"Фантастика 2024-110". Компиляция. Книги 1-19 (СИ) - Войтенко Алекс - Страница 1250

— Это.. жёсткая оценка.

— Ну вы же, уважаемый Ян Эдуардович, рассчитывали на предельно честный и открытый разговор? Сейчас, в свете знания рукоовдства страны.. и партии, есть слабая надежда надеяться на то, что страна останется единой, но слишком много я наслушался от своих родственников из Риги и отца. Извините, если что не так.

Возвращаясь к воспоминанию о том фото, которое, как мне кажется, подтолкнуло Калнберзиня.

Как и действовало подобным образом (на что-то другое) на многих из «допущенных к тайне», когда они видели знакомые им места в том виде, которые они обретали в «ином будущем».

Да. Побережье Рижского залива. Булдури. Фото моего отца на пляже неподалёку от высящегося поодаль довольно футуристичного и культового в СССР места.

«Юрас Перле».

Разумеется, мой отец не был там в самом заведении.

Место для взрослых дядь и тёть советской элиты, хотя и не только.

Он и сам уже в 90-х только узнал, что находилось там. А я — только в 21 веке, когда у нас появился в 2004-м МФУ(принтер-копир-сканер) и мы с отцом вместе оцифровали на нём все старые семейные фото.

Часть из которых, касающиеся летних каникул, проводимых отцом в 80-х в советской Риге (на пляжах Юрмалы, на параде ВМФ на Даугаве и прочих), с таким пристрастием, в октябре «иного» 1948-го рассматривал первый секретарь КП(б)Л Ян Эдуардович Калнберзинь.

— ..В варьете в этом, с видом на море, в ресторане «Юрас Перле» выступала будущая, столь любимая в Союзе латышская звезда. Её звали Лайма Вайкуле. В коллекции видеоклипов есть только одна запись с ней, с телевизионного, 1986-го новогоднего праздничного шоу.. представления.

Валерий Леонтьев feat. Лайма Вайкуле — Вернисаж (1986г.) Новогодний огонек

https://youtu.be/D6DJvnd-R-o

— Вам нравилась эта певица? Вашему отцу?

Отрицательно качаю головой.

— Мне — нет. Поёт отлично, но.. другая эпоха.. другая музыка. Даже для отца, собравшего из интернета эту коллекцию, случайно задержавшуюся именно на моём компьютере в домашней сети и так и существовавшую там, даже тогда, когда я стал жить отдельно — сие, как мне кажется, было чем-то вроде ностальгии по школьным годам. Но поют да, отлично. Советской аудитории нравилось. А западу, которому многие так поклонялись, они так и остались не нужны. Как и тот талант.. композитор, Паулс, тоже.. особой славы на западе, после развала СССР, не снискал. Им всё перепадало только от советской публики.

Я тогда, в 1948-м, и близко не догадывался, как сильно изменится национальная политика в СССР в «этот раз». И какие меры примет верхушка СССР на случай повторения чего-то такого-же катастрофического по последствиям, как «перестройка».

Может, мои слова, даже такие, казалось бы, далёкие от политики, как насчёт «музыки только для СССР», и внесли свою лепту в буквально насаждаемый и всячески продвигаемый последние десять лет образ «советского человека».

«Тут» устроили ещё более «жёсткое заединивание», в отличие от послаблений в экономике, личной жизни, культуре и даже в контактах с другими странами..

Я.Э.Калнберзинь.

А ведь жена Илга вернулась осенью сорокового из Бутырской тюрьмы (как и дети, попавшие в детдом), благодаря этому пришельцу? Какая у них была судьба в прошлом Рожкова?

Таящего личную злобу на Латвию?

— ..Возглавили и получали позже бенефиты те, кто удачно мимикровал при СССР. Всякие эмигранты да новые подтянулись позже. Как я понимаю коммунистические и комсомольские работники при «перестройке» повернули нос по ветру. Да местная «советская интеллигенция». Заласканная советской властью..

Вот так. Внутри сгнило. Свои же предали. Роль запада, похоже, была вторична. Слова пришельца из иного будущего вполне сходились в этом с выводами в материалах, подготовленных 8-м управлением НКГБ для нового члена Политбюро.

