Королевство крови и соли (ЛП) - Колдер Алексис - Страница 61

Райвин опустил мои ноги на кровать, и я лежала там, бескостная и удовлетворенная. Он убрал несколько выбившихся волос с моих глаз.

— Я еще не закончил с тобой.

— Есть еще что-то?

Мне удалось сказать между вдохами воздуха.

Внезапно я оказалась на животе, и он оттянул мои бедра назад, так что моя задница оказалась в воздухе, а грудь на кровати. Он грубо схватил меня за бедра и вошел в меня одним толчком. Сжимая в кулаке простыни для поддержки, я застонала и ахнула, когда он погрузился в меня. Его движения были быстрыми и глубокими, и мои стоны быстро стали громче по мере приближения кульминации. Я зарылась лицом в постельное белье, позволяя ему заглушить мои крики, когда он приблизил меня к очередному оргазму. Вскоре я дрожала и задыхалась, когда волны удовольствия вырвались из моего центра.

Райвин склонился надо мной, затем поднял меня так, что я оказалась на коленях, а он был позади меня. Его движения замедлились, и его руки обхватили мою талию, защищая. Я прислонилась к нему, переводя дыхание и наслаждаясь его теплом.

Его пальцы лениво скользили по моему животу, мы двое просто дышали вместе на мгновение. Я отстранилась от него, затем повернулась к нему.

— Моя очередь.

— Твоя очередь?

Я мягко надавила на его грудь. Он понял намек, садясь. Я надавила снова, и он молча подчинился, улегшись на кровать. Я забралась на него сверху, затем направила его член в себя. Он застонал, его глаза закрылись, а голова откинулась назад. Небольшой трепет пробежал в моей груди, наслаждаясь властью, которую я имела над этим опасным человеком.

Наклонившись вперед, я оперлась о его плечи, прежде чем начала поворачиваться и двигать бедрами. Райвин посмотрел мне в глаза, затем его руки снова начали исследовать мое тело, прежде чем притянуть меня к себе. Мои груди прижались к его груди, и его руки крепко держали меня. Я продолжала двигать бедрами, волнообразно и размашисто, мое собственное дыхание становилось неровным по мере нарастания напряжения.

Наши губы снова встретились, но поцелуй был другим. Медленный, знакомый, легкий. Одна рука переместилась на мои бедра, его пальцы мягко прошлись по моей заднице и пояснице. Другая его рука была на моем лице, его большой палец коснулся моей щеки, прежде чем его пальцы запутались в моих волосах, притягивая меня ближе; как будто он не мог насытиться мной. От этой мысли тепло вспыхнуло внизу моего живота, толкая меня к краю. Я застонала ему в рот, мое тело напряглось, когда очередной оргазм пронзил меня. Наш поцелуй усилился, и его пальцы впились в меня так сильно, что я знала, что утром у меня будут синяки. Я все еще ощущала вибрации собственной кульминации, когда он застонал, обретая собственное освобождение.

Я положила голову ему на грудь, пока переводила дыхание. Райвин провел пальцами по моим волосам, успокаивая меня, пока его собственное бешено колотящееся сердце замедлялось до нормального ритма.

— Скажи мне, астери, ты жалеешь, что не убила меня? — с

просил он.

Я подняла голову, чтобы посмотреть на него.

— Я еще не решила.

ГЛАВА 29

Тонкая ночная рубашка казалась слишком открытой теперь, когда я спускалась с того кайфа, который получала, когда была с Райвином. Я ненавидела то, как сильно я его жаждала. После всего, что я видела, что он делал, я должна была бежать от него. Вместо этого я как будто не могла контролировать свои импульсы. Он смог разрушить мои стены и сломить меня без усилий.

Чем скорее я уберусь от него, тем лучше. Тем не менее, я знала, что, вероятно, был только один способ получить то, что я хотела. Я завязала пояс вокруг своего прозрачного халата.

— Ты все еще не забираешь мою сестру.

— У меня должно быть что-то, чтобы показать, что Атос пытается искупить то, что они сделали. Если я вернусь без нее, король придет за всеми вами, — сказал он. — И не только за королевской семьей, за всем городом.

