"Фантастика 2024-71". Компиляция. Книги 1-29 (СИ) - Краулет Эб - Страница 1025

– Значит, по-дружески у нас не получится, – резко толкнув меня в сторону линии кустарника, зло выдавил он из себя. – Подзаборная девка, – подходя, продолжил зло, – возомнившая себя неизвестно кем…

– А вы, – неожиданно произнесли за его спиной, – холеная тварь, не имеющая понятия о чести.

– Кто…

– Вам лучше не шевелиться, – продолжил тот же знакомый мне голос, – если не хотите окончить свою жизнь здесь.

– Кто вы?!

Не знаю, что уж там происходило – тень в этой части парка была довольно плотной, но интонации графа стали значительно менее агрессивными.

– Что вам нужно? – задал он следующий вопрос. Совершенно спокойно, словно именно он контролировал ситуацию.

– Мне – ничего. – Ответ прозвучал как-то даже обиженно. – Анастасия Николаевна, – теперь она обращалась уже ко мне, – вам лучше уйти. Там за вас беспокоятся.

– А что будет…

– Вас это волновать не должно, – коротко ответила моя ночная гостья. – Идите.

– Мы еще увидимся? – отходя от Шуйского, но продолжая следить за каждым его движением, спросила я у незнакомки.

– Конечно! – так и не выглянув из-за его спины, заверила она меня. – Я всегда рядом.

Я оглянулась, отойдя уже довольно далеко. На аллее никого не оказалось. Остались лишь новые вопросы, главным среди которых был один: что хотел увидеть граф Шуйский на моем правом плече?

Возвращаться в зал не стала, хоть и понимала, что о волнении незнакомка упомянула не зря.

Перейдя на другую аллею, более широкую, где вдоль одной из сторон были выставлены столы с напитками и закусками, прихватила бокал с ягодным морсом. И освежиться и окончательно успокоиться.

Если правильно понимала происходящее, граф Шуйский занимался тем же самым, чем и князь Северов – искал незаконнорожденную дочь князя Леонида. Один действовал по приказу пока еще не объявленного наследником, но имеющего все права на этот статус принца Рината, для второго главным являлось слово императора Владислава.

С тем, кто был отцом девушки, все понятно – князь Леонид, а вот мать…

Я сделала глоток, но вкуса не почувствовала, настолько была погружена в собственные мысли. Удивительно, как еще осознавала то, что делала, настолько они захватили меня.

Шуйский сказал: «Вы очень похожи на свою мать…» – подразумевая, что я и есть та, пропавшая барышня. Аль Абар сравнивал с черной кошкой – Ольгой Вертановой, ставшей одной из жен султана Мурада.

Второе, что вынесла из нашего общения, – у той, потерянной дочери, была отметина, помогавшая ее опознать. Шрам? Родимое пятно?

У меня не имелось ни того ни другого.

Было ли известно об этом кунай-то?

Я считала, что – да, уж больно подходящий момент она выбрала для своего вмешательства. Еще несколько мгновений, и граф мог узнать о том, что я не та, кого он ищет.

Расклад становился все интереснее, но только не для меня. Чем больше я знала, тем меньше… понимала.

– Ваша матушка с ума сходит, – не дал мне и дальше жалеть себя подошедший Аль Абар.

Его появления я не пропустила, да и как, если стоило Ибрагиму показаться на аллее, как неявный фон из музыки, шелеста листьев на деревьях и разговоров стал явственнее.

Я прекрасно понимала дам, которые, не смущаясь присутствием поблизости других мужчин, сладострастно смотрели ему вслед и томно перешептывались. Не помни Аль Абара в ту ночь и не знай законов Востока, сама могла бы начать вздыхать, глядя, как грациозно и неукротимо он приближается ко мне.

– Мне кажется или это только повод начать разговор? – приняв его приглашение пройтись, уточнила я.

Он приостановился, посмотрел на меня с благосклонной улыбкой.

– Вы умеете задавать вопросы, – спустя секунду кивнул он, вновь оказавшись рядом. – Я сообщил Елизавете Николаевне, что с вами все в порядке.

– Вы? – Мне пришлось постараться, чтобы выглядеть изумленной.

Аль Абар засмеялся, а послышалось, заурчал… довольно.

