"Фантастика 2024-98". Компиляция. Книги 1-22 (СИ) - Горохов Александр Викторович - Страница 1134

Посреди замкового двора располагалась возвышенность, видимо это и было то место, где будет произнесена эпохальная речь, после которой вся эта армия двинется на священную войну с богами. Как ни странно, все присутствующие старались держаться от этой импровизированной сцены подальше, видимо не желая привлекать к себе излишнего внимания.

Ну что же, я и так в центре внимания, я тут единственный чужак и буквально физически ощущаю на себе пристальные взгляды, некоторые из них заинтересованные, некоторые озадаченные, но основная масса была ненавидящих. Поэтому я вальяжно прошел через гигантский двор и устроился прямо перед сценой. Через некоторое время появился и молча расположился рядом со мной новый враг, Зуиншин, который видимо для себя решил не уступать мне ни в чем, и это даже несмотря на то, что лично я с ним ни в чем не соревновался.

Постепенно к нам перекочевали и еще несколько десятков ханов, то ли самых любопытных, то ли самых горячих, кто тоже решил, что тут происходит какое-то нелепое соревнование.

Я же расстелил на земле плащ, который вытащил из инвентаря, и усевшись, принялся следить за медленно заходящим солнцем.

— Эй! — Ткнул меня в спину Зуиншин. — Уступи мне место. — Тон его не допускал отказа, но я лишь проигнорировал его, хан запыхтел от ярости и ткнул меня сильнее. — Встань, я сказал. Это мое место. — я устремил на него безразличный взгляд.

— Стоять устал? — Ехидно спросил я своего случайного врага. — Слабость? Ножки не держат? Как же ты такой немощный собрался со мной на дуэли драться? — Глаза Зуиньшина полыхнули яростью, но я, не став дожидаться ответа, легонько стукнул его под колени, от чего ноги его подогнулись, и он рухнул на землю рядом со мной. — Ну вот, посиди, отдохни. — Щеки ордынца полыхнули от ярости, и он вскочил с земли и потянул из ножен саблю.

— Я… — Начал он. — Я…

— Что? — Усмехнулся я в ответ. — На дуэль меня вызовешь, давай, в среду, третьим будешь. — Я в этот момент почувствовал себя Д’Артаньяном, который назначил три дуэли в один день, вот только все мои дуэли были назначены одному и тому же человеку, интересно, сколько раз до конца схода я смогу ему еще дуэлей назначить.

Зуиншин, похоже понял, что выглядит глупо и оставив попытки вытащить саблю из ножен, отошел от меня на десяток шагов.

— Глупо. — Рядом со мной на плащ уселся пожилой мужчина в богатом халате. — Ты ведь новый хан Аджачи? — Ответа ему явно не требовалось, он не спрашивал, он утверждал. — После схода, за твоей головой и так будет охотиться половина степи, для нас неприемлемо, чтобы чужак возглавлял род, а ты еще и личные конфликты заводишь.

— Не важно. — Отмахнулся я. — Этот дурачок все равно не успеет ничего мне сделать, если я правильно понял расстановку сил и настроения общественности, то меня прикончат сразу, как только закончится сход и перемирие прекратит действовать, так что этих дуэлей я могу назначать хоть тысячу.

— Ты осознаешь, что тебя убьют и все равно завоевал ордынский род и пришел сюда? — Удивленно поднял бровь мужчина. — Ты безумец?

— Нет. — Улыбнулся я ему. — Я простой путешественник, цель которого уберечь Орду от величайшего позора.

— Позора? — Ордынец нахмурился.

— Сам все увидишь, но позже усмехнулся я ему.

Тем временем последний солнечный луч скрылся за линией горизонта и вокруг воцарилась гробовая тишина, которую, впрочем, тут же прервал бой барабанов.

Под этот аккомпанемент, неспешной походкой на сцену вышел мужчина, тот самый которого я уже видел в лодке, когда он прервал нашу драку за право переправиться первым. Он вышел на середину сцены, и в то же мгновение вокруг вспыхнули магические светильники, осветившие его пусть и не массивную, но источающую колоссальную внутреннюю мощь фигуру.