Да, и это сложилось с настроениями в РСФСР, на которой держался Советский Союз..

Сам генсек в одной из дискуссий, которые продолжались в кругу своих, обмолвился на эту тему:

— ..Помните, с какой злобой говорил наш пришелец про сравнение снабжения РСФСР с другими республиками? Будем считать всё, сказанное им насчёт данного вопроса — пропагандой властей России 2018-го или иначе? Вот то-то и оно!

Глава 10 — Цифровые и политические грани сталинского СССР ver.2.0 Часть III

Ноябрь 1948. Латвийская ССР. Рига. Член Политбюро ЦК ВКП(б), первый секретарь Коммунистической партии (большевиков) Латвийской ССР Ян Эдуардович Калнберзинь (Калнберзиньш).

— Чертовски мало было по Латвийской ССР в том архиве, который в сентябре 1940-го начали создавать товарищи из бывшего 8-го отдела ГУГБ, по крупицам просеивая и систематизируя всё, что было упомянуто и просто затесалось в «электронно-цифровых книгах» на вычислителе пришельца из будущего.

И многие (хотя и не все, конечно) кадровые решения в Москве, как стало ясно сейчас, объяснялись «тем опытом». В своё время ему просто мягко намекнули на Старой площади, что товарищ Судмалис Имант Янович — очень перспективен и его опыт партизанского подполья против германских оккупантов оценён очень высоко. И Москва смотрит на того, как на в высшей степени проверенного товарища, достойного, чтобы двигаться по молодёжной линии.

Ныне, глядя на сидящего перед собой ещё достаточно молодого, хорошо известного, проверенного войной и подпольем человека в круглых очках, ставшего первым секретарём латышского комсомола, Калнберзинь всё не мог отделаться от мысли, что видит ожившего мертвеца.

Герой, принявший в «тот раз» мученическую смерть от рук гестаповцев, в этот раз выжил. Хотя также, будучи ещё довоенным, посидевшим тогда в Улманисовской тюрьме 4 года, членом ЦК латышского комсомола, он возглавлял подполье в Лиепае, и позже в Риге, проведя за время оккупации Латвийской ССР несколько десятков боевых акций и засад на тыловые колонны немцев.

В «иной» истории его жизнь оборвалась в 1944-м на виселице. Сейчас же, несмотря на все опасности и ужасы более короткой, чем «тогда» германской оккупации, Имант Янович жив.

Именно Судмалис, лично видевший многое во время работы подпольщиком в оккупации, недавно помог Калнберзиню в работе над подготовкой страшного «Отчета об итогах злодеяний, совершенных немецко-фашистскими захватчиками на временно оккупированной ими в 1941–1942 гг. территории Латвийской ССР»..

Сидит вон, за столом напротив, и поблёскивает круглыми стёклами, никак не понимая, какие жуткие и невозможные для почти всех мысли бродят в голове первого секретаря ЦК компартии Советской Латвии..

Калнберзинь, успевший в московском спецхране 8-го управления ГУГБ прочесть пару обзорных книг по военной истории «того варианта времён», по сих пор содрогался, представляя сколько погибло советских людей «тогда», если от потерь в родной ему Латвии «этого хода истории» кровь стыла в жилах..

— .. Не только про хуторские проблемы мы думать должны, хотя и про них тоже. Доклад твой.. — Калнбернзинь указал на лежащие на столе листы — ..что по работе с молодёжью, борьбой с пережитками Улманисовской диктатуры и наследием германских оккупантов, что мы заслушивали, верен в главных чертах. Но.. тебе, Имант Янович, как проверенному тюрьмой, войной и подпольем товарищу, должно быть ясно — общее будущее нашей советской страны будет строить молодёжь. И если мы её упустим.. во всём, даже там, где и подумать сейчас не можем, лет через 20, она, когда сама займёт высокие места, может сама начать гнить. Изнутри. Ты не вскидывайся.. вижу, непонятно тебе.. я не про то, что многие товарищи честные сами.. под оговоры попали. С этими делами, надеюсь, разобрались, хотя многих зря сгубили. Но товарищ Берия в своём ведомстве вовремя порядок перед войной навёл. Но я не про это.. а про молодых. Вот чем новые поколения, по твоему, будут заниматься лет через десять или тридцать?