– Я сам подбирал для вас кунай-то, – подтвердил он мелькнувшую у меня догадку. – По приказу вашего отца.

– А если я попрошу назвать его имя? – теперь остановилась я, стараясь не замечать направленных на нас взглядов. Умей они убивать, меня не спасли бы и амулеты.

– А давайте представим, что кому-нибудь, кроме узкого круга посвященных, станет известно, чья именно вы дочь, – предложил он уже несколько суше. – Какой станет ваша жизнь?

– Какой? – повторила я, наверное, впервые задумываясь об этом всерьез.

– Начнем с того, – не оставил он меня без ответа, – что вам придется покинуть Аркар. Навсегда. Затем вы будете заперты на женской половине дома своего отца, где вас будут обучать манерам, принятым совершенно в другом обществе. Потом вам подберут мужа…

– Продолжать не стоит, – попросила я, отводя взгляд. – Я все поняла.

Аль Абар сказал достаточно, чтобы сообразить, где именно находилась родина моего родителя и какое место в восточной иерархии он занимал.

– Не все, – качнул он головой. Получилось грустно. – Он вас любит и хочет, чтобы у вас была своя жизнь, чтобы вы были счастливы.

Наверное, Ибрагим был прав, но это не отменяло другого – потребности знать, куда ведут твои корни и желания произнести имя того, благодаря кому родилась.

– Когда-нибудь все изменится, – словно откликаясь на мои мысли, продолжил Аль Абар, взяв мою ладонь в свою. – Вы просто верьте!

В зал мы возвращались вдвоем.

О чем думал он, мягко, по звериному ступая по выложенной плиткой аллее, даже не пыталась догадаться, я же мечтала о том времени, когда вся эта история останется позади и все вернется в свое русло.

И все станет, как прежде, кроме одного… я буду знать, что где-то там, в далекой степи живет человек, который так же, как и я о нем, думает обо мне…

– Ненавижу мазурку, – прошипела я, стараясь не сбить дыхания. Танцевать я любила, но не когда по залу бегала и прыгала столь внушительная толпа.

Сэм мое недовольство полностью разделял, но помочь ничем не мог, если только подбодрить.

– Осталось немного, – воодушевленно заявил он, прищелкнув каблуками. Выглядел при этом весьма довольным.

– Мстишь? – не стала я скрывать своих подозрений, демонстрируя задор.

Ответить он не успел – шла смена партнеров, но кивнуть ему ничто не помешало.

Я мило улыбнулась Энгину – он танцевал с Мари Штудер, что меня несколько удивило, и вернулась к Самюэлю.

– Я тебе этого не забуду, – пообещала я, бросив томный взгляд в сторону Паррея.

Мари удивленно приподняла бровь, я качнула головой и показала на Сэма.

Хоть какое-то разнообразие.

– Я вымолю прощение, – дал слово Самюэль, залихватски склонив голову. Оборвавшаяся музыка знаменовала окончание пытки. – Вы позволите отвести вас к столу? – заискивающе посмотрел он на меня. И добавил… чуть слышно: – Или предпочтете остаться голодной?

– Ох, и побегаешь ты у меня, – хмуро пообещала я, высматривая Соула. После нашего разговора у фонтана Фариха я больше не видела.

Стоун, в отличие от главы Следственного Департамента, показывался на глаза несколько раз. Каждый из них приходилось делать вид, что я не замечала, с каким вниманием он смотрел на меня. Ответить на его предложение было нечего.

– Это произойдет не сегодня, – довольно оскалился Сэм, но тут же нахмурился, глядя, как сквозь толпу к нам пробирается Виль. Как бы ни пытался выглядеть беспечным, получалось у него плохо.

Сердце тревожно сжалось… Мелькнула мысль о Шуйском… о кунай-то, оставшейся с ним…

– Убийство, – в унисон моим предчувствиям выдохнул Вильен, подойдя вплотную. – Соул просит нас заняться этим делом.

– Кто?! – развернувшись спиной к Энгину, который наблюдал за нами пристальнее, чем стоило, резко спросила я.

– Граф Стоун. Его тело нашли в одном из кабинетов второго этажа.

От неожиданности сжала кулаки. Я должна была предположить что-то подобное! Обязана!

– На балу император, – помрачнел Сэм.

Виль вздохнул:

– Его уже известили. Я сам не видел, но Соул взъерошенный…