"Полари". Компиляция. Книги 1-12+ путеводитель (СИ) - Суржиков Роман Евгеньевич - Страница 1395

— Конечно, милорд. Едва очи вернутся к нам — в тот же день вы получите возможность купить их честным путем. Собственно говоря, вы можете вернуть не сами очи, а их стоимость.

— Я согласен, — герцог протянул руку королю.

— Но постойте… — попыталась Магда, отец и муж зашипели на нее.

Шиммериец помедлил с рукопожатием:

— Имею еще одно условие — легко выполнимое, но от того не менее важное. Полк Палящего Солнца имел неосторожность перейти под чужие знамена, что мы с сыном воспринимаем как предательство. Измена требует наказания.

— Солнечный полк — наемный, — возразил Адриан. — Законы чести не распространяются на него.

— Потому мы не просим казнить всех офицеров поголовно. Но командир полка определенно должен быть наказан, иначе пошатнется лояльность других частей. Мы требуем голову Хорея. Вместе с телом или порознь — на ваше усмотрение.

— Что за черт?! — бросила Магда, меняясь в лице.

— Разумное условие, — согласились Адриан и Лабелин. — Нет причин для отказа.

— Рад, что мы достигли понимания, — сказал Франциск-Илиан и пожал руку герцога.

Магда вскричала:

— Дерьмо собачье!

Все повернулись к ней. Она вскочила, опрокинув стул.

— Что за срань происходит, тьма сожри?! Адриан, муженек, вас вытащили из зада три человека — я, барон Деррил и полковник Хорей! Только три, не больше! И одного из нас вы отдаете в петлю?! Отец, и вы тоже… какого черта? Я захватила очи, победила в бою! Они — мой трофей! Хотят вернуть — пускай сражаются. Холодная тьма! Вы слили в дерьмо все, чего я…

У Магды кончилось дыхание. Она подавилась словами, перевела дух, огляделась. Встретила холодные взгляды придворных. Белые щеки девушки стали заливаться румянцем.

— Зря вы, — сказала Карен.

— Было круто! — хлопнул в ладоши Менсон. — Хотя и напрасно.

— Дорогая, вы переволновались, — бесстрастно молвил Адриан. — Прошу, ждите меня в покоях.

Под яростным взглядом отца Магде не осталось ничего другого, кроме как уйти из-за стола. Франциск-Илиан покачал головой:

— Мне грустно быть причиной такого конфуза. Надеюсь, мой дар исправит впечатление.

Он трижды хлопнул в ладоши. Герцог Морис, заранее посвященный в дело, подал стражникам знак. Двери распахнулись, шестерка слуг в белоснежных одеяниях и высоких чалмах внесла паланкин. Король, принц Гектор и леди Катрин Катрин поднялись и склонили головы, великим почтением встречая вновь прибывшего. Слуги опустили паланкин подле герцога Мориса и распахнули шелковые шторы.

Внутри оказался не человек, а птица. Золотая скульптура буревестника, парящего на распластанных крыльях. Постамент из полированного хрусталя был почти незаметен, создавая иллюзию полета. Птица являла собою шедевр ювелирного искусства: тончайшие перья из белого золота, черные звезды сапфиров по кромке крыла, топазовая синева глаз. Но истинное чудо представлял собой клюв: он состоял из света. Пучок лучей исходил изо рта буревестника и обрывался через пару дюймов.

— Вот это да! — воскликнул Менсон.

Франциск-Илиан торжественно произнес:

— Для меня честь представить вам, господа: Птаха без Плоти, личный Предмет Елены-Путешественницы. Он способен смотреть на любое расстояние, игнорируя преграды и темноту.

Все за столом сотворили священные спирали.

— В знак возобновления крепкой дружбы, я дарю Птаху без Плоти герцогу Морису Лабелину, правителю Южного Пути! И прошу его дать владыке Адриану полный доступ к сему Предмету.

Герцог отвесил поклон:

— Щедрость вашего величества не знает границ. С чувством огромной благодарности я принимаю ваш дар и дружбу.

Оба правителя земель вышли из-за стола, чтобы церемонно пожать руки.

А Адриан подошел к паланкину, заглянул в глаза птице, коснулся бесплотного клюва. С таким же восторгом и трепетом любящий отец берет на руки первенца-сына.

— Господа, теперь мы в одном шаге от мечты! Дайте немного времени — и я сотворю чудо!

Этой ночью две знатные дамы не сомкнули глаз.

