"Фантастика 2024-110". Компиляция. Книги 1-19 (СИ) - Войтенко Алекс - Страница 1173

Наступала «эпоха потребления». К одному из важнейших аспектов которой прикладывал напрямую свой талант и «знания по профилю» пришелец, всячески желавший скорого наступления и торжества нового цифрового мира.

Чтобы поскорей ощутить потерянное в будущем привычное окружение. Пока пришелец ещё был достаточно молод… как и тот, по чьему приглашению он появился на 56-м этаже.

Возможно, именно поэтому и Нельсона Олдрича Рокфеллера так пленило беспутное и разнузданное будущее, явленное в словах, видео и звуках ему гостем «оттуда». Пока не созданные «здесь» автомобили и не рождённые красавицы, в кадрах из нескольких видеоклипов 21-го века, срезонировали с его собственным подобным опытом. Ему захотелось приблизить эти мгновения.

Радость от ощущения полноты жизни ещё только двигалась к своему пику в молодом Рокфеллере. Тот мир, который рождался в пору его юности в 20-х, с короткими стрижками девушек, губной помадой, укоротившимися юбками, танцами, быстрой езде на автомобилях, как оказалось, был замечен им только на самом восходе!

Рокфеллер, уже набравшийся определённого опыта и становившийся самой настоящей акулой капитализма, пока только ощущал общие контуры понимания того, что не только нефтью, углём и машинами питается власть, богатство и могущество в будущем..

Оно питается жаждой потребления. Жить хорошо и с комфортом хотят все. Пусть и удаётся реализовать подобное в очень разной степени.

Но он уже подходил к подобным глобальным выводам, являвшимся базой для обретения богатства и могущества для подобных ему самому. А «цифровая эпоха», усилиями пришельца, зацикленного на некоторых идеях-фикс, лишь усиливала подобные тенденции.

Знакомство и прямое взаимодействие с многими сильными мира сего самого попаданца, новое реальное ощущение «купить можно всё» уже начало подвергать эрозии его некоторые, пусть и книжные идеалы. Он не стал жадной и беспринципной тварью, да и вкус денег он ощутил отнюдь не здесь.

«Господин Рожков» принёс его из своего 2018-го! Правда, пока он по прежнему считал, что деньги должны всячески избегать пропитки их кровью.

Но… именно здесь, в прошлом, ныне его настоящем, он узнал вкус БОЛЬШИХ денег. Для него, в отличие от Нельсона Олдрича Рокфеллера, всё только начиналось.

И, каждый из этих двоих брал свои уроки у другого. И каждый платил по своим счетам..

О личной повседневной жизни пришельца там, за гранью будущих времён, по большому счёту, в США была более-менее осведомлена только Президентская чета, переводчик Боулен и Маргарет Миддлтон. Остальные получали строго нарезаемые Рузвельтом поля ответственности и сведений «как это было впереди».

Президент старательно контролировал всё, происходившее вокруг пришельца, окружив его за пределами Белого дома людьми Гувера, весьма удачно поддерживавшим у пришельца иллюзию полной свободы, в отличие от «советских коллег» из ГУГБ НКВД, изрядно перебарщивавшими со своими мерами безопасности и секретности.

Сейчас Рокфеллеру выпал второй шанс, помноженный на первоначальную удачу первого, когда он, в составе группы допущенных Рузвельтом, в общих чертах узнал историю мира на 78 лет вперёд… И он использовал его сполна!

Его пост, сооружённый «под него», точнее, в основном под интересы многочисленных бизнесов — наследников разделённой в начале века по антимонопольному иску администрации Теодора Рузвельта «Стандарт Ойл», дипломатично назывался «Офис по меж-американским делам».

Но для всех понимавших что к чему, это был «пост по Латинской Америке», где семейство Рокфеллеров имело огромные бизнес-интересы, чьё продвижение удачно совпало с военной необходимостью пресекать немалое влияние немцев и бороться с уровнем антиамериканских настроений озлобленного местного населения там, которые так поразили Нельсона и его брата Уинтропа во время их личной трёхмесячной поездки по семи странам Латинской Америки в 1937.

Он сам не был ответственен ни за недавний скандал с обвинениями в сотрудничестве с врагом, ни за старые, почти позабытые грехи семейства — как та история, в которой замаралась принадлежавшая клану Colorado Fuel and Iron Company.

