Книга Азраила - Николь Эмбер - Страница 130

Лицо Лиама омрачилось. Он напрягся, понимая, что между нами больше нет секретов. Теперь я знала все.

– Да.

– Ты уничтожил орды Иг’Моррутенов.

– Да.

– В самом начале ты собирался поступить со мной так же?

Нашли глаза встретились – я знала, что он не станет мне лгать.

– Если бы это было необходимо.

Мое сердце колотилось, инстинкт взял верх над логическим мышлением. Зверь внутри меня впервые за долгое время дал о себе знать – я ощутила укол страха.

– А сейчас это необходимо?

– Нет. – Он покачал головой, на его лице отразилась боль. – Как ты можешь спрашивать меня о таком?

Я сжала кулаки, чтобы погасить пламя.

– Я видела, как умер твой отец.

Лиам отвернулся – впервые с того момента, как вошел в комнату. Все его существо словно сжалось от боли, прежде чем он смог собраться с силами и снова на меня посмотреть.

– Я видела агонию в твоих глазах и слышала твой крик. Ты держал в руках клинок – тот самый, который был у тебя в ту ночь, когда ты меня спас.

Мой взгляд сосредоточился на серебряно-черном кольце, и ладонь Лиама сжалась в кулак.

– Я хочу его увидеть.

Его глаза встретились с моими. Он не произнес ни слова и едва заметно взмахнул рукой, призывая клинок Забвения. Вокруг него клубился черно-фиолетовый дым, и я ощутила невероятную силу, которая мгновенно заполнила собой всю комнату.

– Это Забвение. Самая чистая форма безвременья. Я создал его из агонии, горя и сожаления сразу после смерти моей матери. Она умерла незадолго до моей коронации. Говорят, что ковать оружие нужно с ясным умом. Я поступил иначе. Скорбь – сильная эмоция, недоступная и непозволительная для бога. То же самое касается и любви. Эти чувства делают даже самых могущественных из нас опрометчивыми, эксцентричными и непредсказуемыми. – Он сжал клинок, прежде чем тот снова исчез в кольце. – Смерть отца меня надломила. Вот почему я ушел, почему спрятался и почему был тем человеком, которого ты видела во время нашей первой встречи. Ты была свидетельницей конца Раширима. Гибели моего дома. Никто из ныне живущих не знает, что произошло в тот день, и мне бы хотелось, чтобы так оставалось до скончания времен.

Я кивнула. Напряжение в моих плечах спало.

– Вот что ты видишь в своих кошмарах.

– Да.

Казалось, будто он хотел сказать что-то еще, но вовремя остановился.

– Вот почему ты так ненавидишь это имя. Это вечное напоминание о том, что ты потерял.

Лиам медленно кивнул.

– Во сне ты видела посох моего отца. С его помощью можно было создавать планеты и исцелять больных. Унир был известен как Хранитель мира, а я, Самкиэль, навсегда останусь Губителем мира.

Мой взгляд смягчился – страх, охвативший меня после пробуждения, исчез. Я видела битву богов и знала, как с ним обошлись. В глубине души я чувствовала сострадание. Мне следовало испугаться или, по крайней мере, быть осторожнее. Он и его соратники убили тысячи подобных мне. Однако все, что я чувствовала, – это печаль.

Я подошла ближе. Лиам жадно скользил по мне взглядом, но я видела, что он готовится получить отказ.

– Поэтому ты так расстроился из-за моей смерти? Потому что твой отец отдал за тебя свою жизнь?

Еще один короткий кивок.

– Это не единственная причина, но да, я не хочу, чтобы из-за меня умер кто-то еще. Я устал, Дианна. Я этого не стою.

Он отвел глаза, на его лице отразилось отвращение. Я знала, что оно адресовано не мне, а тем болезненным воспоминаниям, которые я всколыхнула.

– Лиам… Каковы будут последствия?

Он вздохнул и потер переносицу большим и указательным пальцами.

– Я видела это в твоих воспоминаниях. «У воскрешения есть цена». Какой будет наша?

– Я не знаю.

Наши взгляды снова встретились, и комнату озарил яркий синий свет. Спустя мгновение прямо между нами появился Логан. Ему потребовалось время, чтобы осмотреться, прежде чем он заметил меня. Его взгляд задержался на моей груди, и я поняла, что он знает о случившемся. Отвернувшись, Логан положил на кровать стопку одежды кремового цвета.