Леди Карен Лайтхарт лежала без сна и думала о Птахе без Плоти. Могучий Предмет, способный видеть что угодно, и янмэйский тиран, жаждущий все на свете держать под контролем. Жуткое сочетание.

Но не страх мешал Карен уснуть. Страх и тревога вошли в привычку с тех пор, как вернулся Адриан. Учтивость южного короля — вот что все изменило. Доселе Карен ощущала себя беспомощной овцою. Первый из Пяти сумел оживить в ней забытое чувство: я дочь Великого Дома, я обладаю волей. Я не должна терпеть то, что невозможно стерпеть.

Блаженно посапывал муж, в коморке для слуг храпел с присвистом Форлемей. Леди Карен тихо встала, затеплила свечу. Разыскала в багаже старую сумку — ту, что была при ней в день встречи с Дороти. Вытряхнула все без остатка и увидела крохотную вещицу. Карен давно догадывалась, что она там. Именно потому не носила эту сумку, даже не открывала после встречи на вокзале… Но этой ночью хватило отваги, и вещица оказалась в руке.

Леди Лайтхарт застыла в тяжелых раздумиях. Необходимо это сделать и, кажется, даже есть способ… Но — нельзя. Она долго смотрела на спящего мужа и рвалась между «нельзя» и «необходимо». Потом нашла выход: ключом являлась детская считалочка. Карен составила несколько строк и ранним утром отправила их волною. А страшную вещицу спрятала, молясь о том, чтобы она никогда не пригодилась.

Леди Магда Лабелин тоже не спала в ту ночь. Она кипела от ярости. Понимала, сколь глупую ошибку допустила, но злилась отнюдь не на себя. Отец и муж должны были знать, какую гадость творят. Это их вина, что она сорвалась!

Трижды Магда начинала письмо, но комкала и швыряла в угол. Ей все не удавалось избежать слов «засранцы» и «дерьмо», а благородный адресат не воспринял бы такого лексикона. Вошла Низа, и Магда велела:

— Садись, тихо жди!

Присутствие молчаливой шаванки снабдило Магду долей спокойствия. Злосчастное письмо было окончено и запечатано в конверт.

— Слушай-ка меня внимательно. Возьми сира Питера и письмо, и еще вот это, — Магда бросила на стол туго набитый кошель. — Скачите на запад по Лабелинскому тракту. Вам встретится Солнечный полк — он марширует сюда, не пропустите.

За окном громыхнуло, и Магда рыкнула:

— Да, вижу, что гроза. Тьма сожри, придется намокнуть!

Низа только пожала плечами:

— Мне не впервой.

— Сразу идите к полковнику Хорею. Если спит — пускай разбудят. Сразу же, тьма! Отдайте ему письмо и кошель. Скажите на словах: я прошу прощения…

— Я прошу прощения? — уточнила Низа.

— Не ты, а я, леди Магда! Извиняюсь за мужа, который поступил как дерьмо. Он обещал голову Хорея шиммерийцам. Если Хорею нужна голова на плечах — пусть бежит. Можно вместе с полком, но лучше — без. Муж перекупит других офицеров, Хорея выдадут.

— Пусть бежит, иначе выдадут, — повторила Низа. — Куда?

— Да насрать, хоть в жопу к Темному Идо!.. Этого только не повторяй. Скажи: в любую землю кроме тех трех, что подчиняются Адриану.

— Да, ваше величество. Поняла.

— В кошеле — искровые очи, выходное пособие Хорею. Если вы с Питером только подумаете украсть — найду и сдеру шкуру.

Низа нахмурила брови:

— Я не воровка.

— А захотите поглядеть и рассыплете — оторву тебе руки, пришью Питеру на задницу.

— Я не растяпа.

— Ладно, не обижайся. Просто зла я сегодня, взбесили… Если все поняла — ступай.

— Поняла, только я пришла с докладом.

— Да?.. И что у тебя?..

Низа выхватила из декольте клочок бумаги:

— От вашего отца.

— Не делай так! Только мещанки носят письма на сиськах. Заведи себе…

Она осеклась, увидев текст:

«Ты не справляешься, я помог. Твой муженек готов на все. Ступай, делай дело!»

— Что это значит?!

— Вам виднее, я-то не грамотная. Но еще есть от Адриана. Он сказал Бираю, а тот сказал мне: «Владыка ждет жену в спальне. Пусть оденется как надо».

Магда фыркнула: