Весь Роберт Маккаммон в одном томе. Компиляция (СИ) - Маккаммон Роберт Рик - Страница 2117

Лори заговорила.

— Расскажите про девчушку, — велела она с сильным техасским акцентом. В ее голосе звучала дребезжащая металлическая нотка. Кожа девушки блестела, словно натертая маслом. — Сейчас же.

Никто не проронил ни слова, никто не шелохнулся. Лори Рэйни огляделась, медленно, толчками поворачивая голову, словно ее шея соединялась с позвоночником шарниром.

— Про девчушку, — тупо повторил Джек. — Про какую девчушку?

— Про хранителя, — глаза Лори нашли Джека, и тому показалось, будто он заглянул в яму со змеями. Там копошилось такое, чего он не желал знать. — А не расскажете — тогда, значит, конец приятной беседе.

— Лори… — Память Кёрта сбоила, как изношенный мотор. — Что ты делала под полом?

— Лори. — Голова девушки дернулась в его сторону. — Так зовут хранителя?

— Нет. Так зовут тебя. Елки, ты что, не знаешь, как тебя зовут?

Девушка не ответила. Она медленно моргнула, обрабатывая информацию, и ее губы сердито сжались.

— Невозможно общаться, — констатировала она. Она повернулась, в три шага оказалась у ближайшего бильярдного стола, уперлась ладонями в его край снизу и стремительным движением выбросила руки вперёд и вверх. Стол перевернулся, словно был легкий как пушинка, оторвался от пола и, проломив большое, во всю стену, окно клуба, вылетел на стоянку, засыпав стеклом «бьюик» Кёрта и пикап Пита Гриффина.

Девушка целеустремленно подошла ко второму столу, вскинула кулак и проломила покрытую зелёным сукном столешницу. Потом взяла стол за край и швырнула через весь бар в игральные автоматы. Мужчины глазели на это, разинув рот, а Джек Блэр чуть не лишился чувств, поскольку знал: чтобы поднять такой стол, нужны три мужика.

Девушка повернула голову и осмотрела произведенные разрушения. Ее руки совершенно не пострадали, она даже не запыхалась. Она повернулась к мужчинам.

— Ну, теперь побалакаем.

Бёрл Кини взвизгнул, как собака, получившая удар хлыстом, и неуклюже пополз к двери — но куда там! В тот самый миг, когда он потянулся к дверной ручке, «Лори» прыгнула на него. Она перехватила запястье Бёрла и резко вывернула. Кости лопнули, у локтя высунулись наружу их зазубренные края. Бёрл пронзительно закричал и стал вырываться, стремясь выбраться за порог. «Лори», вывернув Кини сломанную руку, ударила его ребром ладони в лицо. Бёрл съел собственные зубы, а его нос превратился в лепешку. Заливаясь кровью, Кини упал на колени.

Джек пошарил возле кассы и вытащил дробовик. Он вскинул ружье. Девушка повернулась к нему. Джек не знал, что это за чудище, но разделить участь Бёрла не собирался. Он спустил курок.

Грянул выстрел, в плечо ударила отдача. В животе у девчонки появилась такая дыра, что любо-дорого смотреть, из спины полетели кусочки мяса и серой ткани. «Лори» сбило с ног, она отлетела к стене и сползла по ней на пол, оставляя серый слизистый след.

— Боже Всемогущий! — крикнул Кёрт в наступившей после выстрела тишине. — Ты ее укокошил!

Хэл Мак-Катчинс взял кий и потыкал подергивающееся тело. В ране на животе копошилось что-то вроде огромного клубка червей.

— Господи, — сказал он сдавленным голосом. — Ты же ее к чертям собачьим…

Девчонка села.

Хэл не успел отпрыгнуть. Она вырвала кий у него из рук так быстро, что ему обожгло ладони. Тяжелым концом кия она ударила Хэла по ногам. Коленные чашечки разлетелись, и Хэл ничком рухнул на пол.

Девчонка встала. Из живота сочилась серая слизь, на губах играла злобная улыбка. Красноватый свет ламп блестел на иголках, которыми был полон ее рот.

— Нарываетесь? — спросила она. — Ну, ладно.

И тупым концом кия ударила Мак-Катчинса по голове. Кий разломился пополам, а череп Хэла лопнул, как волдырь. Ноги исполнили па танца смерти. Свет упал на обнажившийся мозг.

