Весь Роберт Маккаммон в одном томе. Компиляция (СИ) - Маккаммон Роберт Рик - Страница 1932

— Я позвоню прежде, чем зайти за ним вечером, — сказал Найлз. — Ты должна дать ему около девяти вечера немного содиума пентотала. Столько, чтобы он мог предстать перед мистером Крипсином. Хорошо? Люсинда согласно кивнула. Она была знакома с наркотиками так же хорошо, как и с жареными маисовыми лепешками.

Удовлетворенный состоянием Билли, Найлз вышел из белого здания и направился обратно к бункеру. Уэйн занялся следующим ведерком мячей, разбрасывая их во всех направлениях.

Передняя комната бункера была металлической, отделанной дубом и напоминала вход в хранилище банка. Найлз нажал на кнопку маленького передатчика, висящего у него на поясе, и электронные замки открылись. Воздух в фойе перед дверью, ведущее в катакомбы комнат и коридоров, большей частью подземных, был пропитан запахом антисептика. Когда Найлз закрыл за собой дверь, он не заметил кружившую у него над головой муху, которая унеслась вместе со слабым потоком от химических очистителей воздуха.

Он нашёл мистера Крипсина в его кабинете разговаривающим с Томасом Альвардо, тощим чернокожим мужчиной с бриллиантом в мочке правого уха.

— Двадцать шесть? — Крипсин разговаривал, при этом жуя печенье, которое брал с подноса. — Когда будет готово к отправке?

— На следующей неделе. Самое позднее в четверг. Мы перешлем их в трейлере с неотделанными шкурами игуан. Они сильно воняют, таможенники не будут особо совать туда носы.

Крипсин хмыкнул и согласно кивнул головой. Дешевая мексиканская рабочая сила, поставляемая Альвардо, использовалась «Тен-Хае» множеством способов, от апельсиновых рощ до Ранчо Сандуан в Неваде. На полу рядом с Крипсином лежала коробка с кинофильмом, еще одним подарком от Альвардо, который владел киностудией, штамповавшей дешевые вестерны, фильмы ужасов и кровавые боевики.

— Как он, мистер Найлз?

— Спит. Он будет готов.

— Секретный проект? — поинтересовался Альвардо.

— Как сказать, — ответил Крипсин. На его столе лежала стопка газет, тщательно обрызганных антисептиком, содержащих статьи об исчезнувшем чикагском «Таинственным медиуме», фотографии кадров из фильма, снятого в сгоревшем отеле для эмигрантов. Неожиданное исчезновение юноши из госпиталя вызвало споры по поводу достоверности видеозаписи, и страсти по этому поводу накалились. Крипсин был заинтригован и хотел побольше узнать о Билли Крикморе. Крипсин объяснил Альвардо, как депозиты «Крестового похода Фальконера» были переведены в мексиканские банки, и что Уэйн полностью захвачен этой идеей.

— А что насчет его людей? От них можно ждать неприятностей? — Не в их интересах нагружать лодку камнями, и это в данный момент объясняет им мистер Руссо. Они будут управлять частью шоу и получат дивиденды. Каждый пенни, заработанный Походом, сначала пойдёт в Алабаму. Через какое-то временя мы построим телевизионный центр в Пальм-Спрингс, так что Уэйн сможет продолжить свои телевизионные проповеди.

Альвардо лукаво улыбнулся.

— Для вас немного поздно становиться божьим человеком, сеньор Крипсин, не так ли?

— Я всегда был им, — ответил Крипсин, жуя очередное печенье. — А теперь перейдем к следующему вопросу.

Глава 59

Когда янтарный овал луны поднялся над окоченевшими горными вершинами, а Уэйн Фальконер заснул у себя в комнате, Найлз и Дорн отправились за Билли.

Плавая во мраке, не осознавая, где он находится и как сюда попал, Билли услышал щелканье замка и решил, что это снова пришла женщина. Он испугался, когда в глаза ему ударил яркий свет. Рядом с ним стояли двое мужчин в костюмах. В его живот врезался ремень, и он сделал слабую попытку поднять голову. Он вспомнил поднос с едой и то, как он швырнул его в стену. Женщина со шприцем сказала ему несколько гадких вещей.

— Мистер Крипсин хочет, чтобы его отмыли, — сказал один из мужчин.

Женщина подошла к Билли с мылом и грубой мочалкой и начала тереть его так, что почти содрала с него кожу. Женщина стала немного нравиться Билли. Она подставляла ему судно, когда он хотел в туалет, и кормила его, когда он был голоден.

