Когда поют деревья - Уокер Бу - Страница 11

Неподалеку в кузове грузовика расположилась парочка – они курили марихуану, по очереди передавая друг другу косяк. Аннализа подошла:

– Можно стрельнуть сигарету?

– Валяй, подруга. Кури, сколько влезет. – Окутанный дымом парень протянул ей окурок.

Аннализа крепко затянулась, наполнив легкие дымом. Она подсела на марихуану еще летом, с подачи Нино, и с тех пор курила в компании кузена не реже двух раз в неделю. Все заботы, не дававшие покоя в Миллзе – ощущение клетки, нотации бабушки, не желающей ее отпускать, тоска по матери – отошли еще дальше на задворки памяти.

Гитарист запел All Along the Watchtower, и Аннализа полностью растворилась в песне. Если не считать рисования, от кошек, целыми днями скребущих на душе, ее спасала только музыка. Ладно, надо признать, что сегодня с этой задачей прекрасно справлялись пиво и марихуана.

– Эй, хорош мечтать, – отвлек ее от размышлений Нино. Аннализа успела вернуться к машине и любовалась звездами, облокотившись о капот. – Ты идешь? Сейчас начнется.

Девушка присоединилась к друзьям, и они стали пробираться на вершину холма к амбару, лавируя между машинами. Один раз она споткнулась, но удержалась на ногах. Может, тот косяк и был лишним.

В широкие двери амбара влилась толпа из нескольких сотен молодых людей. Благополучно оказавшись внутри, Аннализа обнаружила, что потеряла друзей. Она пробилась направо, нашла свободное местечко у стены и стала озираться по сторонам, высматривая в море голов макушку Нино. Но тут толпа зашумела, и девушка, сдавшись, повернулась к сцене.

Вышли четверо молодых музыкантов из группы Cold River, и в этот раз Аннализа присоединилась к ликованию зрителей. Все музыканты, которые до сих пор попадались ей по телевизору, выступали в одинаковых синих брюках и белых рубашках, с аккуратными прическами. Но ребята из Cold River оказались лохматыми длинноволосыми рокерами в каком-то отрепье. Встав на цыпочки, Аннализа во все глаза смотрела, как они располагаются перед гигантским золотистым занавесом.

Верхнее освещение погасло, остались только софиты, ярко освещающие сцену. Гитаристы ударили по струнам, и звук из огромных усилителей разом перекрыл гул зрителей. Толпа заколыхалась в хаотическом танце. Аннализа наслаждалась кайфом и приятным отупением, хотя и понимала, что слегка перебрала. Она полностью отключила голову и просто двигалась в ритме музыки.

Вокалист, одетый в армейскую куртку и джинсы, прошелся по сцене и лучезарно улыбнулся, приветствуя публику. Девушке казалось, что она плывет в космосе, всем телом отдавшись ощущению свободы и безграничного кайфа. Все мысли исчезли в ночи, их заглушили рокот баса, пронзительное соло гитары, берущий за душу голос вокалиста и слаженное звучание группы.

Эти парни на сцене уже нашли свой голос, хотя были немногим старше Аннализы. Скоро и она найдет свой – иначе и быть не может.

Следующая песня оказалась балладой. Все парочки в зале сплелись в объятиях. Аннализа закрыла глаза, слушая музыку. Ее качало все сильнее, жаль, что нельзя было хоть немного протрезветь усилием воли.

Девушка плыла на волнах кайфа, когда возле нее раздался чей-то голос:

– Хочешь потанцевать?

Аннализа обернулась посмотреть, у кого хватило наглости к ней приставать.

Рядом стоял языкастый парень с побережья, сияя знакомой улыбкой.

– Аннализа в Стране чудес… Или правильнее сказать – Алиса?

– Вот так везение… – пробормотала она. Наверное, померещилось. Раз язык уже заплетается, значит, не стоит особо верить глазам.

Томас подошел ближе.

– Третий раз – это уже не шутки! – громко сказал он, перекрикивая музыку. – Похоже, судьба намекает, что мы обязаны станцевать хотя бы один танец. – Он предложил ей руку.

Аннализа воззрилась на нее с таким ужасом, словно ей в живот упиралось заряженное дуло пистолета.

