едва ворочался.

— И в мыслях не было, тупая ты скотина. Мне просто нужны ответы.

Наемник грубо затолкал кляп в израненный рот пленника и принялся за работу. Пытке подвергся указательный палец правой руки — грубая мозолистая кожа сходила плохо. Энниец действительно не был профессионалом в деле свежевания, и надрезы получились неаккуратными. Гуташ исступленно бился в путах, кричал, а из глаз полились слезы, разъедавшие свежие раны на лице.

Это было невыносимо. Он истошно выл, но кляп превращал его вой лишь в глухой стон. Покончив с пальцем, энниец присел на корточки возле пленника и проникновенно заглянул ему в глаза.

— Хватит упрямиться. Ты ведь знаешь, что даже если останешься жив, больше не сможешь нормально пользоваться рукой. Тебе придется отрезать этот палец. А ведь я могу так поработать и со всей твоей правой кистью. — Наемник тряхнул отросшей челкой и отложил ножик. — Кроме того, мне сдается, ты все равно не жилец. Вместо того, чтобы поймать беглеца, ты сам оказался пойман, и вряд ли твои хозяева закроют глаза на этот промах. Рассуди сам — я хотя бы смогу подарить тебе легкую смерть. Даже вложу в руки оружие, чтобы ты попал на небеса или как вы это у себя называете. — Эннийский выродок наклонился к самому уху пленника и обдал его раненое лицо горячим дыханием. — Ты веришь в бога, Гуташ? По глазам вижу, начинаешь верить… Я могу помочь тебе обрести вечную жизнь после смерти — только дай мне то, чего я хочу.

Договорив, энниец аккуратно извлек кляп.

— Ну так что? — спросил он.

Ваграниец издал непонятный звук — ли фыркнул, то ли хрипнул, и из ноздри раздулся большой кровавый пузырь.

— Ладно, — промямлил Гуташ.

Наемник просиял.

— Прелестно. Где Артанна?

Гуташ пожал плечами — насколько это было возможно в его беспомощном состоянии.

— Мертва, вероятно. Как и ее шразы.

— Желай твой хозяин ее смерти, Артанну убили бы раньше. Я видел, как ее, еще живую, потащили куда-то по коридорам. Куда?

— Откуда мне знать? Я проводник, а не тюремщик.

Наемник вздохнул и устало провел пятерней по рыжей макушке.

— Послушай, будь ты в действительности проводником, то исчез бы сразу после того, как передал нас в руки людей советника. Но ты еще здесь и, более того, принимаешь столь активное участие в деятельности Заливара нар Данша, что у меня невольно возникают вопросы.

— И с чего ты решил, что я смогу утолить твое любопытство?

Энниец осклабился.

— С того, что ты начал на них отвечать, даже не раскрывая рта. Ты не проводник, Гуташ. Я знаю, как в Ваг Ране метят это братство — служба-то пожизненная и неблагодарная. Соответствующего знака я у тебя не нашел, хотя, поверь, тщательно осмотрел все тело, пока ты валялся без сознания. Впрочем, я увидел следы от чернил — знак тебе явно нарисовали, правда не позаботились о том, чтобы сохранить его надолго, — энниец многозначительно кивнул на правую руку вагранийца. — Но ты и не наемник, ведь хитрец Заливар нар Данш вряд ли позволит чужому человеку настолько глубоко закопаться в свои тайные делишки… Кроме того, я подслушал твой разговор с одним из гвардейцев — он отчитывался перед тобой и внимательно слушал твои советы. Из всего этого я делаю вывод, что ты гораздо ближе к Шано, чем стремился показать Артанне и ее бойцам.

— Очаровательно, — криво ухмыльнулся Гуташ, обнажив ряд раскрошенных зубов. — Твою б смекалку да в полезное русло. Не желаешь поработать на вагранийцев?

— Я уже работаю. На известную нам обоим вагранийку.

— Впервые вижу столь преданного наемника.

— Она заплатила вперед.

— Честного наемника! — хлюпнул ваграниец. — Мать моя женщина, так вы все же существуете.

Энниец покачал головой и уселся поудобнее возле пленника.

— Умоляю, давай без бахвальства.

Гуташ снова замолчал.