– Я принес то, что ты просила.

– Спасибо, Логан.

– Без проблем. – Логан мне улыбнулся. – Ну что, готова пробраться в Совет и молить всех богов, чтобы нас не поймали?

Я посмотрела на них распахнутыми от удивления глазами.

– Погоди… что?

– Это ужасная идея. Какой смысл пробираться в Совет тайком? Ты ведь главный. Просто запроси нужную информацию, – прошептала я, когда мы с Логаном и Лиамом спрятались за громадной колонной.

– Я не могу. Возможно, кто-то был в курсе, что Азраил написал Книгу, способную привести к моей смерти, но не стал об этом рассказывать. В таком случае я не могу быть уверен, что среди членов Совета нет предателей, – прошептал Лиам, его дыхание щекотало волосы на моей макушке.

Справедливо.

Логан повернулся ко мне – он был одет в приталенный черный костюм. Узорчатые золотые ремни на груди и плечах перекрещивались наподобие жилета. С его плеч свисала тонкая черная мантия, развевавшаяся на ветру. По словам Логана, именно так одевались члены Лиги во время сбора Совета.

– Надеюсь, вы меня поняли. Я отвлеку Имоджин и остальных членов Совета. Просто играйте свою роль и помните: чем меньше разговоров, тем лучше.

Выслушав указания Логана, я прищурилась и прошептала:

– Я не виновата, что вы, ребята, дали мне меньше часа, чтобы выучить ваш язык.

Шаги эхом разнеслись по большому залу. Это было роскошное, просторное помещение, расположенное в тени гор, макушки которых пронзали облака. Они были намного больше и величественнее, чем все, что я когда-либо видела. Горы были окружены высокими пышными деревьями, листва которых переливалась множеством оттенков. Открытый потолок зала позволял видеть галактику в ее первозданном величии. Все здесь казалось ярче, чище, прекраснее. Я могла бы любоваться часами, но нас ждали дела.

– Она идет, – сказал Логан Лиаму, глядя поверх моей головы. – Я буду отвлекать ее, пока смогу, но поторопись.

Лиам прижал руку к моей пояснице. Он прикасался ко мне при каждой возможности с тех пор, как я очнулась после «кровного» сна, – как будто боялся, что я исчезну.

Логан подошел к небольшой группе Небожителей. Они расступились, и я увидела ее. Светлые локоны были убраны в легкую прическу, белое платье облегало изящную фигуру. Ткань была почти невесомой, но не прозрачной. Когда она увидела Логана, ее глаза загорелись, нежный румянец оттенил ее высокие скулы. Вживую она была еще прекраснее, чем во сне Лиама. Черт возьми.

Запомнив ее облик, я сконцентрировалась. Спустя несколько секунд я преобразилась в точную копию Имоджин – от одежды и до черт лица. Я посмотрела на Лиама, который одобрительно кивнул и осторожно провел меня мимо колонн. Наши туфли мягко шуршали по блестящему полу.

Скрывшись из виду, мы ускорили темп, промчавшись по лабиринту коридоров и лестниц. Несмотря на это, Лиам даже не запыхался. Обернувшись ко мне, он произнес:

– На третьем этаже расположены залы Совета. Нужно пройти мимо охранников, но у нас все получится. Логан дважды убедился в том, что на сегодня не назначено никаких заседаний.

Добравшись до второго этажа, мы, наконец, замедлили шаг, чтобы не привлекать лишнего внимания. Я помахала нескольким проходившим мимо Небожителям, а Лиам приветствовал их коротким кивком. Их глаза чуть не вылезли из орбит – думаю, причиной послужил новый образ Лиама. Вряд ли кто-то здесь видел его с короткими волосами. Кроме того, на фоне кремовой рубашки и светлых брюк его кожа сияла, а серебряные линии, просвечивающие сквозь тонкую ткань, красиво очерчивали его силуэт.

Мы прошли через несколько комнат, лавируя между громадными колоннами, делая вид, что мы никуда не спешим. Внезапно Лиам изменил направление и потащил меня к проходу, скрытому за алой занавеской. Я врезалась в его грудь, больно ударившись носом о мышцы.

– Твою мать, – сказал он, отодвигая занавеску, чтобы выглянуть наружу.