Книга Азраила - Николь Эмбер - Страница 84

Я наполнила гигантскую пенную ванну, и после долгого купания и нескольких отшелушивающих скрабов наконец почувствовала себя самой собой. Я вылезла из ванны, завернулась в пушистое махровое полотенце и вытерла с зеркала пар. Мои волосы остались спутанными даже после мытья. Некоторое время я пыталась привести в порядок мокрые пряди, раздумывая о том, так ли хороша комната Лиама, как моя.

Вдруг я остановилась. Лиам снова стал грубым и пренебрежительным, так что пусть селят его хоть в темницу – мне все равно.

Я закрыла глаза, призывая свою огненную силу, – так мои волосы высохнут намного быстрее. Через несколько мгновений я остановилась, почувствовав легкое головокружение. Обратной стороной употребления пищи смертных, а не самих смертных, было то, что подпитывать мои силы становилось куда сложнее. Положительным моментом – то, что я не чувствовала себя кровожадным монстром.

Я вышла из ванной, шлепая мокрыми босыми ногами по холодному кафелю. Комната, в которую меня поселили, была огромной даже для замка таких размеров. Мои пальцы ног коснулись плюшевого ковра. Он был таким мягким – куда приятнее дешевых ковриков в мотелях, где мы останавливались. Стены были выкрашены в темно-серый цвет, а в центре комнаты располагался диван с горой подушек, обращенный к огромному плоскому телевизору. На стеклянном кофейном столике были разбросаны журналы, а цветы в круглой оранжевой вазе добавляли комнате яркости и свежести. Они пахли так, словно их срезали всего несколько минут назад. Я прошла мимо них, слегка коснувшись лепестков кончиками пальцев.

Кровать была такой большой, что в ней с легкостью могли поместиться пятеро взрослых. Внезапно я ощутила невероятное изнеможение – мягкое постельное белье соблазняло меня нырнуть в кровать. Я с трудом поборола искушения в ту же секунду закутаться в хрустящие простыни и уснуть на несколько дней. Покачав головой, я постаралась отвлечься от усталости, вызванной недостатком еды, и направилась к своей любимой части комнаты. Когда я впервые увидела гардеробную, она по-настоящему меня поразила. Вдоль стен располагались бесчисленные ряды туфель всех возможных цветов и фасонов. На вешалках висели разнообразные платья, рубашки и брюки.

Но радость от всего, что меня окружало, продлилась недолго – я вспомнила, что это был не обычный визит, и я не могла оставаться здесь столько, сколько пожелаю. Мне нужно выполнить свою работу, собрать информацию, найти Книгу, а затем меня, вероятно, навеки бросят в какую-нибудь божественную темницу.

Внезапный стук заставил меня подпрыгнуть. Мокрые пряди волос хлестнули меня по спине, когда я резко повернулась в сторону двери. Пальцы сжались на полотенце, в которое я завернулась после душа. Я глубоко вздохнула, пытаясь успокоить нервы, и крикнула:

– Войдите.

Из-за двери высунулась голова Дрейка, и я ощутила укол разочарования. Он заметил выражение моего лица, и его улыбка стала еще шире.

– Ждала кого-то другого?

Я покачала головой.

– Нет.

Он вошел, закрыв за собой дверь.

– Дианна, ты просто сверкаешь. Тебе понравилось мыло? Я привез все это из Наариэля.

– Да, спасибо. Ты всегда обо мне заботишься.

Я улыбнулась, радуясь, что с ним мне не нужно быть настороже. Дрейк был одним из немногих, в ком я была по-настоящему уверена – его дружба была непоколебимой и верной. Я знала, что он всегда меня поддержит.

К ужину Дрейк оделся наряднее, чем я ожидала, – на нем был потрясающий, идеально скроенный костюм, который подчеркивал его мужскую красоту. Он был великолепным мужчиной, но не вызывал во мне никаких эмоций – в отличие от одного надоедливого и грубого бога.

– Сегодня ты наденешь только полотенце? – с ухмылкой спросил Дрейк.

Я закатила глаза и плотнее обернула полотенце вокруг тела.

– Нет, и, учитывая то, во что ты одет, думаю, мне тоже нужно принарядиться.

Он прошел в гардеробную.

– Но я бы не возражал насчет идеи с полотенцем – как и твой новый бойфренд, – сказал он с ухмылкой, роясь в куче одежды.