Ремень ослаб.

Мужчина, который говорил, приложил палец к горлу Билли и проверил его пульс.

— Бонни здесь? — спросил Билли. — Где доктор Хиллберн?

Мужчина проигнорировал его вопросы.

— Мы хотим, чтобы ты встал. Мы принесли тебе одежду.

Он кивнул в сторону стоявшего в комнате стула, и Билли увидел на нем желтые брюки и бледно-голубую рубашку с короткими рукавами. Что-то в желтых брюках раздражало его: цвет был ужасно знакомым. Откуда? — удивился он.

— А теперь, поднимайся.

Билли встал, и его ноги подкосились. Двое мужчин подождали, пока он не поднялся сам.

— Мне нужно позвонить маме, — сказал Билли.

— Правильно. Давай, одевайся. Мистер Крипсин ждёт.

Ослабевший и плохо соображающий, Билли начал одеваться. Он не понимал, почему ему не принесли никакой обуви. Он чуть не заплакал из-за ее отсутствия, а брюки были такие широкие, что висели на бедрах. На рубашке была монограмма: витая буква «У».

— Это не моя одежда, — заявил он. Двое мужчин расплывались в его глазах. — Я всего лишь вышел поиграть на пианино.

— Пошли.

Ночь была холодной. На протяжении всей поездки в маленьком автомобиле в лицо Билли бил ледяной ветер, который немного привел его в чувство. Он разглядел огни на высоких вышках.

— Где находится это место? — спросил он, но ни один из мужчин не ответил.

Они подъехали к чему-то, что показалось Билли громадным бетонным кубом. Идя по тропинке из плит, он два раза чуть не упал, и мужчина в сером костюме помог ему. Билли почувствовал, как от мужчины исходит холод, словно тот был заморожен.

И тут он вспомнил слова Меняющего Облик о том, что его мать мертва.

Воспоминания хлынули на него лавиной; госпиталь, часовня, мужчина за его спиной, прижимающий к его лицу сильно пахнувшую тряпку. Смутное воспоминание работающих двигателей. Солнце, палящее над шоссе, и белая пустыня до самого горизонта. Он пытался вырваться из объятий мужчины, но тот держал его руку словно тиски. Внутри бетонного строения Билли дали одеть пару матерчатых тапочек. В воздухе был запах словно в больничной палате. Двое мужчин подвели его по коридору к запертой двери, и один из них постучался.

— Входите, — ответил голос.

Они втолкнули его внутрь, и двери захлопнулись.

Билли поднялся на ноги, пытаясь сфокусировать свой взгляд. Самый крупный человек изо всех, когда-либо виденных им, ожидал его, сидя в кресле за столом, на котором стояла лампа и кассетный магнитофон. На мужчине был отделанный золотом просторный белый халат. Он был лыс и смотрел на Билли маленькими черными глазками.

— Привет, Билли, — поздоровался Крипсин и отложил в сторону папку с газетными вырезками, которые он просматривал. — Садись, пожалуйста. — Он кивнул на стоящие рядом со столом два кресла. «Спасибо», произнес Билли про себя. Он знал, что его накачали лекарствами, знал, что находится далеко от дома. И знал также, что находится в опасности.

— Где я?

— В безопасном месте. Почему бы тебе не сесть?

— Нет.

— Меня зовут Август Крипсин. Я друг Уэйна Фальконера.

— Уэйн Фальконер? Что у него общего со всем этим?

— О, все! Уэйн просил, чтобы тебя доставили сюда. Он очень хочет тебя видеть. Посмотри, чем занимается Уэйн. — Он показал Билли папку с вырезками о видеоленте, заснятой в отеле «Алькотт». — Это он все вырезал. Ты знаменитый юноша, понимаешь?

— Тогда… Уэйн здесь?

— Конечно. Он даже одолжил тебе свою одежду. Давай, садись. Не укушу же я тебя!

— Что вы от меня хотите? Я играл на пианино. Кто-то подошел ко мне сзади и…

— Только поговорить, — прервал его Крипсин. — Только пару минут твоего времени, а потом отправим тебя, куда захочешь. — Он предложил Билли поднос с печеньем и вафлями. — Бери, угощайся.

Билли покачал головой. В его голове все смешалось, он ничего не понимал. Уэйн захотел его видеть? Почему?