Неандертальский параллакс. Гоминиды - Сойер Роберт - Страница 2

Они увидели это на мониторах и услышали сквозь стены.

Гигантская акриловая сфера треснула вдоль нескольких швов, что скрепляли её сегменты. «Tabernak»[4], – выругалась Луиза, осознавая, что тяжёлая вода сейчас смешивается с обычной H2O, заполняющей бочкообразную каверну. Её сердце бешено заколотилось. Какое-то мгновение она не знала, что тревожит её больше – потеря детектора или судьба человека, который, очевидно, тонул внутри его.

– Пошли! – крикнул Пол, направляясь к двери, ведущей на платформу над детекторной каверной. Камеры наблюдения записывали всё происходящее; ничего не будет упущено.

– Un moment[5], – сказала Луиза. Она метнулась через пультовую, схватила телефонную трубку и набрала внутренний номер из списка, висящего на стене.

Ответили после второго гудка.

– Доктор Монтего? – спросила Луиза, услышав ямайский акцент врача шахты. – Это Луиза Бенуа из нейтринной обсерватории. Вы нужны нам прямо сейчас внизу, в пультовой. Человек тонет в детекторной камере.

– Тонет? – удивился Монтего. – Как он туда попал?

– Мы не знаем. Поторопитесь!

– Уже бегу, – ответил доктор. Луиза вернула трубку на место и бросилась к синей двери, за которой скрылся Пол; она уже успела закрыться. На двери были надписи, которые Луиза помнила наизусть:

Луиза потянула за ручку, открыла дверь и вошла в большое помещение с металлическими стенами.

Сбоку в полу был люк, ведущий непосредственно в детекторную камеру; когда детектор закончили собирать, последние монтажники вышли через этот люк и задраили его. К удивлению Луизы, люк был по-прежнему задраен на все сорок болтов… то есть, конечно, так и должно быть, но ведь человек никак не мог попасть внутрь камеры, кроме как через этот люк…

Окружающие платформу стены были обшиты тёмно-зелёным пластиковым покрытием, предохраняющим её от каменной пыли. Десятки проводов и полипропиленовых трубопроводов свисали с потолка, контуры помещения очерчивали стальные балки. Одна стена была заставлена компьютерным оборудованием; вдоль остальных тянулись полки. Пол что-то искал на одной из них, скорее всего, клещи, достаточно массивные, чтобы отвернуть закрывающие люк болты.

Металл снова мучительно застонал. Луиза бросилась к люку, хотя и не смогла бы ничего сделать голыми руками. Её сердце ёкнуло, когда со звуком, напоминающим автоматную очередь, запорные болты взлетели в воздух. Люк резко распахнулся и с грохотом ударился о металлический пол. Луиза отпрыгнула в сторону, но вырвавшийся из отверстия фонтан холодной воды всё равно окатил её с головы до ног.

Самая верхняя часть детекторной каверны была заполнена азотом, который, как понимала Луиза, вырвался наружу. Водяной фонтан быстро иссяк. Она подошла к открытому люку и заглянула внутрь, пытаясь не дышать. Внутренность каверны была залита светом прожекторов, которые включил Пол, а вода была абсолютно прозрачна, так что пространство просматривалось до самого дна тридцатью метрами ниже.

Луиза с трудом различала гигантские изогнутые сегменты акриловой сферы – показатель преломления у акрила практически такой же, как у воды, так что его было еле видно. Сегменты, теперь отделённые друг от друга, крепились к потолку тросами из синтетического волокна, иначе они бы погрузились на дно окружающей их геодезической сферы. Люк давал ограниченный угол обзора, и Луиза нигде не видела тонущего человека.

– Merde![6] – Свет внутри каверны погас. – Пол! – закричала Луиза. – Что ты делаешь?

Голос Пола, теперь доносящийся сзади, из пультовой, был едва слышен за шумом вентиляции и плеском воды в огромной каверне у Луизы под ногами.

– Если он ещё жив, – прокричал в ответ Пол, – то увидит свет, идущий из люка!

