Небесные тела (ЛП) - Эрриу Имани - Страница 91

— И то, как он признался мне после, что никогда не встречал никого, чью душу он не мог бы прочитать. Но при этом твоя душа без сомнения светилась добротой. Даже я смог заметить это за милю. Отбрось в сторону всё это дерьмо. Пророчества, королевство… Если от мира ничего не останется, что ты станешь искать? Я знаю, что станет искать Энцо.

И когда он посмотрел на Элару, его тёплые карие глаза словно обнажили её душу.

— Он ищет тебя в каждой комнате.

Все внутренности Элары сжались, когда её мысли перенеслись к их с Энцо разговору в лесу. Её дыхание замедлилось, и она сделала глоток воды из фляги, чтобы успокоить своё сердцебиение, а также панику и одновременно эйфорию. Вся сила того чувства, в которое она начала проваливаться, охватила её. Наступила долгая тишина, после чего она подняла на Лео глаза, заполненные слезами.

— Я тоже его ищу.

***

Элара пыталась избегать Энцо все следующие несколько дней, но каждый день слова Лео всё больше и больше тяготили её сердце, как и мысли о предстоящем визите Ариэта. Во дворце царила беспокойная энергия, так как Гелиос готовился к новости о том, что Ариэт начал двигаться в их сторону. Разведчики каждый день патрулировали границы, чтобы отправить во дворец сообщение о том, что слухи о появлении Элары в Афродее достигли Ариэта. Но она проживала эти дни, почти не обращая ни на что внимание.

Она была слишком занята своими чувствами и мыслями о том, что поведал ей Лео, сам того не зная. И они угрожали потопить её, поэтому Элара делала то, что у неё получалось лучше всего: она подавляла их, отправляя их во Тьму, и отчаянно отдавалась тренировкам и подготовке к встрече с Ариэтом. Она использовала любую возможность, чтобы потренироваться с Лео за городскими стенами, доводя себя до изнеможения. Она до предела истощала свои силы и магию, за секунды поглощая свет Лео и окутывая его иллюзиями до тех пор, пока ей не удавалось справиться с ним с оружием в руках.

Каждое утро она проверяла, на месте ли лезвие из сумеречного стекла, которое она хранила либо на своём бедре, либо под подушкой. Она больше не планировала создавать сумеречное стекло с Энцо после того, что произошло в прошлый раз, когда они это сделали.

Когда она не была с Лео, она просила Мериссу показывать ей то, как она заколдовывала людей. Ей хотелось знать про все хитрости Мериссы, которые могли бы помочь ей с её иллюзиями. И она училась у Мериссы, помогая выполнять её дворцовые обязанности.

По правде говоря, это помогало ей занять свои мысли.

В один из таких дней, Лео ворвался в кухню с дикими глазами. Руки Элары застыли над тестом, которое она месила в то время, как Мерисса посыпала его мукой.

— Он знает, не так ли? — выдохнула она, опустив руки.

Лео кивнул и наклонился вперёд, переводя дыхание.

— Слухи о твоем появлении дошли до него. Разведчики только что прислали нам сообщение. Они предупреждают, что Ариэт выступает в Гелиос завтра. Он прибудет сюда через два дня.

Мерисса опустила сито и грязно выругалась, чем шокировала Элару.

— Тренировка, сейчас же, — сказала Элара, вытерев руки о фартук и пошла прочь из кухни. — Мерисса, ты тоже.

Мерисса нахмурилась и поспешила следом за Лео и Эларой.

— Энцо знает? — спросила Элара Лео.

— Да, и он готов воевать за тебя. Ты же знаешь, что он уважает твоё личное пространство, но эта новость всё меняет. Пару минут назад, перед тем, как побежать искать тебя, я видел, как он пронёсся по коридору.

— Чёрт. Тогда, как обычно, за пределами дворца.

— Элара, мы только что узнали о том, что Ариэт собирается объявить войну этому королевству за то, что оно прячет тебя. Энцо с ума сойдёт, если мы уйдём, и он не сможет тебя найти.

Элара испустила глубокий вздох.

— Знаю. И я понимаю, что это нечестно по отношению к нему. Или к тебе. Или к кому бы то ни было. Но если я его увижу, я почувствую всё то, что так старательно подавляла. Это отвлечёт меня, что недопустимо, когда Ариэта отделяет всего два дня от того момента, как он попытается меня уничтожить. Понимаешь?

Лео провёл рукой по лицу.