– Нет уж, спасибо…

Да он издевается… Пусть сколько угодно расточает свое обаяние – даже пьяная и обдолбанная, она прекрасно видит, что это всего лишь заманчивая приманка, за которой прячется смертельно опасный крючок.

Томас опустил руку.

– Как скажешь, Аннализа… Надо же было попробовать.

Девушка с трудом выдерживала проницательный взгляд его светлых глаз, не понимая, чего ей больше хочется: ударить Томаса или поцеловать.

– Сколько раз повторять – я не хочу с тобой встречаться, – еле ворочая языком, объяснила она. Мимо пролетело облако дыма от марихуаны, еще глубже вгоняя ее в транс.

Томас шагнул вперед.

– Что?.. Я не расслышал. – Он кивнул на группу, выступающую на сцене, и наклонился совсем близко к девушке.

– Я сказала… – Аннализа сбилась с мысли: ее тянуло к Томасу; всю настороженность как будто рукой сняло. Глубоко вздохнув, она упрямо повторила: – Я сказала, хватит. Все равно я не стану с тобой встречаться… можешь не тратить на меня свое обаяние.

Томас просиял: в наркотическом дурмане ей казалось, что он светится, как маяк в ночи.

– Так ты считаешь меня обаятельным? Значит, я не зря стараюсь?

– Это все пиво… виновато… – Аннализа качнулась назад и на кого-то налетела. Зал закружился перед глазами.

– Эй, держись! – Томас поспешно вытянул руку.

Аннализа возмущенно ее оттолкнула, но поняла, что подвернула лодыжку. Уже падая, девушка видела, как Томас пытается ее поймать. С размаху сев на утоптанный земляной пол, она завалилась головой назад.

Аннализе чудилось, что то ли три, то ли четыре Томаса опустились возле нее на колени, бормоча какую-то чепуху. Над головой вспыхивали огни, рядом мелькали ноги людей, танцующих под оглушительную музыку. Потом в глазах помутилось, и все цвета перемешались и смазались.

Глава 5

Дорога домой

Голова сильно кружилась; Аннализе казалось, что ее сейчас вырвет. Остатки сознания подсказывали, что Томас поднял ее с земли и несет к выходу из амбара. Подхватив девушку под спину и колени, он проталкивался сквозь толпу, дергающуюся в энергичном танце. Хаотичные движения и вспышки прожекторов над головой лишь усиливали тошноту.

Люди оборачивались посмотреть, что с ней случилось. Хотя Аннализа слышала, как Томас с кем-то разговаривает, все было словно в тумане. Но прохладный ночной воздух ее встряхнул – в голове немного прояснилось. Какое счастье, что она оттуда выбралась. Вот бы сейчас оказаться дома, в своей постели.

– Куда ты меня несешь? – пробормотала девушка, почти не надеясь, что парень ее поймет.

Томас все еще разговаривал – кажется, кому-то объяснял, что надо отвезти ее домой.

– Не волнуйся, – успокоил он Аннализу. – Я всего лишь вынес тебя на свежий воздух.

Небо кружилось черным водоворотом, и глаза норовили закатиться. Еще никогда ей не было так плохо. Хоть бы все поскорее закончилось.

Парень нашел островок травы и усадил Аннализу. Ей казалось, что рядом маячат два или три Томаса.

– Мне надо домой, – заплетающимся языком пробормотала она.

Томас опустился рядом на колени и стал задавать какие-то бессмысленные вопросы. Девушка словно со стороны слышала, как объясняет, что пришла сюда с Нино. Томас спросил что-то еще, но она не могла разобрать ни слова. Она пыталась отвечать, только, похоже, безуспешно.

Кажется, он повторял одни и те же вопросы: с кем ты приехала, как выглядит твой кузен и что у него за машина. Аннализа пошевелила губами… к горлу подступила тошнота, и она зажмурилась, молясь, чтобы все прошло.

– … уехать отсюда, пока тебя не поймали… ты несовершеннолетняя… алкоголь… – уловила она.

Мысль показалась здравой, и Аннализа на всякий случай повторила:

– Я просто хочу домой…

Парень опять понес какую-то околесицу. Аннализа старательно вслушивалась. Что-то про машину кузена и про записку.

– Большой и раздолбанный коричневый автомобиль на краю поляны… – с грехом пополам объяснила она. – С ананасовым освежителем воздуха.

Снова что-то неразборчивое.

– Пожалуйста, домой… забери меня домой.