Луиза кивнула. Всё, что человек внизу мог теперь видеть, – квадратное пятно света метр на метр размером на огромном, с его точки зрения, тёмном потолке.

Мгновения спустя Пол вернулся на платформу. Луиза взглянула на него, потом снова посмотрела в открытый люк. Никого.

– Одному из нас нужно спуститься туда, – сказала она.

Миндалевидные глаза Пола стали почти круглыми.

– Но… тяжёлая вода…

– Делать нечего. Ты хорошо плаваешь?

Пол смутился; Луиза знала, что последнее, чего бы ему хотелось, – уронить себя в её глазах. Однако…

– Не особо, – ответил он, опуская взгляд.

Ей и так-то было неловко находиться внизу наедине с тайно влюблённым в неё Полом, но в воде форменный синий комбинезон из нейлона будет мешать. Однако под ним у неё, как практически у всех сотрудников обсерватории, было лишь нижнее бельё – температура воздуха на такой глубине держалась на тропическом уровне в 40,6 °C. Она скинула туфли и расстегнула молнию на комбинезоне. Слава богу, сегодня она надела бюстгальтер, хотя кружев на нём могло бы быть и поменьше.

– Включи снова внутреннее освещение, – сказала она Полу. Пол, надо отдать ему должное, кинулся исполнять не мешкая. Пока он не вернулся, Луиза скользнула через люк в холодную воду – та охлаждалась до десяти градусов, чтобы подавлять в ней биологическую активность и уменьшить уровень шумов в фотоумножителях.

Она почувствовала приступ паники, внезапное осознание того, что оказалась на большой высоте без всякой опоры – дно было далеко-далеко внизу. Она поболталась на поверхности, высунув голову и плечи в открытый люк, пока паника не улеглась. После этого сделала три глубоких вдоха, плотно закрыла рот и нырнула.

Видимость под водой была отличная, и глаза совершенно не щипало. Она огляделась в поисках человека, но вокруг было столько обломков акриловой сферы, и…

Вот он!

Он и правда всплыл, а между поверхностью воды и платформой наверху был небольшой просвет – сантиметров пятнадцать. Обычно он заполнен сверхчистым азотом. Несчастный определённо мёртв; три вдоха в этой атмосфере – и ты труп. Какая ирония – он, вероятно, изо всех сил стремился вверх, к поверхности, надеясь найти там воздух, лишь для того, чтобы быть убитым непригодным для дыхания газом. Нормальный воздух, поступающий через люк, сейчас смешивался с азотом, но для утопленника, похоже, было уже слишком поздно.

Луиза снова всплыла к люку и высунула голову наружу. Пол, нервничая, ждал, что она скажет хотя бы что-нибудь. Однако на это не было времени. Она сделала такой глубокий вдох, какой смогла, и нырнула снова. Просвет над поверхностью был слишком низкий, чтобы плыть, держа нос над водой, и не стукаться постоянно макушкой о металлический потолок. Человек оказался метрах в десяти. Луиза заработала ногами, покрывая это расстояние с максимально возможной скоростью, но тут…

Облако в воде. Что-то тёмное.

Mon dieu!

Кровь.

Облако окружало голову человека, скрывая его черты. Он не двигался; если ещё жив, то, несомненно, без сознания.

Луиза извернулась, чтобы выставить нос и рот на воздух. Сделала осторожный вдох – воздух уже был вполне пригоден для дыхания – и ухватила человека за руку. Луиза перевернула его – он плавал лицом вниз – так, чтобы его нос и рот оказались над водой, но ему, похоже, было всё равно. Ни пузырей, ничего – никаких следов дыхания.

Луиза потянула его за собой. Это оказалось нелегко – человек был довольно плотного сложения и полностью одет; одежда насквозь пропиталась водой. У девушки не было времени его разглядывать, но она отметила, что на мужчине не было ни комбинезона, ни бахил. Он не мог быть горняком с никелевой шахты, и, хотя Луиза бросила лишь один быстрый взгляд на его лицо, – белый, светлобородый – он также не был сотрудником штата нейтринной обсерватории.