"Полари". Компиляция. Книги 1-12+ путеводитель (СИ) - Суржиков Роман Евгеньевич - Страница 1475

В редкие свободные минуты Мира думала о Нави. Вероятно, гвардейцы уже добрались до него, а значит, юноша вот-вот прилетит на лодке и начнет рассказывать, как неправильно владычица делает то и это. Но до ночи он так и не появился, и Мира подумала: значит, спрятался. Может, даже без лодки сумел улететь — например, верхом на каком-нибудь камне. Поди, отправился в маленький городок из тех, какие он любит. Сидит в кофейне и ждет, когда я догадаюсь, где он… С этими мыслями она и уснула.

Шаттэрхенд вернулся аж следующим утром.

— Ваше величество, с Нави беда.

— Что случилось?

— Когда упал в пещеру, он почему-то не применил Перчатку. Ударился о камни всем своим весом.

— Погиб?!

— При падении Нави сломал позвоночник и размозжил голову. Нельзя понять, как это возможно, но он дышит. Мы положили его в лодку и так подняли из пещеры, а дальше везти не рискнули. В лодке-то не повезешь, а если без нее — голова развалится…

— Холодная тьма!

Мира заметалась: что делать? Послать к нему лекаря? Везти Нави в больницу? Но не довезешь его живым, и не справятся лекари с такими-то травмами… Рука Знахарки — вот что нужно! Доставить Нави в замок, к Ионе!

Она оставила вместо себя Лейлу Тальмир, велела подать коней и через десять минут уже мчалась в монастырь. Она сходила с ума от волнения. Свирепела: какого черта капитан возился так долго? Еще вчера нужно было начать лечение! А что, если время уже упущено?

Капитан же в дороге завел странный рассказ. Дескать, под гротом Косули есть огромная пещера, большую часть которой занимает подземное озеро. Натаниэлю, бедняге, не повезло: он упал не в воду, а на берег. Пока солдаты возились с ним — кумекали, как поднять, — капитан проплыл на лодке по этому озеру. Дивным оно оказалось: вода не обычная, а липкая, как сироп, и светится в глубине. Этакое зеленоватое мерцание идет из самых недр…

Мира взбеленилась:

— Вы должны были спасти Натаниэля, а не рассматривать озера!

— Виноват, ваше величество. Мы не видели причин для спешки: когда спустились, он не дышал. Думали: труп.

— Вы же сказали, дышит!

— Теперь — да. Но вчера я лично свое ухо ему к груди прикладывал. И клинок подносили к губам, и пульс искали — ничего. А потом, когда стали поднимать, он раз и кашлянул. Мы снова послушали — дышит! Тогда уж заторопились.

Мира едва сдержала брань. Эти дубовые лбы не заметили дыхания! Из-за них Нави может умереть! Хотя нет, из-за меня тоже.

Она влетела в монастырь, пришпоренная чувством вины. Лодка с Нави стояла в часовне, монашки молились за его спасение. Выглядел он именно так плохо, как и описал капитан. Однако Нави дышал, а большая рана на затылке почти не кровоточила. Это давало шансы.

Мира сняла с него Перчатку, вынесла лодку во двор. Примостилась у ног юноши, размяла пальцы, расставила лучи. Нави был чертовски прав: очень сложно вести судно по воздуху. Удержать баланс, не дать перевернуться, скомпенсировать ветер, толкнуть в нужную сторону… Да, это нелегко. Но просто отнять вес у предмета — секундное дело. Когда Нави начал падать, мог бросить одно слово и превратиться в пушинку. Отчего же он этого не сделал?..

К счастью, ветер был слаб, а воздух — прозрачен. Мира хорошо видела точки, куда упирались лучи, и твердо держала лодку в небе. Широко расставив четыре пальца, она обеспечила баланс, а пятым оттолкнулась от вершины Агаты и поплыла в направлении замка.

Она опустила лодку у входа в донжон. Замковый двор гудел, словно искровый тягач. Все носились по делам: разбирали завалы, выносили обломки, чинили камнеметы, закладывали бреши в стенах, варили похлебку, штопали одежду. Даже летающая лодка не смогла отвлечь их от работы. Увидели, крикнули «славу Янмэй» — и снова в дела. В иное время Мира порадовалась бы уединению, но не сейчас.

— Господа, мне срочно нужна помощь!

К ней подбежали дежурные кайры:

— Слушаем, ваше величество.