Тогда, во время конфликта в шахтёрами в Колорадо в 1914-м, вылившегося в столкновения и перестрелки с нанятым детективным агентством Baldwin-Felts и национальной гвардией штата, события привели к жертвам с обеих сторон. В том числе погибло несколько женщин и детей и числа семей протестовавших. Лично подобное его пока не очень коснулось, но легло тенью осуждения — «он из Рокфеллеров!».

Оправдываться за подобное приходилось деду и, ныне — отцу. Мысли о восстановлении общественной репутации семьи, подорванной как той историей, так и другими обстоятельствами, сейчас, в основном занимали старшего брата Нельсона — Джона Дэвисона Рокфеллера III..

Ныне же, лично с точки зрения «представителя по Латинской Америке» многое резко поменялось. Планы на будущее необходимо было корректировать, учитывая фантастический шанс. Ситуацию усложняло то, что благоволение Рузвельта в отношении доступа к человеку из будущего ограничивалось конкретно им, Нельсоном Олдричем. Президент ясно дал понять это, согласившись на предложение-просьбу в отношении господина Рожкова и пояснив своё видение «как надо».

Тем не менее то, что знания путешественника во времени, обычного жителя 21 века, неведомой природной аномалией закинутого в прошлое, использованные получившими доступ к ним, изрядно поломали ход истории, чётко дало понять Нельсону Олдричу, что отношение ко всему происходящему просто как к возможности утолить жажду любопытства насчёт грядущих времён, не допустимо. Отдельные упоминания того «как было тогда», выскакивавшие у пришельца, подтверждали такие отличия.

Очевидно, что приближённые Рузвельта, которые имели всё же больший вес в глазах Президента и военные получили намного больше ответов, проводя больше времени с пришельцем.

Яростное сопротивление Гитлеру и позже — массовое применение ранее появившегося из-за сведений пришельца у Сталина ужаснейшего атомного оружия, показывало то, что большевики готовы, отстаивая свои идеалы, убивать своих врагов — миллионами. С другой стороны, готовность Сталина «поделиться знаниями о будущем» с США, улучшив некую относительно удачную систему политического равновесия в мире, которая долго царствовала в прошлом господина Рожкова, говорила, что СССР готов договариваться..

Но это была большая политика, с которой только предстояло разбираться. Какие вывод сделал для себя сам Рузвельт и к чему приведут действия американского Президента и вождя русских, могло показать только время.

А пока, более первичным было понять — чего хочет господин Рожков сам. Он, обычный житель 21 века, имеющий представление и личный опыт о даже совсем не предсказанных ныне факторах и обстоятельствах!

Кажется — спроси его о чём только не желаешь, получишь хоть какой-то, но в любом случае более достоверный ответ, чем могут дать любые нынешние мудрецы и предсказывающие будущее.

Очевидец оттуда..

С ним надо говорить, как человек с человеком, а не как государственный деятель с с таким же представителем иной страны?

Попробовав управлять разговором, Нельсон, максимально натянувший маску доброжелательного хозяина, вскоре обнаружил, что его расспрашивают с не меньшей беззастенчивостью, чем он сам.

Он узнавал у «человека из будущего», тот — задавал вопросы «исторической личности». Очередной в его коллекции, как признался сам господин Рожков..

Каждый пополнял свой уникальный опыт..

Рослый пришелец, значительно выше даже 179-сантиметрового Нельсона, легко использовал термины, совсем не возможные из уст «человека из СССР». Да и местами не сразу осознаваемые самим молодым Рокфеллером.

«Глобализированное будущее», со множеством возможностей делать бизнес, на совсем ныне не представимых нишах и новых рынках, практически не существующих сейчас, пленяло. Слова пришельца о том, что в среднем, благосостояние людей улучшилось не только в самых богатых странах, укрепляло стройную картину «общества потребления». Самые обычные люди желали больше потреблять. Огромные — в сотни миллионов пассажиров — масштабы авиаперевозок между странами в 21 веке поразили Рокфеллера. Насколько ему было известно, в конце 20-х объём мировых авиаперевозок не дотягивал и до миллиона пассажиров, а до начала войны в Европе в 1939 году, можно было говорить о максимум о цифре мировых масштабов в несколько миллионов авиапассажиров.