Весь Роберт Маккаммон в одном томе. Компиляция (СИ) - Маккаммон Роберт Рик - Страница 2125

У Джесси екнуло сердце. Вэнса пробрала дрожь — тварь идеально переняла манеру Кейда говорить, хитро, по-торгашески растягивая слова.

— Какая девчушка? — Капля крови сорвалась с подбородка полковника и беззвучно расплылась на зеленой хирургической рубахе.

— Не лечи меня, aмиго. — Собачья голова хрипло заворчала, напружинив шею. — Я тут… того-этого… поспрошал — сечешь, к чему я веду? Пошлялся, присмотрелся. Да, приятель, мирок у вас и впрямь чудной. Но я знаю, что хранитель — девчушка и что она где-то рядом. Она мне нужна, и я намерен ее забрать. Ну так по рукам или нет?

Роудс знал, что вступает на опасную почву. Он осторожно сказал:

— Возможно, мы знаем, о ком идет речь, а возможно, нет. Если знаем, что мы получим в результате сделки?

— Спасете свою шкуру, — сказал Кусака, и его глаза в предвкушении грядущего насилия стали ясными, почти веселыми. — Объяснять надо?

— Ты уже убил немало народу. Это не дело.

— Ничего подобного. Мое дело — именно давить клопов.

— Профессиональный убийца? — В горле у Роудса так пересохло, что, казалось, оно вот-вот потрескается. — Так вот чем ты занимаешься?

— До чего ж вы, людишки, тупые! И уродливые. — Кусака посмотрел на подергивающуюся массу, росшую у него из груди. — А это что за дерьмо?

— Я хочу знать, откуда ты, — не отставал Роудс. — С какой планеты?

Кусака помедлил, склонив голову набок, и с мерзким смешком ответил:

— С планеты Собачья Жопа из созвездия Купальная Простыня. Какая разница, едрена мать? Все равно вы не поймете, где это. Не прячь голову в песок, мужик: без хранителя я не улечу. Так что хорош пылить, ведите ее ко мне, и дело с концом.

Джесси больше не могла молчать. Она понимала, что делает глупость, и все-таки не сдержалась:

— Нет! Мы ее тебе не отдадим!

Роудс резко обернулся и взглядом прожег Джесси насквозь. Она снова взяла себя в руки, но сделанного не воротишь. Поддельный Мэк Кейд бесстрастно следил за ней, а собака щелкала в воздухе челюстями, словно рвала кус сырого мяса. Кусака спокойно сказал:

— Теперь, когда мы выяснили, о ком речь, хватит ходить вокруг да около. Прежде всего, я знаю — моя награда здесь. Я отследил ее корабль до этой планеты, а мои сенсоры улавливают энергию споры. У меня нет уверенности, где именно она находится, но круг поисков сужается, и я знаю, что она обнаружится где-нибудь неподалеку. — Блеснула металлическая улыбка. — Что, великое дело — техника?

— В каком смысле «награда»? — спросил Роудс. — Тебе за это платят?

— «Платят» относительный термин, мужик. Я получаю вознаграждение за выполнение задания.

— Найти ее и убить?

— Найти и доставить туда, где ей место. Она… — Кусака осекся, его лицо исказила гримаса раздражения. — Ни черта не знают, а? Все равно что толковать с собственной жопой и ждать, что она… — Кусака умолк, медленно моргнул, и Роудсу явственно представилось, как эта тварь с головокружительной быстротой обшаривает человеческий речевой центр в поисках верной аналогии. — …Запоет на манер Ареты Фрэнклин. Какой примитив, черт вас задери!

— Прошу прощения за такую нашу нецивилизованность, — сказал Роудс. Зато мы не вторгаемся в иные миры, чтобы похищать детей.

— Не вторгаемся, — повторил Кусака после нескольких секунд раздумья и прикрыл глаза. — Еще один относительный термин. Слушайте, на вашу помойку я клал с прибором. Я тут транзитом. Сцапаю свою беглую каторжницу — и поминай как звали.

— Да что она за важная птица? — подал голос Том, и существо выкрутило шею в его сторону.

— Вижу, тут у нас проблема, — объявил Кусака. — Слишком много вождей и маловато индю… идей… индейцев. Ну, так знайте: «она» — не то, что вы называете бабой. Но и не мужчина. Там, откуда «она» родом, это без разницы. На ее планете трахаются только с приливами или чем-то в этом роде. «Она» с тем же успехом могла взять в хранители мужчину. Хранитель это скорлупа, которая позволяет ей перемещаться в вашем мире. Но поскольку в вашем тарабарском языке я не нашёл подходящего названия этой твари, наверное, можно спокойно говорить «она». — Последнее слово Кусака выговорил издевательски. — Она, небось, обхохоталась, взяв в хранители девчонку: сама-то она стара как мир. Но ловка, надо отдать ей должное такие мне устроила догонялки! — Взгляд Кусаки опять скользнул к Роудсу. Теперь салки кончились. Где она?

