"Полари". Компиляция. Книги 1-12+ путеводитель (СИ) - Суржиков Роман Евгеньевич - Страница 1465

Неприятное чувство помешало Эрвину сполна насладиться похвалой. Сам того не зная, отец сказал что-то тревожное… Вот только — что именно?

— Фреска, — подсказала альтесса.

Эрвина прошиб холодный пот. Верно — фреска уничтожена! Я думал, мы встретимся с Агатой, когда я приду в собор. Но теперь — где может случиться встреча, если не на Звезде?!

Эрвин прислушался к ощущениям. Слабость и вялость, сонливость, шум в голове — обычные симптомы кровопотери, ничего особо угрожающего. Стало тревожнее. Раз дело не в болезни, то случится что-то еще. Внезапное и скверное.

— Отец, скажите: Пауль точно погиб?

— Уничтожен деконструктором. Никто не может пережить такое.

— А братья Шейланды?

— Мартина убил Виттор — наши люди видели это с городской стены. Сам Виттор переместился неизвестно куда.

Эрвин стал искать взглядом оружие, отец успокоил его:

— Абсолют переносит только в видимую точку. Мы закрываем ставни и шторы, Кукловод не сможет появиться у нас.

А Рихард ушел в горы, за ним следят разведчики иксов… Тогда в чем же подвох? Отчего так тревожно?

— Деконструктор! — воскликнул Эрвин. — Кукловод может взорвать наши Предметы!

— Не волнуйся, приняты меры. Персты хранятся там, где никто не подойдет к ним. Устроено наблюдение: при подрыве первого Предмета часовые поднимут тревогу.

— А Рука Знахарки? Иона надевает ее, чтобы лечить!

— Это риск, — признал отец, — но он оправдан. Иона может спасти десятки и даже сотни раненых. А Кукловод в первую очередь подорвет Персты Вильгельма, чем вызовет тревогу, и Иона успеет снять Руку Знахарки.

Эрвин погладил волосы спящей сестры. Бедняга снова ходит по лезвию бритвы. Завтра нужно придумать, как надежнее защитить ее… Но сейчас другой вопрос: в чем же опасность? Рука Знахарки угрожает Ионе, а Агата пророчила гибель мне. От чего?

Рихард не шел из головы. Рихард с монахами в горах… Рихард среди монахов… Джемис не смог убить…

— Гордон Сью, проснитесь!

Эрвин сказал тем же тоном, каким командуют: «К оружию». Капитан немедленно вскочил:

— Слушаю, милорд.

— Почему Джемис не стрелял в Рихарда? Монахи закрыли его от вас, но Джемис-то был наверху!

— Он не различил. На Рихарда надели монашеский плащ.

— А много монахов полегло на том направлении?

— Около двух сотен…

Мысль еще не оформилась до конца, но сердце уже заколотилось в груди.

— Где Глас Зимы?

— Милорд?..

— Мой меч!

— Вон там, висит на стене.

— Дайте сюда — и поднимайте тревогу! В замке диверсант!

В один вдох Нексия схватила меч со стены, Гордон Сью рванулся к окну, сестра встрепенулась и подняла голову, отец раскрыл рот, чтобы что-то сказать…

И в этот же вдох распахнулась дверь.

Рихард вошел, запер дверь на засов, откинул капюшон плаща. Он был страшен. Ожог покрывал половину лица, часть волос исчезла, обнажив череп. Глаза буквально горели огнем: не зрачки, а два искровых ока. Рука согнулась у бедра, ища цель.

Гордон Сью выхватил меч, но тут же хлестнула плеть и сломала клинок. Капитан застыл на месте. Рихард обвел всех пылающим взглядом.

— Бедные мыши от страха не дышат. Котик пришел, кот вас нашел.

— Сын, — начал Десмонд, и Рихард взревел:

— Сын?! Нет, лорд Десмонд Герда Ленор, ты отрекся от сына! Ну-ка, сядь.

— Послушай меня…

— Я приказал сесть!

Десмонд повиновался.

— И ты сядь, — Перст указал на Гордона Сью. Тот опустился в кресло.

— Иона, покажи руки.

Сестра отдернула рукава платья, Рихард убедился в ее безоружности.

— Славные мышки.

Он сделал пару шагов и остановился так, чтобы хорошо видеть всех пятерых. Рихард сильно хромал, правая нога явно была ранена или обожжена.

— Братик, — мягко сказала Иона, — у нас Рука Знахарки, мы вылечим тебя.

— Братик? Ах, сколько нежданной родственной любви!

— Вернись к нам, пожалуйста. Мы можем тебя простить. Правда, Эрвин?..

Иона взяла Эрвина за руку — ошибка. При этом жесте Рихард оскалился, как волк.