— Зачем ты это делаешь? У тебя здесь есть власть. Он даже не узнает, что произошло, — сказала я.

— Он узнает.

— Значит, твои люди не так преданны, как ты говоришь.

— У него есть другие способы добывать информацию.

— Ты не можешь получить Софию, — повторила я, удивляясь, как я позволила себе трахнуть его вместо того, чтобы убить.

Со мной было что-то настолько неправильное. Я была извращенной и темной, как и сказал Райвин. Я заслужила любое наказание, которое получила. Я была предателем, которым они все меня считали.

Сейчас все это не имело значения. Мне пришлось сосредоточиться на причине, по которой я здесь.

— Ты не можешь получить ни одну из моих сестер.

— Ара, мы оба знаем, что ты не убьешь меня.

Его улыбка была опасной, дерзкой.

Я ненавидела то, что он был прав.

— Тогда возьми меня. Я предлагала раньше, и королева была права, я была… —

мой голос сорвался, эмоции застряли у меня в горле, — Я была любимицей своего отца. По крайней мере, я так думала до сегодняшнего вечера.

Насколько это было притворством? Способ успокоить меня, пока он не сможет выбросить меня, как будто я никогда не имела значения.

— Нет.

— Я знаю, что не стою в очереди на трон, но я скажу, что я София. Король никогда ее не видел. Я буду своей сестрой, — сказала я.

— Ты не отправишься в Конос. Это совсем не похоже на Афон. Ты не выживешь, — ответил он.

— Разве не в этом смысл? — выпалила я. — Я знаю, о чем прошу. Но я с радостью отдам свою жизнь за нее.

— Я не собираюсь брать тебя вместо нее, — сказал он.

— Не смей притворяться, что между нами есть что-то еще, кроме секса.

Он приподнял бровь.

— Мы снова это делаем? Где ты притворяешься, что влечение, которое мы чувствуем, не более чем похоть.

— Я не притворяюсь. Я пришла сюда, чтобы убить тебя. То, что мое тело хочет тебя трахнуть, не означает, что у меня есть к тебе какие-то чувства, — выплюнула я. — Это снимает стресс. Преодолевает напряжения. Или, может быть, это потому, что ты знаешь, как доставить удовольствие женщине, и мне это понравилось. Или, может быть, я повреждена и сломлена. Что бы это ни было, это ничего не значит.

— И это все? — его губы сжались в жесткую линию.

— Вот и все. Ты знаешь, что между нами больше ничего нет. Я говорила тебе это сто раз. Я ненавижу тебя. Как я могла бы не ненавидеть? Ты убил моих людей. Ты убил моего отца. Я видела, на что ты способен. Я видела твою тьму.

Я произнесла эти слова с такой решимостью, что сама почти поверила в это.

— Я мог бы сказать то же самое о тебе, принцесса.

Он придвинулся ближе ко мне, тени, отбрасываемые угасающим огнем, подчеркивали все изгибы его мышц.

— Я видел, как ты приветствовала гнев, когда вонзала свой меч в плоть. Я видел, как ты убила безоружного человека без угрызений совести. Эта тьма, о которой ты говоришь? Возможно, это моя тьма привлекает тебя. Подобное взывает к подобному, астери.

— Я совсем не похожа на тебя, — сказала я сквозь стиснутые зубы.

Но он затронул что-то глубоко внутри меня. Что-то, что я не хотела выпускать. Я отбросила это, не желая разбираться в чувствах, бурлящих в глубине.

— Я сделала то, что должна была сделать, и я продолжу делать то, что должна.

Я подняла свой брошенный кинжал, нацелив острие на него. Он шел вперед, пока лезвие не коснулось его обнаженной груди, прямо рядом с уже зажившей раной. У меня перехватило дыхание, но я стояла на своем.

Райвин ухмыльнулся, придвигаясь ближе, лезвие пронзило его кожу. Алая струйка скатилась по его великолепному торсу.

— Это то, чего ты хочешь? — спросил он. — Увидеть меня мертвым?

— Я хочу защитить свою сестру, — сказала я.

— И ничего больше?

— Больше ничего быть не может.

Мое и без того разбитое сердце боролось с моими словами, как будто что-то глубоко внутри меня пыталось вырваться на свободу. Я подавила это.