Акт исчезновения - Стэдмен Кэтрин - Страница 14

За дверью кто-то стоит.

Часы на телевизоре показывают 19:12. Но дело не в этом. Пугает другое: у меня в Лос-Анджелесе нет знакомых, кроме Соуки, а она не знает, где я остановилась.

Плотнее закутываюсь в халат, хватаю мобильник и засовываю в карман. Когда выхожу в холл, в дверь снова громко звонят. Видеофон показывает, что коридоре за дверью стоит женщина и что-то держит в руках. Приблизившись к монитору, разглядываю ее: темные каштановые волосы зачесаны назад, белая блузка… На секунду мне кажется, что это Эмили.

Но Эмили не может знать, где я живу. Она даже не знает моего полного имени, не говоря уже об адресе в Лос-Анджелесе. Щурюсь в монитор, и постепенно до меня доходит: это же консьержка с ресепшена. Я перевожу дух, даже не заметив, что сбилось дыхание, и распахиваю дверь.

Она приветливо улыбается, бейджик с именем скрыт большим пакетом, прижатым к груди. Я вижу ее каждый вечер с тех пор, как приехала, но совершенно не помню, как ее зовут.

– Здравствуйте, Миа, – говорит она. – Извините за беспокойство. Это только что принесли для вас. Кто-то оставил на ресепшене. Это была не Мишель, но мне показалось, что это срочно, и я решила сразу принести пакет.

– А, ясно… – На самом деле я ничего не понимаю. Видимо, какая-то Мишель должна была доставить в номер приветственный комплимент перед моим приездом в воскресенье.

Пакет туго перевязан, мягкая коричневая бумага сминается в руках, внутри что-то прямоугольное. Почтовых марок нет, да они и ни к чему, если пакет доставили лично. Я вижу свое имя, аккуратно написанное черным фломастером – почерк незнакомый. Пытаюсь предположить, кто же, черт возьми, мог привезти мне посылку в семь вечера. Может, это мой агент, а внутри сценарии? Но он отправил бы их по электронной почте…

Консьержка явно ждет, когда я заберу пакет и оценю ее заботу. В ее должностные обязанности наверняка не входит доставка посылок в номер.

– Можно? – Я забираю пакет. – Большое спасибо, что принесли его, – теперь я могу прочесть ее имя на бейджике, – Люси. Я вам очень признательна.

Она сияет:

– Никаких проблем. В это время внизу почти никого, вот я и принесла. Вы, наверное, заметили, что сейчас у нас довольно тихо.

Похоже, ей скучно и она не прочь поболтать. Я переминаюсь в дверях, неловко держа пакет, хотя мне уже становится любопытно.

– Забавно, что вы это сказали, а я как раз подумала то же самое сегодня утром. Здесь действительно как-то странно тихо.

Она заговорщически улыбается.

– Здание построили на месте индейского кладбища или что-то в этом роде? – шучу я.

– Знаете, не исключено, – смеется Люси. – Но на самом деле… – Она вдруг резко обрывает себя, словно трансильванский крестьянин, который дважды подумает, прежде чем рассказывать о местном землевладельце. Сейчас самое время для раската грома. Я невольно хихикаю:

– Вау. Все настолько ужасно, да?

Она слегка краснеет:

– Вряд ли мне стóит об этом говорить… Вы нервный человек? Часто беспокоитесь или…

Я перекладываю из руки в руку увесистый таинственный сверток и ненадолго задумываюсь:

– Нет, думаю, у меня крепкие нервы. Хотя, смотря что вы собираетесь рассказать.

Люси смотрит на меня и продолжает:

– При строительстве этого здания геологи обнаружили, что между Уилширом и Девятой[24] проходит небольшой разлом. Прямо там, где мы стоим. В «Лос-Анджелес таймс» была статья.

Неожиданно…

– Что-то вроде линии разлома при землетрясении? – уточняю я. – Прямо под нами?

Она усмехается, когда мой голос срывается.

– Да. Но город решил продолжать строительство, потому что она неподвижна и может оставаться в покое до трех тысяч лет. Так что, думаю, нам ничего не грозит. Однако многие, кто прочитал статью, отказались покупать квартиры. Мы открылись в прошлом году, и сюда въехало не так много людей. Большинство покупателей иностранцы. Покупатели из Азии просто вложили деньги, и их квартиры стоят пустые. У нас есть пара краткосрочных арендаторов на пилотный сезон – таких, как вы. И еще кое-кто из руководства загородных студий снимает верхний этаж. Но постоянных жильцов около двадцати.

– А сколько всего квартир? – интересуюсь я.

– Двести.

– Вау! Теперь понятно, почему я никого не вижу. Но как вы до сих пор не разорились?

– Наверное, из-за инвесторов? – Люси явно не в курсе и только пожимает плечами. – Пока у меня есть работа, я не задаю лишних вопросов. – Тут она замечает выражение моего лица. – Все в порядке, честное слово. Серьезно, я бы не работала здесь, если б хоть на секунду поверила, что все это может на меня рухнуть. В любом случае в Лос-Анджелесе не было землетрясений с девяностых годов. А если оно начнется, то уже неважно, в каком месте Даунтауна вы окажетесь. Здесь полно высоток, которые обрушатся.

Что ж, это утешает… Я вспоминаю вид у меня за спиной, открывающийся из окна гостиной: миниатюрный Лос-Анджелес, сверкающий в темноте. И я над ним в ночном небе на высоте трехсот футов. И между мной и асфальтом внизу нет ничего, кроме прохладного вечернего воздуха…

– Замечательно! – сворачиваю я разговор, в знак благодарности тряхнув пакетом. – Спокойной ночи, Люси! Приятных снов!

Она дружески хихикает, уходя по коридору:

– Моя совесть чиста. Вы сами сказали, что вы не нервный человек!

Затем идет к лифтам и скрывается за углом, а я остаюсь наедине с посылкой. Написанные от руки буквы зловеще смотрят на меня. И, дрожа в своем халате, я возвращаюсь в смертельную ловушку на высоте трехсот футов.

10

Толстый пакет

Кладу пакет на ковер в гостиной и сажусь перед ним, скрестив ноги. Может, это подарок от Майкла или от Синтии из Лондона? Или даже извинение от Джорджа…

Почему-то вспоминается Шон, мой преследователь, и отправленная им посылка. Офицер полиции, который вел дело, сказал тогда: «Если в доме обнаружится что-то неожиданное, звоните». Я пытаюсь вспомнить, говорил он сначала открыть это «что-то» или ни в коем случае не открывать. Да и неважно, потому что Шон, мой театральный сталкер: а) не знает, где я; б) если б и знал, такой чудик не способен воспользоваться этим знанием. По крайней мере, мне так кажется.

Достаю из кармана телефон и проверяю электронную почту. От Синтии больше ничего. Но сорок пять минут назад пришло новое письмо от Майкла.

Просматриваю папку «Входящие» в поисках предыдущего письма от Майкла – наверное, я его пропустила. Но вижу только его вчерашние письма. Может, он забыл его отправить, или не дошло… Снова смотрю на пакет. Очень странно. Подготовительные материалы. Открываю НДА, перетаскиваю в него свою электронную подпись в пдф и отправляю на указанный адрес электронной почты. Разрываю упаковку, высвобождая толстую стопку переплетенных листов с водяными знаками, на которой сверху выведено мое имя. Сценарий. Новый сценарий. На титульном листе надпись: Галатея. Мне это ни о чем не говорит.