"Фантастика 2024-110". Компиляция. Книги 1-19 (СИ) - Войтенко Алекс - Страница 1146

Тут разговор приглашённых с пришельцем из 2018-го неожиданно для Президента свернул в некоторый спор и Рузвельт с возросшим удовольствием понаблюдал за последующей пикировкой, начатой со стороны Корделла Халла, очевидно, немного раздосадованным упрёком пришельца о Прибалтике. Госсекретарь попробовал взять несколько жестковатый тон по отношению к гостю:

— Господин Рожков, у меня, после увиденных фильмов и вашего технического устройства почти нет сомнений в том, что вы действительно из будущего. Но… как вы можете доказать нам, что всем вашим словам можно доверять?

Очевидно, пришелец из будущего неоднократно слышал подобное в СССР, ибо его ответ был быстр и не менее резок:

— Никому ничего не обязан доказывать. Меня спрашивают, я отвечаю. Стараюсь излагать как общеизвестные сведения, так и свою точку зрения на тот или иной вопрос, так и… при их наличии, известные мне альтернативные взгляды. Всего лишь выполняю условия контрактов. Как между СССР и мной. Так и, в вашем случае, с Америкой. Мне платят деньги, я говорю всё, что знаю о будущем. Указываю — где точно уверен в своих словах, где предположения, где — точки зрения разных сторон, известные мне. Где есть возможность, дополняю свои слова материалами со своего компьютера, которые, как вы понимаете, достаточно скудны по сравнению с тем, что вас может интересовать. Их наличие обусловлено моими интересами в будущем и некоторым случайностями. Например, как моему поверхностному интересу к военным новостям 21 века. Собственно говоря, я — специалист по созданию «программного обеспечения», тех самых «наборов инструкций на машинном языке», благодаря которым функционируют широко используемые в будущем компьютеры. Моя профессия весьма востребована в 21 веке. В общем, вы получаете мнение среднего жителя будущего, пусть и достаточно начитанного. Поверхностно не скрою. А оценка достоверности моих сведений находится в вашей компетенции, господа. Не моей, не моей..

Корделл Холл выслушал отповедь гостя из будущего с непроницаемым лицом, очевидно, сделал какие-то свои выводы и не стал, как и положено дипломату, продолжать начинавшуюся перепалку.

Сразу после очень поздно завершившегося рандеву Рузвельт попросил задержаться будущего возможного главу клана Рокфеллеров:

— Как вы, Нельсон, понимаете, то, что вы оказались на этой встрече, содержимое которой должно, без любых исключений… — он пристально посмотрел на молодого Рокфеллера —..остаться между нами, всё сегодняшнее — знак большого доверия лично по отношению к вам и как некий залог на будущее. Вы меня понимаете?

Нельсон Олдрич Рокфеллер, конечно же, понимал. Сегодня он получил от самого влиятельного и могущественного человека США очень большой аванс. А ещё именно на него, в разворачивающейся игре, связанной с освоением знаний из будущего, Президентом была сделана огромная ставка..

Рожков Н.Е.

Снова — то ли «звезда экрана», то ли «клоун на сцене»:-) Ну что всё таки задумал Сталин, отпустив меня в США?

И ведь эти, исторические личности явно будут задаваться таким же вопросом… даже какого-то молодого Рокфеллера ФДР сюда приволок.

Ладно. Моя первая задача «на сейчас» — продумать 256-символьный набор, стандарт этого мира, за 20 лет до ASCII. Знакомства с историческими личностями, это, конечно, круто. Но мою работу в приближение «эры домашних 8-биток» за меня никто не сделает..

Глава 17 — ХО и ЯО

Как было сказано ранее, после осознания полного провала блицкрига в СССР и принятия стратегического решения о попытке радикально переломить ход войны на Восточном фронте с помощью целенаправленного и массированного воздействия новым типом химического оружия по промышленным центрам европейской части СССР, в Германии началось спешное доведение до требуемых масштабов уже существующего его производства.