— Со мной тяжело раненый. Нужно немедленно в лазарет.

Они замешкались с ответом. Мира проследила их взгляды… Холодная тьма! Лазарет занимал каменные палаты в основании донжона — туда поместились далеко не все. Во дворе поставили шатры, но и их не хватало. Десятки раненых лежали под открытым небом, на шкурах, расстеленных вдоль стены… Мира размяла руку в Перчатке:

— Я требую принять его вне очереди. Это мой друг и наш спаситель!

Кайр поглядел на Натаниэля и качнул головой:

— Ваше величество, простите, но лекарь тут не поможет.

— Я и не прошу лекаря. Доставьте к леди Ионе.

— Я доложу ей, — отчеканил кайр и исчез.

Мира бережно сняла с раненого Эфес и перевесила себе на пояс. Лишь теперь появилось время на это… Вернулся кайр, подозвал греев. Нави уложили на носилки, понесли. Мира поспешила следом.

В лазарете царил кровавый кошмар. От смрада нельзя было дышать, стоны и крики раздирали душу. Повсюду люди истекали кровью, тряслись в лихорадке, выли от ожогов. Раненые лежали и на койках, и между, и в альковах, и на скамьях. Несчастные медсестры падали с ног, лекари аж почернели от усталости. Оперировали сразу на четырех столах, у одного из них собралась небольшая толпа. Там работала девушка, а двое мужчин помогали ей. Туда и отнесли Натаниэля.

— Семь минут выживет?.. — спросила Иона, не глядя. — Если нет, сразу уберите, я не справлюсь быстрее.

Она зашивала рану на животе — страшный рубленый разрез от нижних ребер до паха. Пальцами в светящихся наперстках сводила края раны, удерживала несколько вдохов, нашептывала слова. Плоть как будто слипалась воедино, и девичьи пальцы переступали на дюйм, оставляя за собой уже не рану, а рубец.

— Миледи… — воскликнула Мира и шагнула к Ионе, но тут же была поймана за руку:

— Присядьте со мною, владычица.

Герцог Эрвин Ориджин подвинулся в кресле, уступив Мире кусок сиденья. Она ахнула, когда рассмотрела его лицо. Эрвин мало отличался от скелета.

— О, боги! Что с вами случилось?

— Агата с Ульяной неделю спорят, не забрать ли меня на Звезду. Кажется, даже подрались.

— Ступайте же в постель! Здесь такой ужас, что и здоровый захворает. Кайр, помогите милорду!..

— Отставить. Я здесь, чтобы защищать Иону. Она исцеляет смертельную рану за двадцать минут. Это всего лишь пятьдесят человек в день. Если уйду, ее тут разорвут на куски.

— Неправда, я справляюсь, иди спать, — пробормотала Иона сквозь зубы.

Мира видела: брат и сестра — карточный домик из двух карт. Иона держится лишь потому, что опирается на Эрвина; а он еще не упал потому, что должен поддерживать Иону. Это было до безумия трогательно.

— Простите, — сказала Мира. — Я не хочу терзать вас, но и уйти не могу. Ранен Натаниэль, мой близкий друг, самый светлый человек, кого я встречала. К тому же, победитель Пауля.

Эрвин окинул взглядом умирающего Нави. Скривил губы в подобии усмешки:

— Сестра, ты слышала: паренек украл мою месть. Убей его, пожалуйста.

Иона переступила еще на дюйм. От жуткой дыры в животе остался скромный разрез.

— Остаток я смогу зашить, — сказал ее помощник.

Иона сунула пальцы в рану, произнесла несколько слов.

— Забирайте…

Раненого унесли на другой стол, а перед Ионой положили Натаниэля. Лекари принялись осматривать его, Иона упала в кресло к брату. Он сразу оживился, зажег в себе искорку огня, чтобы отдать сестре:

— Ты умница, я очень горжусь тобой. Вот, держи, выпей кофе. Съешь шоколадку, это придает сил. И подержись за императрицу — она слишком бодрая для нашей компании.

Иона уронила голову ему на плечо и, похоже, сразу уснула. Лекари ворочали разбитый череп Нави, трогали обломки костей, кривили губы.

— Может быть, я попробую сама?.. — робко предложила Мира.

— Не стоит. Сестра послала на Звезду семь человек, пока наработала опыт. А исцеляющий Предмет находится под угрозой деконструктора.

— К слову, я хотела это обсудить. Зачем вы…