— Да пристрели ты ее! — заорал Кёрт, но палец Джека уже нажал на спусковой крючок. Раненное в бок существо завертелось на месте и отскочило назад. В воздухе повис серый туман. Кёрт хрипло вскрикнул, потому что обнаружил у себя на руках и рубашке липкую сырость. Существо повалилось на стол, но выпрямилось. Видневшиеся в ране рёбра, казалось, были сделаны из вороненого металла, а из дыры в животе вываливался клубок багровых внутренностей. С острым обломком кия в руке «Лори» двинулась к стойке.

Джек неловкими пальцами пытался загнать в казенник новый патрон. Кёрт на четвереньках пополз под стол, в укрытие, а Харлэн с Питом вжались в стену, как застигнутые врасплох тараканы.

Джек вскинул дробовик и приготовился стрелять. Существо метнуло обломок кия, как дротик. Его острый конец пробил Джеку горло и в кровавом облаке вышел сзади, но палец Джека дернул курок. Выстрел снес чудовищу правую половину лица, содрав серую ткань и красные мышцы с вороненой металлической щеки и такой же челюсти. Правый глаз твари закатился. Джек, задыхаясь, схватился за горло и упал за стойку.

— Уходи! Уходи! — истерически кричал Пит, но Харлэн схватил стул и запустил им в тварь. Не обратив на это внимания, она кинулась на Харлэна, обеими руками вцепилась ему в горло, оторвала от пола и свернула ему шею как цыпленку. Лицо Харлэна посинело, хрустнули позвонки.

Пит упал на колени, воздев руки и взывая к милосердию.

— Прошу вас… о, Господи, не убивайте меня! — молил он. Пожалуйста, не убивайте!

Отшвырнув Харлэна Наджента в сторону, точно старый мешок, тварь заглянула Питу в глаза. Она улыбнулась (из раны на лице текла какая-то жидкость), схватила Пита за запястья, поставила ногу ему на грудь и резко дернула.

Руки Гриффина вышли из плечевых суставов. Вздрагивая всем телом, Пит повалился на пол. Он шевелил губами, но слышалось лишь потрясенное пришепетывание.

Кёрт под столом ощутил вкус крови — он прикусил язык, чтобы не закричать. Ему казалось, будто его рассудок утягивает в глубокий омут тьмы: тварь держала перед собой отделенные от тела руки Пита Гриффина, словно штудируя анатомию. Пальцы Пита еще сжимались и разжимались, кропя доски кровавым ливнем.

«Я следующий, — подумал Кёрт. — Господи помилуй, я следующий».

Выбор был прост: остаться или бежать. Не слишком богатый выбор. Кёрт сунул руку в карман и вытащил ключи от машины. Ключи звякнули. Чудовище непостижимым образом повернуло голову так, что лицо оказалось на месте затылка, и единственным горящим глазом отыскало источник шума.

Кёрт пулей вылетел из-под стола и помчался к разбитому окну. Он услышал два мягких, глухих удара — тварь бросила руки Пита, — потом треск перевернутого стола. Как циркач, ныряющий в обруч, Кёрт выскочил из окна, приземлился на четыре точки и вне себя от страха пополз к «бьюику». Кто-то ухватил его сзади за рубашку, и он понял: чудовище тоже здесь.

Он не стал раздумывать. Он просто захватил пригоршню песка, извернулся и швырнул в свирепое, жестоко изуродованное лицо «Лори Рэйни».

Ослепнув на единственный глаз, она рванула Кёрта к себе и замахнулась. Он быстро пригнул голову и увидел, как на пальцах, промелькнувших у его лица, блеснули маленькие пилки. Кёрт лягнул чудовище и попал ему в грудь. Не дожидаясь, чтобы монстр ухватил его, Локетт-старший вскочил и припустил к машине. Он втиснулся за руль и воткнул ключ в зажигание.

Мотор застучал, как всякий раз, когда не хотел заводиться, но теперь этот шум отдавался в ушах стуком кулака по крышке гроба. Кёрт взревел: «Заводись, едрена палка!» — и до отказа утопил педаль газа. Выхлопная трубка плюнула темным дымом, бормотание мотора переросло в ворчание, «бьюик» дернулся и пошел задним ходом. Но недостаточно быстро: Кёрт увидел, что чудовище несется к нему через автостоянку клуба «Колючая проволока», как спринтер-олимпиец. Воюя с рулем, чтобы развернуть машину в сторону Инферно, Локетт-старший вылетел на дорогу № 67. Но чудовище уже почти догнало его, поэтому Кёрт выжал первую скорость и ринулся вперёд с намерением переехать монстра. Перед самым столкновением с «бьюиком» тот подпрыгнул, вцепился в края крыши автомобиля и плюхнулся на нее животом.