Избранные циклы фантастических романов-2. Компиляция. Книги 1-16 (СИ) - Кири Кирико - Страница 1440

— Готово, — отчитался первый. Я им дал позывные «первый» и «второй», чтобы было легче обращаться. Сам взял себе позывной «третий», не стал мудрить.

Он надавил на прут, и тот со скрипом отломался, упав в воду.

— Наконец-то… нет сил уже дышать дерьмом… — пробормотал едва слышно второй и, поправив на плечах рюкзак с инструментами, осторожно пролез в образовавшийся проход, подсвечивая себе небольшим светильником из кристалла. — Третий?

— Дальше, — я осторожно растянул перед собой карту, рассматривая старые планы. — Дальше. Идём до упора, где будет поворот налево, единственный. За ним ещё около шестидесяти шагов и наш проход.

— Принял, — кивнул тот и двинулся вперёд.

Было темно, было сыро и очень воняло. На стенах каменной трубы разрастались какая-то слизь и грибы. Единственное, что меня очень успокаивало и заставляло не обращать на эти мелочи внимание, так это отсутствие всяких тварей, которые в иных мирах просто населяли подобные места.

Дойдя до поворота, мы свернули налево и начали отсчитывать шаги. На шестидесятом остановились напротив неприступной на вид стены. Обычная полукруглая каменная стена трубы, покрытая, как и везде, слизью вместе с какими-то наростами, которые от света, как мне показалось, слегка шевелились.

Первый и второй поморщились, но меня это ни капельки не тронуло. К тому же, я практически не ел перед заданием, и выходить наружу было нечему.

— Здесь, третий?

— Да, доставайте.

Тот кивнул и вытащил из рюкзака кувалду с киркой.

Единственным более-менее безопасным проходом, который мы обнаружили на старых планах, была канализация. Причём если кто-то думал, что достаточно отпилить один единственный прут, чтобы попасть в государственную инспекцию, то он ошибался, так как на самом деле прямых выходов даже к её канализации не было.

Казалось бы, здесь не может быть прохода, однако, судя по старым планам канализаций, которые откуда-то достал Диор, одна из старых труб, в которой мы сейчас находились, проходила едва ли не вплотную к той, что выходила к главной инспекции. И сейчас мы собирались пробиться в неё, проломив стену.

Закипела работа, застучали кувалда с киркой, и мы планомерно начали разрушать стену, разламывая камни, из которых она состояла. Из-за высокой влажности все мы очень скоро стали мокрыми от собственного пота. По туннелю разносились звонкие удары металла о камень, убегая эхом в темноту.

Но через двадцать минут работы мы обнаружили, что…

— Земля, — сообщил первый.

— Может трубы не вплотную проходят друг к другу? — предположил второй.

Я раскрыл карту и ещё раз сверился. После этого вернулся до поворота и оттуда ещё раз ровно и точно отсчитал шестьдесят шагов. По идее, мы не ошиблись, но первый был прав — мы выковыряли каменную кладку, а за ней была лишь земля, хотя по плану должна быть другая труба. Они практически бок о бок здесь идут.

— План показывает, что труба должна быть, — сказал я, разглядывая глинистую землю перед собой. — Возможно, план не совсем точный, и надо немного покопать.

Вряд ли они бы трубу перенесли куда-нибудь, верно?

Мы вновь взялись за лопаты и принялись пробиваться уже через глинистую землю с вкраплениями камней, которые выкорчёвывали киркой и ломом. Признаться честно, думал, что будет полегче, но всего десять минут усердной работы, и я уже умираю. Дышать практически нечем, мокрый, как искупался, и голова кружится — газов вроде нет, так как мы бы уже сдохли, однако воздух затхлый, удушающий.

Судя по моим напарникам, дела у них обстояли совсем не лучше.

В какой-то момент кирка ударилась о что-то каменное. Ударил раз, другой…

— Стена, — негромко сообщил второй, небольшой лопаткой счищая с камня глину.

Я направил туда свет, и действительно. Неровный, со свежими сколами, камень поблёскивал в тусклом свете фонаря. Правда, вот проход, который мы тут прокопали, был настолько узким, что кувалдой и не достанешь.

Пришлось ещё около часа возиться, раскапывать всё, после чего несколько тяжёлых ударов кувалдой, и булыжник вывалился в трубу, куда мы всё это время пытались пробиться.

Первым пролез через лаз я, осторожно подсвечивая себе фонариком. Труба, куда мы вышли, была размеров таких же, но куда чище, пусть запах и был, наверное, в раза два хуже. Осторожно протиснувшись, я опустил ноги в сточные воды, чувствуя, как подошвы опасно скользят по камню. В лицо дыхнуло дерьмом.

— Этот? — негромко спросил второй.

— Сейчас и узнаем, — ответил я и огляделся, ожидая, пока они протиснутся.

Куда идти, было понятно сразу, стоило лишь посмотреть на сточные воды, откуда они текут. Я осторожно раскрыл карту и сверился. Вообще, весь план я помнил наизусть, но лишний раз свериться, если есть возможность, не помешает.

— В ту сторону, — кивнул я. — Теперь потише.

Мы осторожно двинулись по трубе дальше, пока не вышли в небольшое помещение. Это было что-то типа невысокой квадратной шахты, куда выходили три трубы, вода из которых утекала через ту, откуда мы вышли. Все они были такими, что возникни желание по ним пройти, нам бы пришлось ползти на четвереньках.

Но был и ещё один проход — небольшой туннель под потолком, к которому вела лестница из скоб. Собственно, это и был наш выход.

По очереди мы поднялись друг за другом наверх. Здесь туннель шёл дальше, в непроглядную темноту. А заканчивался он, насколько мне было известно, ещё одной лестницей наверх в котельную главной инспекции.

В действительности, у каждого района города была своя котельная, большая. Она обеспечивала сразу район теплом, однако главная инспекция и, как я понимал, другие государственные учреждения имели свои котельные. Получались эдакие автономные системы, которые и канализацию свою имеют, и котельные. Не знаю, с какой целью такая автономия, но факт есть факт.

Пройдя где-то до середины, мы начали быстро переодеваться. Идти дальше в той одежде, в которой мы лазили по всякому дерьму, было опасно даже не столько из-за следов, сколько из-за запаха, неповторимого аромата, который не унюхать будет очень сложно. Помимо сменной одежды, мы ещё и обмазались чем-то типа духов, которые сбивали запах. Пахли они, как… коридор. Сложно описать такой запах, но можно сравнить, если бы я вдруг оказался где-то в помещении, где особо ничем не пахнет, но определённый аромат всё равно присутствует. Где-то пахнет металлом, где-то газами, где-то новыми вещами или книгами, а это был запах помещения.

— Готовы? — негромко спросил я, окинув взглядом напарников.

— Да.

— Готовы.

— Отлично, — я бросил взгляд на вещи, которыми мы воспользуемся, если будем идти этой же дорогой обратно. — Повторюсь. Котельная. Лестница наверх, коридор. Направо, лестница на второй, лестница на третий. Налево. Ищем кабинет Минерельса Войза.

Они кивнули, и я выдвинулся по коридору дальше, пока не дошёл до ещё одной лестницы, ведущей наверх к железному люку.

— Первый, — я кивнул на люк и, немного подвинувшись в сторону, уступил ему место, и уже вдвоём мы налегли на люк, приподнимая его.

Получилось не с первого раза, будто он прикипел, и я уже испугался, что он заперт, когда тот наконец скрипнул и приподнялся. На голову посыпались грязь и чёрная угольная пыль.

Приподняв его едва-едва над головой, я огляделся, прислушался.

Тихо.

Я кивнул первому, и мы осторожно сдвинули люк в сторону под ужасающий скрип металла о пол, оставив на нём свежие следы. Надеюсь, что к тому моменту, когда сюда спустятся кочегары, мы уже уйдём подальше.

Помещение, в которые мы вышли, было классической кочегаркой, не сильно отличающейся от всех тех, что я видел до этого. Большая печь, от которой отходило множество труб, уголь в углу, лопаты, тачки, какой-то хлам у стен и два выхода — лестница наверх и люк в потолке, через который засыпали уголь. И никого из людей несмотря на то, что котёл работал.

Несмотря на кристаллы, тепло здесь до сих пор поддерживали котлами. Видимо, паровую эру они так и не застигли именно из-за кристаллов, которые позволили перескочить довольно сложные, но тем не менее эффективные паровые машины.