Волки и боги - Тена Тена Марина - Страница 60

– Ее схватили?

– Да. – Что-то в тоне ее голоса беспокоило Нестора, но он не мог сказать, что именно.

Тут Фе коснулась его щеки, и это прикосновение придало ему новые силы. Много сил. Как будто десятки поколений оборотней отдали ему свою энергию.

– Я могу провести тебя к ней, провидец. Но мы не успеем добраться туда вовремя ни на человеческих ногах, ни на волчьих лапах.

– Значит, надежды нет?

– Есть. Но ты должен быть смелым, – ответила Фе своим музыкальным голосом. – Готов ли ты пройти со мной через Страну мертвых?

Нестор сглотнул. Это было очень лестное предложение, предложение, за которое Сьерра ухватилась бы без колебаний. И все же он почувствовал, как сердце замерло и мурашки побежали по телу. Провидец подумал, что Фе, чувствуя его страх, будет смеяться над ним или даже презирать. Но вместо этого она наклонилась к нему и нежно коснулась его руки.

– Обещаю, тебе нечего будет бояться, пока ты не отпустишь мою руку. Для живых это темное место, и оно опасно для тех, у кого еще бьется сердце. Но я буду вести тебя до конца.

– Я доверяю тебе, – сказал Нестор чуть более сдавленным голосом, чем ему хотелось бы, и почувствовал теплую щекотку у себя между пальцами. Пальцы Фе переплелись с его и потянули за собой, хотя Нестор не понимал, в какую сторону. Это было похоже на проход через воду, только влажности не ощущалось. Воздух вокруг стал холоднее, плотнее и темнее. Небо изменилось, звезды засияли белым светом, и в этом свечении Нестору почему-то чудился кровавый отблеск. Деревья запахли терпко и сладко. А ветер начал доносить голоса. Рука Фе стала осязаемой и такой теплой, что провидцу начало казаться, что она сделана из огня. Нестор взглянул на свои руки: кожа светилась. Фе еще раз, теперь резко, потянула его за собой.

– Нам нельзя здесь задерживаться. Это порог: те, кто остался здесь либо недавно умерли, либо слишком замучены, что найти в себе силы пересечь его. Их держат чувства: ненависть, любовь, страх. Но если оставаться здесь слишком долго, чувства искажаются, и обуреваемые ими существа превращаются в монстров.

– И со мной такое тоже может случиться?

– Чтобы такое случилось, умерший должен оставаться тут сотни лет, – сказала Фе, ведя Нестора за собой. – А не десятилетие или два. Но для живых это место опасно. Они добыча для монстров, запертых между двумя мирами.

Всю дорогу Нестор не осмеливался заговорить. Он изо всех сил старался увереннее переставлять ноги, чтобы не отставать от Фе. Удивительно, но он даже ни разу не споткнулся: корни и растения стали прозрачными и податливыми, хотя на пути и попадались острые камни и пропасти, которые провидец старался обходить. Внезапно издалека послышалось страшное рычание. Нестор вздрогнул, но Фе крепко обняла его.

– Это далеко, – спокойно сказала она.

– Нам еще долго?

– Не очень. Сейчас мы находимся недалеко от вашей деревни.

– Уже?

– Ни Зейт, ни Терра не знают этого места, – голос Фе был счастливым и обнадеживающим.

Она выглядела совсем юной. Хотя Нестор и знал, что Фе умерла первой из Пятерки, ему в голову не приходило, что это могло произойти, когда она была почти ребенком.

– Осторожно! – Фе успела остановить Нестора прежде, чем земля обрушилась у них под ногами.

В трещине, которая образовалась, текло что-то, похожее на лаву, но будто сделанное из чистого света.

– Это ловушка?

– Нет, мы на правильном пути. Здесь была Селена, – сказала Фе и обернулась, чтобы убедиться, что с ее спутником все в порядке. – У Рея есть причины запретить членам Совета Восьмерых ходить по земле.

Фе мгновение поколебалась, прежде чем повести Нестора по другому пути, в обход.

– Мы можем опоздать, – с тревогой проговорила она.

– Ветерок в опасности?

– Она ушла не одна. Селена взяла ее с собой.

– Селена? – Нестор поперхнулся именем богини. – Зачем она Селене?

– Не могу сказать точно, но мне кажется, хорошего в этом мало.