Мое сердце замерло.

– Лиам не мой парень.

Он бросил на меня смеющийся взгляд.

– Ты уверена? Он ужасно ревнив, когда дело касается…

Я подняла руку.

– Не продолжай. Лиам – не мой парень и никогда им не будет. Я помогаю ему, вот и все. Помни, что ты сказал: лучше умереть из-за того, что считаешь правильным, чем жить во лжи.

Он покачал головой.

– Только не говори, что благодаря моему совету ты решила объединиться с Губителем мира. Я хотел, чтобы ты освободилась от Кадена, а не оказалась привязанной к другому влиятельному мужчине, которому на тебя наплевать.

Я фыркнула, сдувая с глаз влажные пряди.

– Ты говоришь то же, что и Габби. Я ни к кому не привязана. Поверь мне. Он хочет закончить наше дело как можно быстрее. Последние несколько часов это подтвердили. Кроме того, мы заключили сделку.

– Сделку? О чем это ты?

Я пожала плечами, крепче сжимая края полотенца.

– Кровную сделку.

Дрейк чуть не сорвал платье с вешалки, резко повернувшись ко мне. В его глазах мелькнуло беспокойство.

– Кровная сделка, Дианна? С ним?

Я подскочила и зажала ему рот рукой, не желая, чтобы он поставил в известность всех вампиров в радиусе ста километров.

– Тсс, это не так уж серьезно. Или тебе напомнить, как мы заключили такую же сделку из-за пачки чипсов?

Он закатил глаза и аккуратно отвел мое запястье от своего рта.

– Она продлилась всего несколько часов, потому что ты сдалась первой. Каковы условия вашей сделки? Ни один бог добровольно не прольет собственную кровь.

Я сглотнула, не желая говорить Дрейку, что Лиам делал это уже не один раз.

– Это не важно. Что есть, то есть, – огрызнулась я.

Он мягко сжал мою руку.

– Я беспокоюсь о тебе, Дианна. Особенно если вы, ребята, уже переспали.

– Это не так, – отрезала я, выдергивая свою руку из его ладони. Мои щеки заалели от одного предположения. – Лиам не такой, как Каден. Мы не спим и даже отдаленно не близки.

Последнюю фразу я выговорила с трудом, потому что в глубине души чувствовала, что мы с Лиамом были близки. С ним у меня была более тесная связь, чем с любым мужчиной, с которым я спала.

– Неужели? – спросил Дрейк, протягивая мне платье. – Тогда почему ты пахнешь им, а он – тобой? Ваши запахи настолько смешались, что между ними нет никакой разницы.

Я подошла и выхватила платье из его рук.

– Можешь мне не верить. Сначала ты убеждаешь меня набраться смелости и уйти от Кадена, а когда я это делаю, ты недоволен.

Он скрестил руки на груди.

– Я провел рядом с вами всего несколько минут, но этого достаточно, чтобы увидеть, как вы друг на друга смотрите. Ты можешь лгать себе и ему, но не повторяй прошлых ошибок, Дианна. Я хочу для тебя большего. Может, он и не такой, как Каден, но точно такой же могущественный. Я больше не хочу видеть, как тебе больно. Я хочу, чтобы у тебя была свобода принимать решения и определять свой собственный путь.

– Это невозможно. Мы оба знаем, что в ту секунду, когда я отдала свою жизнь Кадену, моя свобода и право выбора были потеряны навсегда. Все, что я могу сделать, – попытаться дать моей сестре лучшую жизнь, попытаться дать вам всем лучшую жизнь. Жизнь без гнета правителей и тиранов. Разве не об этом ты мечтал? Лиам может убить Кадена. А я просто стараюсь делать все, что в моих силах.

На последних словах эмоции, которые я пыталась держать в узде, вырвались наружу, и внезапно я почувствовала себя ужасно подавленной. Зрение затуманилось, слезы застелили глаза.

Дрейк оказался передо мной за мгновение до того, как успела упасть первая слезинка. Он осторожно взял меня за подбородок, коснувшись большим пальцем моей щеки.

– Я знаю и не злюсь на тебя. Просто…

Он замолчал, и я точно знала почему. Когда рядом с нами появился бурлящий жар силы Лиама, моя печаль, страх и сожаление больше не казались такими непреодолимыми. Боль в груди уменьшилась, и мне стало легче дышать.