— А я не говорил, что знаю, о ком речь.

Молчание затянулось, потом серые червяки губ репликанта шевельнулись:

— Похоже, до вас не дошло, что я представляю закон и порядок. Мое задание — найти преступницу и вернуть ее на планету особо строгого режима… с которой она сбежала. Забралась в охранника и свистнула челнок мусорщика. Корабль, видимо, вышел из строя, и гравитационное поле вашей планеты всосало его. Должно быть, перед катастрофой она выкинула хранителя за борт и снова забралась в спору, а потом катапультировалась — вот такие дела.

— Но это не все, — сказал Роудс, сохраняя непроницаемое выражение. Почему она преступница?

— После того, как ее планету освободили, она решила не подчиняться новому порядку. Превосходным законам. И начала подстрекать себе подобных к сопротивлению. К мятежу, насилию и саботажу. Она просто-напросто дикий зверь.

— После того, как ее планету освободили? — Джесси не понравилось, как это прозвучало. — От чего освободили?

— От разорения, пустого расточительства и глупости. Видите ли, на их планете существуют такие природные вещества, которые в любом ином мире страшный яд. Вот вы, братва, не в курсе, а там повсюду идут маленькие войны — распадаются одни альянсы, создаются новые, одна группа решает, что ей требуется планетарная система, другая из-за этого пылит. И так всю дорогу. — Монстр пожал плечами. — Вот, предположим, какой-нибудь умник-разумник решает прибрать яд к рукам и начать его распространение. Говорю вам, эта дрянь смертельна. Дальше она попадает в космос и даже может там накапливаться. А знаете, как она действует? Проникает прямо сквозь тело и растворяет кишки и кости в пюре. Мы освободили планету именно для того, чтобы не дать этой мерзости попасть к недоумкам, каких во вселенной тьма-тьмущая. И все шло отлично, пока «она» не начала возбухать, корчить из себя «революционерку» и все такое прочее. — Кусака покивал головой, хмурясь и морщась. — Она пытается вернуться, чтобы снова натворить бед — с нее станется толкнуть яд тому, кто даст самую высокую цену.

Роудс не знал, верить или нет.

— Почему же ты не рассказал об этом раньше?

— Потому что ничего о вас не знал. Насколько мне было известно, вы ей помогали. Казалось, вы все охотней полезете в драку, чем пойдете на разумный разговор, ребята. — Кусака впился взглядом в глаза Роудса. — Но я парнишка незлопамятный. Будем друзьями. Идет?

«Мэк Кейд провернул бы дело точь-в-точь так же, — подумал Вэнс. Мягко стелет, да жестко спать». Обретя голос, шериф сказал:

— Полковник? Поко-мокоекомуко окон врекот.

Роудс увидел, как Кусака озадаченно моргнул. За лицом-маской пошли крутиться колесики, просматривая словарный запас, однако ухватить сало «свинской латыни» не удавалось. В действительности Вэнс сказал: «По-моему, он врет».

— А ну-ка растолкуйте, — потребовал Кусака голосом, в котором звучал металл. Тон монстра снова стал сугубо деловым.

— Мне надо посовещаться с остальными.

— Мужик, тут нечего совещаться. Либо мы заключаем сделку, либо нет.

— Нам требуется определенное время.

Кусака не шелохнулся, но собачья голова сердито задергалась. Проползло семь или восемь секунд. Роудс чувствовал, как из-под мышек катится пот.

— Дурите вы меня, ребята, — сказало существо. — Объегорить пытаетесь. — Оно надвинулось на Роудса и, не успел полковник попятиться, как они оказались нос к носу. Ганнистон поднял револьвер и прицелился в голову монстра, а Вэнс положил палец на курок винтовки.

— Слушай, ты, — прошипел Кусака. Поддельные лёгкие работали по-настоящему, монстр дышал, но в его дыхании слышалось слабое урчание, словно за много миль от них шумела работающая на полную мощность домна, а воздух, который Кусака выдыхал в самое лицо Роудсу, вонял разогретым пластиком и металлом. Собака прихватила зубами рубашку полковника. — Игры кончились. Мне нужны хранитель и спора.