— Если подумать, мне ведь даже нет необходимости тебя убивать, — наемник достал из-за пазухи кошель и аккуратно извлек из него склянку размером с большой палец. — Знаешь, что это? Ироничный плод творчества эннийских алхимиков. Отвратительная штука — парализует человеческое тело намертво. Жертва все видит и слышит, но в остальном становится совершенно беспомощной — ни пальцем пошевелить, ни рта открыть. И ничего не поделаешь, даже колдовство эту болезнь не лечит. Весьма жестокая судьба, как мне кажется. Или вот это, — в руке эннийца появилась вторая бутылочка. — Еще хуже. Всего несколько капель способны превратить светлейший ум в разум младенца. Будешь до конца своих дней пускать слюни, уставившись в одну точку, и в редкие моменты просветления нести околесицу, ибо мозг твой более ни на что не будет годен. Если повезет, твой хозяин приставит к тебе бедолагу, которому прикажет кормить тебя с ложечки и выносить из-под тебя горшок. Какова перспектива? Достойный конец для такого вояки, как ты?

Пленник внимательно выслушал эннийца и надолго замолчал, обдумывая предложение.

— Ладно, я тебя недооценил, — наконец, вздохнул он. — Ты, видать, тоже не так прост, как хотел показаться своей вагранийке.

— У всех нас есть маленькие тайны. — Джерт хитро подмигнул, однако взгляд его оставался серьезным. — Мое предложение все еще в силе. Скажи, где искать Артанну, и я убью тебя быстро и безболезненно.

— И все же зря ты перешел дорогу моему господину. Рано или поздно тебя найдут.

Энниец тихо рассмеялся, но веселья в его голосе не было.

— Твой господин еще не осознает, в какое дерьмо он сам вляпался, и кому перешел дорогу, — ответил шраз. — Мне плевать на вагранийских советников, и я даже не против оставить твоего Шано в живых — пусть развлекается, формируя новую власть. Мне нужна только женщина. Где она?

— Я не знаю.

— А если подумать?

— Я действительно не знаю, энниец! Ей следовало умереть вместе с остальными наемниками — таков был изначальный план. Заливару нужен только ее браслет. Точнее, камень из него.

— Зачем?

— Понятия не имею. Слышал, что это вроде какой-то ключ. Я не настолько близок с Даншем, как тебе хотелось бы думать.

Наемник кивнул.

— Если она должна была умереть, почему Шано передумал?

— Откуда мне знать? Меня там не было — в это время я торчал здесь и убирал этих, — Гуташ покосился на трупы наемников. — Какой с меня спрос?

— Ну хорошо. Поставим вопрос по-другому. Где она может быть?

Гуташ наклонил голову и сплюнул очередной сгусток кровавой слюны.

— В имении Шано есть помещения, которые используются как темницы. Еще со времен восстания. Возможно, она там, — предположил он. — Заливар — человек практичный. Если он не убил бабу сейчас, значит, она принесет ему пользу. Поэтому он будет держать ее поближе к себе. Ну или он все же решил казнить ее публично, как виновную в покушении. Тогда стоит искать в подвалах Валг дун Шано.

Энниец вытащил из кармана связку ключей и помахал ею перед носом пленника.

— Я тут твои вещички перетряхнул и нашел вот это. От чего они?

— Если я скажу, Шано меня убьет. Хотя какая уже разница, верно?

— Перед смертью полагается творить добрые дела, — пожал плечами наемник. — Отличный шанс проявить себя и помочь ближнему.

Гуташ пристально посмотрел на эннийца. Тот выдержал тяжелый взгляд бесцветных глаз и устало вздохнул:

— Хватит играть в гляделки. От чего ключи?

— А, хрен с тобой. От дверей в подземном ходе, — ваграниец кивнул в сторону коридора.

— Там было две двери и два замка, а ключей — пять, и все они разные.

— Помнишь, когда мы шли, тоннель раздваивался? Мы ушли направо. Если держаться левее, по пути увидишь две двери — одна ведет к проходу в тоннель, что отходит от имения Дома Ройтш.

— Дома Толл, ты хотел сказать?

— Да какая разница? — прошипел Гуташ. — Одно дерьмо. За той дверью будет еще одна, ее тоже можно открыть ключом. Попадешь прямо за стены имения.

— Хорошо. От чего последний ключ?

— За городом есть сарай, похожий на этот. Это оттуда.