— Ладно. Но ты мне должна, Элара.

Они быстро прошли по дворцу, по коридорам, которые стали для Элары такими знакомыми, и, наконец, достигли бокового выхода недалеко от дворцовых стен.

— Мерисса, я хочу, чтобы ты внимательно наблюдала за мной, — сказала она, когда они дошли до уединённого сада вдали от шума города. — Следи за теми местами на моём теле, которые я оставляю открытыми, и куда может ударить Ариэт.

А затем, сняв кинжал с уже привычного места на бедре, она бросилась на Лео, и они начали танцевать.

***

Когда они закончили, Элара направилась прямиком в свою комнату, радуясь боли в мышцах и бешено стучащему сердцу. Был поздний час, и дворец уже стих, так как все отправились спать. Завернув за угол в коридоре, она резко остановилась. Энцо стоял, прислонившись к двери её комнаты с усталым выражением лица, ожидая её. Она закусила губу и начала как можно тише пятиться назад.

Она не могла встретиться с ним.

От одного только вида его лица её сердце, переполненное отчаянием и волнением, начинало колотиться.

«Трусиха», — прошептал голос в её голове. Он был прав, она была трусихой.

Вместо того, что встретиться со своими проблемами лицом к лицу, она на цыпочках, словно мышь, прокралась в другой коридор, который вёл в дворцовый сад, освещённый алым ночным небом Гелиоса. Вытянув вперёд руки, на которых собрались тени, она пошла по лужайке между своим балконом и балконом Энцо. Она с лёгкостью создала дракона, запрыгнула на него и заставила его взлететь высоко над своим балконом. Осмотревшись, она мягко приземлилась на балкон и заставила дракона исчезнуть взмахом руки. Затем она тихо вошла в свою комнату, стараясь не хлопнуть широкими балконными дверями. Оказавшись внутри своего пространства, она направилась в ванную комнату, чтобы снять жёлтое платье, покрытое пылью и потом.

Однако, пересекая комнату, она замедлилась. Элара знала, что Энцо всё ещё стоял снаружи, так как привычную полоску света под дверью, загораживала тень. Она знала, что ей не стоило о нём думать, так как эти мысли с лёгкостью могли прорвать плотину, которую она с таким трудом выстраивала всю эту неделю. Но её сердце как будто испустило вздох, когда она тихо подошла к двери. Она прижалась к ней спиной и опустилась на пол, закрыв глаза. Она решила хотя бы раз позволить себе эту слабость. Слёзы сами собой покатились из её закрытых глаз. Она хотела лишь раз позволить себе быть рядом с ним, когда их разделала только дверь.

Элару охватила дремота, и она погрузилась в пространство своего сна. Им стала мастерская Энцо с тех пор, как он в первый раз привёл её туда. Это была ещё одна вещь, которую она пыталась отрицать. Большинство ночей на этой неделе она проводила в чужих снах, чтобы не вспоминать о своём собственном пространстве сна. И вот она оказалась здесь и увидела, что в по обыкновению тихой и светлой мастерской Энцо образовалась зияющая дыра в полу. Она подошла к ней и заглянула в бесконечную бездну, в которой бушевала буря.

Огненный шар, горячее и ярче, чем сам Свет, горел перед её глазами, и она с кристальной ясностью почувствовала присутствие другого шара, но на этот раз серебряного и сияющего. А затем в этой пустоте раздался крик — такой хриплый и отчаянный. Она огляделась, почувствовала запах горелой кожи и поняла, что это был её собственный крик. А в дыре, балансируя на краю и пытаясь выбраться из бездны, висел Энцо, пальцы которого начали сантиметр за сантиметром соскальзывать вниз.

Элара проснулась в холодном поту, её спина и шея, прислонённые к двери, одеревенели. Она сделала несколько глубоких вдохов, напомнив себе, что сама создала этот сон. Шатаясь, она поднялась на ноги и прищурилась, посмотрев на раскрытые балконные двери. Тёмно-красное свечение, проникавшее внутрь говорило о том, что наступило самое тёмное время ночи. Она бешено посмотрела на дверь. Яркий жёлтый свет от пламени свечей в коридоре снова беспрепятственно проникал в щель. Фигура Энцо пропала. Элара начала шагать по комнате взад-вперёд, пытаясь снять с себя липкое грязное платье, но, в итоге, решила отправиться в дворцовые купальни, отчаянно нуждаясь в спокойствии, которое могли принести ей вода и темнота.