— Вы! Вы двое! Простите меня, как мило! Вот только я вас не прощу.

Отец сказал сухо и твердо:

— Рихард, ты введен в заблуждение и околдован Ульяниной Пылью. Эрвин с Ионой никогда ничего не замышляли против тебя.

— Ты слепец! Только посмотри на них. Взгляни, как она держит его руку. Это пара любовников, а не брат и сестра!

Иона поспешно отдернула ладонь.

— Ой, теперь тебе стыдно?.. Постыдилась бы раньше, когда вы нанимали убийц, когда клеветали против меня!

— Рихард, ты ужасно ошибаешься…

Плеть разнесла в щепки кресло под Ионой.

— Молчать, — бросил Рихард. — Я не намерен вас слушать. Ты, сестра, могла покаяться, пока сидела в клетке. Была сотня возможностей, но ты их упустила. А ты, лорд Десмонд Герда Ленор, мог поговорить со мной в Уэймарском порту.

— Сын, послушай…

— Молчать!

Под Десмондом разлетелся стул. Отец с трудом поднялся на ноги, встал рядом с дочерью.

Рихард сделал паузу. Никто не рискнул заговорить, и он довольно потер ладони.

— Как видите, я пришел не ради споров. Хочу предложить интересную игру. Отличная забава в духе Севера, мы все получим удовольствие!

Эрвин осторожно согнул ноги под одеялом, прикидывая, удастся ли внезапно прыгнуть. Рихард не ждет от меня атаки, поскольку считает больным. Но, на беду, это правда — я слишком слаб. О прыжке не может быть и речи…

— Вот правила игры. Моего милосердия хватит, чтобы отпустить одного из вас. Будем считать это призом. Его получит тот, кто переживет остальных. Я заставил бы вас сражаться меж собой, но результат слишком предсказуем: две бабы, неженка, безрукий идиот — и один матерый убийца. Нет, мы определим чемпиона иным способом. Я обращусь по очереди к каждому из вас и предложу выбрать жертву. На кого укажут — тот умрет от моего Перста. Последний оставшийся в живых уйдет отсюда.

Нексия ахнула. Эрвин раскрыл рот, но плеть ударила в спинку кровати, обдав его щепой.

— Все молчат! Говорит лишь тот, к кому обращаюсь.

Он направил взгляд на Гордона Сью.

— Как звать, офицер?

— Капитан Гордон Сью Роуз.

— Я не уходил в горы, а остался лежать среди мертвых монахов. Надо было проверить трупы. Ты идиот, офицер, потому начнем с тебя.

Гордон Сью поднялся на ноги и сжал руку в кулак.

— Тебе ясны правила?

— Да, милорд. Вы застрелите того, на кого я укажу.

— Тогда выбирай!

Гордон Сью указал на Рихарда.

— Ты шутишь?

— Никак нет. Вы предали свою семью и свою землю, вы привели врага в Первую Зиму. Такое бесчестье может смыть только смерть. Убейте себя, милорд.

— Неверный ответ, — обронил Рихард.

Грудь Гордона Сью лопнула, обломки ребер вошли в сердце.

— Нееет, — простонала Иона.

Эрвин попытался встать, но плеть стеганула по одеялу в дюйме от его ног.

— Лежать, неженка! Уточняю правила. Можно выбрать любого в этой комнате, кроме меня. А следующим будет…

— Я, — сказал отец и шагнул вперед.

Рихард смерил его пытливым взглядом.

— Хорошо, согласен. Выбирай, лорд Десмонд.

Отец расставил ноги, расправил плечи, опустил правую руку на пояс, левую отвел назад. В боевой стойке он казался несокрушимым, точно каменный исполин. Возникло дикое чувство, что даже Перст Вильгельма не может пробить его защиту.

— Прежде, чем выбрать, скажу. Я горжусь тем, как провел свою жизнь. Я одержал десятки побед, одна из которых дороже всех прочих. Дети — вот мой главный успех. Я воспитал сына и дочь, которым позавидуют даже Праотцы. Отважные, умные, благородные люди, бесстрашные воины, подлинные внуки Агаты. Они — моя великая гордость и опора всего Севера. Однако первый ребенок стал моим стыдом. Я не сумел привить ему ни мудрость, ни достоинство, и готов ответить за эту ошибку. Я выбираю себя.

Потрясающий ход! — мелькнуло в голове у Эрвина. Для Рихарда мы с Ионой — сопляки, второй сорт, но отец-то всегда был идеалом. Рихард подражал ему во всем: в суровости, в жестокости, в боевых приемах, в манере езды. Он даже завел кота, хотя любил собак, — поскольку у Десмонда был кот. Рихард не выстрелит в отца! Рука просто не поднимется!