Нестор с трудом сдержал слова, которые вертелись у него на языке. Всю жизнь его учили уважать богов, особенно тех, кто их создал. В последнее время, когда он и большая часть племени пытались понять наказание Селены, он не мог не прислушиваться к голосам, рисовавшим гораздо более жестокий образ богини. И он понимал: и Сьерру, которая была еще молодой и безрассудной девушкой и говорила все, что думает; и старейшин, в чьих голосах он слышал сомнение; и в загадочной речи Азанора; и в сдерживаемой ярости Фернера; а теперь вот и в словах Фе, самой сладкой из Пяти Предков. Почувствовав колебания Нестора, Фе сказала:

– Боги – высшие существа, – шепотом произнесла она. – Они умеют поднимать горы, окрашивать море по ночам и зажигать огонь. И они нас любят, поскольку наше сердца – волков, фениксов и людей – созданы по подобию их собственных сердец. Но ненавидеть они тоже умеют и иногда делают это безо всякой причины, выливая свою ненависть на тех, кто меньше всего это заслуживает. Они могут преподнести нам самые чудесные дары и наказать самым жестоким способом.

Они более могущественны, чем мы думаем, но не идеальны.

– Но Селена создала нас. А Ветерок – девочка.

– Я тоже была девочкой, когда она выбрала меня. Селена предложила мне дар, которого я не смогла принять. И у меня не было выбора, хотя тогда я этого не знала. Богу легче убедить взрослого человека спрыгнуть со скалы. И мой выбор оказался всего лишь иллюзией. Я знаю, что Фернер любит ее, но я не уверена, что у него когда-нибудь был другой выбор. Выбор не любить… И ты свой дар тоже не выбирал, Нестор.

Провидец не знал, куда они идут. Местность перестала напоминать лес: то, что было деревьями, превратилось в волнистые тени. А в земле появилось еще больше залитых светом трещин.

Фе перепрыгивала их с грацией маленькой птички, и Нестор позволял себе руководствоваться ее движениями.

– Я бы выбрал его, свой дар, – сказал он после паузы. – Теперь я точно знаю. Если бы мне предоставили выбор, видеть будущее или нет, я бы выбрал первое.

Он знал, что Фе улыбается. Рука, обнимавшая его руку, стала еще теплее.

– Есть много способов встретить свою судьбу, и ты свою уже встретил.

– Не знаю, хорошо ли это, – признался Нестор.

– Собственное решение всегда делает тебя сильнее, – сказала Фе и слегка замедлила свой ход. – Мы пришли.

Нестор сильнее сжал ее руку. Постарался дышать спокойнее, чтобы унять сердце. Впереди мелькали два очень расплывчатых силуэта. Одна из фигур источала свет, настолько яркий, что он почти ослеплял. От другого, наоборот, исходило мягкое свечение, похожее на свет от его собственных рук.

И тут он почувствовал запах Ветерка – мягкий, нежный, его ни с чем нельзя было перепутать. Этот аромат смешивался с запахом жасмина и дождевых облаков. «Селена», – подумал Нестор. Селена явно произносила какие-то слова. Но звучали они не как речь, а как мелодия – ничего нельзя было разобрать.

– Ты не можешь общаться с ними отсюда, – прошептала Фе. – Нужно вернуть тебя на другую сторону. Я буду с тобой. Но предупреждаю: будь осторожен.

– Что мне нужно сделать?

Фе коснулась его руки своей теплой кистью.

– Спасти девочку. Ты будешь не один.

И она снова потащила его, сквозь холодный и густой воздух, сквозь пелену, покрывающую мертвых, чтобы вернуть его в лес, который сотрясали звуки войны.

Нестор медленно вдохнул, пытаясь привыкнуть к тому, что мир, который только что был воздушным, вдруг обрел плоть. Он и не заметил, что по ту сторону барьера, разделявшего живых и мертвых, он был невесомым. Зато сейчас его суставы отяжелели, земля потянула его к себе, а воздух наполнился небывалым количеством звуков – свистом ветра, ночными разговорами птиц и трепетом их крыльев у него над головой. Посреди леса стояли две фигуры, и Нестор почувствовал себя как во сне, который повторяется. Он уже прожил этот момент. Это было странное чувство, как будто он впервые стоял перед кем-то, о ком много слышал. И это было одновременно и реально, и эфемерно. Как и по ту сторону барьера, Селена что-то говорила, но на этот раз Нестор смог разобрать ее слова.