— Братья! — Голос человека звучал тихо, но все же проникал в каждый уголок души, каждый из тех, кто присутствовал на замковой площади слышал его, то ли это был какой то артефакт, то ли просто особенность его голоса. — Сегодня, я стал свидетелем позора и унижения. Того, как мы, вожди племен великой Орды. — Он выделил слово «Орда» голосом, да так, что по спине у меня побежали мурашки. — Из-за глупой прихоти, из-за нежелания уступить друг другу, валялись в грязи словно животные. — Я почувствовал, как мои уши краснеют, речь явно шла об инциденте на берегу, который я устроил, совершенно не желая того. — Мы погрязли в междоусобицах и вражде, мы меряемся друг с другом во всем, мы убиваем друг друга, только ради того, чтобы доказать свою силу, пришло время прекратить это! — Он выждал паузу. — Я собрал вас всех сегодня тут, чтобы дать общего врага, такого врага, в бою с которым не стыдно будет погибнуть. — По толпе пробежался азартный шепоток, похоже возможность гибели ордынцев совершенно не смущала, а вот набить морду кому-то серьезному, кто может на равных противостоять им, очень хотелось. — Я хочу повести вас, не против простых смертных, а против самих богов! — Последнее слово, он буквально выкрикнул. — Вы все меня знаете, последние месяцы, я объединял рода, я собирал армию, такую армию, равной которой нет в этом мире, многие из вас уже примкнули ко мне, признали великим ханом, но многие все еще колеблются, и сегодня я обращаюсь к ним. Вы готовы поддержать меня в моем походе? Вы готовы поучаствовать в самой великой битве своей жизни? Вы готовы к славе, что увековечит память о вас?

«Да!» грянула толпа, словно единый организм, ордынцы свистели, топали ногами, хлопали в ладоши и потрясали саблями, а их великий вождь, стоял на сцене и с радостной улыбкой смотрел на бушующую толпу.

— Нет! — Громко произнес я, когда рев толпы немного стих, произнёс я это как можно громче, чтобы услышало как можно больше народа, а главное, услышал тот самый парень на сцене, тот кто собрал тут всю эту страшную кодлу, готовую убить и мою супругу и моих друзей, и вообще каждого, кто выступит на стороне вышедших из-под контроля ИИ.

— Что? — Великий хан устремил на меня свой взгляд и вокруг воцарилась гробовая тишина.

— Я говорю нет! — Повторил я, и тут же объяснился. — Ты говоришь, слава. Ты говоришь величайшие силы, битва с которыми войдет в легенды, но скажи мне, великий хан. — Обращаясь к нему так, в моем голосе было все возможное почтение и ни капли иронии. — Встречал ли ты этих богов? — Я встал с плаща и поднялся к нему на сцену. — Лично ты видел, тех самых великих воинов на битву с которыми ты решил вести нас? — В глазах мужчины было недоумение, он явно не ожидал отпора, или вернее не был на него запрограммирован и сейчас вычислительные мощности его просчитывали варианты ответов. — Так вот! — Я повернулся к толпе. — Ты стал жертвой легенд и сказок. Это ведь в них великие боги, крушат города одним ударом, насылают непобедимых монстров, на деле же… — Я презрительно усмехнулся. — На деле, все это сильно преувеличено. Хотите посмотреть на настоящего бога? — Я обратился к толпе. — Да не просто на бога, а на одного из сильнейших, из первых богов? — И не дожидаясь ответа, я задрал голову к небу и прокричал. — Гелла! Пора!

Что то бахнуло и на сцене рядом со мной и великим ханом Орды оказалась моя супруга, причем не одна, она сидела верхом на Рендаре, облаченном в лошадиную сбрую, на шее бога красовался ошейник, в рот вставлен кляп, и моя жена время от времени, похлестывала его плеткой, при чем от каждого удара плетью, создатель мира обильно кончал, ну и при учете его обрюзгшей фигуры, и общего отвратительного вида, зрелище перед ордынцами предстало то еще. Степняки плевались и матерились, а лицо великого хана скривилось в гримасе брезгливости.

— Это с ним мы хотим воевать? — Я кивнул на Рендара. — Это он, венец нашего существования? Главный враг нашей жизни? Ну что же, убейте его хоть сейчас, кто готов удостоить себя такой чести? — Рендар стоя на сцене пускал слюни через кляп. — Тебя обманули, великий хан. Боги не стоят того, чтобы с ними воевать, они не стоят даже того, чтобы воины Орды думали о них. Но ты прав, Орда застоялась без дела, мы должны стать одним целым и показать всему миру, кто тут самый сильный, и у нас есть другой враг, тот кто и вправду станет достойным противником. Там. — Я неопределенно махнул рукой. — За морем, расположена Империя, и ее воины сильные и умелые, там есть такие существа, которых они называют стражами рудников, каждый такой страж стоит десяти или даже двадцати воинов орды. Зачем нам эти жалкие боги, когда города Империи куда как более достойная цель? Их золотые легионы, их боевые машины, их крепости и города, вот на кого стоит обратить внимание воинам. Так что посмотри, великий хан. — Я снова указал на Рендара, который как жалкая собачка молил Геллу о том, чтобы она еще хотя бы разок хлестнула его плеткой. — Выбор за тобой, кем ты хочешь остаться в веках, победителем ничтожеств, или покорителем Империи?