Завод «Хохверк» в Диренфурте-на-Одере, теоретически бывший с января 1940 го полностью автономным и самостоятельно синтезировавшим все промежуточные соединения и сам «табун», он же «трилон 83», оказался осенью 1941-го под пристальным вниманием высшего руководства Германии и вскоре вышел на намеченные объёмы производства.

Последовавшие влияния больших средств и ресурсов привели к тому, что в 1942 к первому заводу по производству «табуна» присоединились ещё два, созданных на базе существующих химических производств — в Шпандау и Фалькенхагене. Строительство четвёртого предполагалось по плану начать в ноябре 1942.

Три завода и выдали десяток тысяч тонн накопленного ХО нового поколения, перед началом операции «Северный Ветер» (Unternehmen Nordwind) находившегося в виде боевых частей авиабомб во внутренних отсеках и на внешних держателях множества германских бомбардировщиков, в боеготовности на аэродромах для последующих вылетов и на складах в городе Краппиц в Верхней Силезии, откуда оно перевозились на аэродромы базирования бомбардировочных эскадр люфтваффе.

«Иной ход войны» сказался и в том, что обе германские спецслужбы — RSHA и Abwehr сориентировали немалую часть своих агентов в Великобритании и США на добывание сведений о состоянии химического вооружения этих двух стран.

Об уровне СССР достоверные знания уже были получены путём допросов попавших пленных из состава соответствующих химических подразделений РККА. И если насчёт слабых возможностей СССР вести химическую войну немцы лишь утвердились в собственной точке зрения, то насчёт американцев и англичан Гейдрих и Канарис поднесли Гитлеру и в ОКВ успокаивающие сведения. В «тот раз», о ходе истории в котором знали только на самом верху СССР и США, основной причиной, по которой Гитлер не рискнул начать широкомасштабное применение боевой химии, было предположение о том, что у англосаксов есть не менее передовые виды ХО, чем у Германии! А не достаточно слабые и неопределённые, хоть и звучавшие от самого Рузвельта угрозы из-за океана..

Вот так!

Ныне же, германские спецслужбы выяснили, что, в отличие от Германии, имевшей на вооружении огромные запаса «табуна» и готовившейся к развёртыванию производства «зарина», у США и Великобритании не было ничего подобного. Только арсенал, идентичный тому, что Германия уже видела в Первой мировой. Собственное первенство в разработке, и что более важно — в накопленных запасах самого могущественного ХО в мире сложилось с почти что фанатичным мнением лично Гитлера о превосходстве арийской науки над «испорченными еврейским влиянием» англосаксами и, тем более, над «полуазиатами»-славянами.

Вкупе с расчётом на том, что применение ХО нового поколения пока что исключительно на Восточном фронте против большевиков и неимоверным желанием вывести СССР из войны, принудив к сепаратному миру и, после развала советских оборонительных порядков, возможному прорыву и достижению вермахтом пресловутой АА-линии (Архангельск-Астрахань), это и послужило фундаментом того, что началось 1 ноября 1942 года.

В этот день, в Молотове в 10 часов утра началось торжественное открытие НИИВТ, а до массированной химической атаки Германии против СССР оставались считанные минуты.

Новая история мира отчасти творилась и в этот день и у неё были как привлекательные, так и ужасно-уродливые стороны..

Масштабы ведущихся сражений и ужасающих по последствиям стратегических решений, диктовали свою логику тотальный войны. Даже сотни инцидентов разной тяжести и гибель почти нескольких десятков рабочих на производстве нервно-паралитического ХО из-за различных нарушений технологических процессов, выхода из строя оборудования при массовой наработке необходимого количества табуна, никак не влияла на скорость его производства.

Также на логику решений тотальной войны не повлияли и разные по тяжести инциденты при доставке снаряжённых табуном авиабомб на аэродромы люфтваффе.

Итогом чего стало усиление мер безопасности — на производстве проводилась регулярная дегазация всех узлов и агрегатов паром и аммиаком, персоналом использовались респираторы и прорезиненные многослойные костюмы, которые сжигались после каждой десятой смены.