"Фантастика 2024-46". Компиляция. Книги 1-18 (СИ) - Веркин Эдуард - Страница 1089

Дрюпин не ответил. Он закрепил Сима в тиски и принялся монтировать на спине устройство, напоминающее лафет для пушки. Я наблюдал. Работал Дрюпин хорошо. Вернее, отлично. Так быстро, что иногда я даже не замечал его рук. Со скоростью роботического конвейера. Гений.

Через десять минут устройство было готово. Дрюпин достал из кармана видеокамеру и укрепил ее на лафете.

– Интересная идея, – сказал я. – Ты оправдываешь мои ожидания, Дрюп. Ты очень, очень умный. Мозг не жмет?

– И как ты собираешься провести его в пятый блок? – спросила Сирень. – Вероятно, через… вентиляцию?

– Точно, Свет. А ну-ка, Сим, стоять.

Дрюпин высвободил пса из тисков и поместил его на пол. Подключил монитор. На экране появилось изображение. Я и Сирень. Глупое лицо. Не у меня, разумеется.

– Теперь посмотрим настройки. – Дрюпин начал работать дистанционным управлением.

Лафет мягко поворачивался вправо, влево, поворачивался назад, приподнимался и даже немного вытягивался вперед. Правда, при этом сам Сим несколько утрачивал равновесие. Качало его.

– Камера, конечно, слабенькая, да и люксов не хватает, – приговаривал Дрюпин. – Но подойдет, мы же не кино снимать собираемся…

– Что он у тебя болтается как пьяный? – спросила Сирень.

– Надо утяжелить конструкцию. – Дрюпин почесал подбородок и прицепил к брюху Сима дополнительную батарею.

– Не перегорит? – поинтересовался я.

– Перегорают китайские лампочки, – гордо ответил Дрюпин. – А это техника хай-энд, круче некуда. Сейчас и посмотрим…

Дрюпин забрался на стол, отвинтил решетку вентиляции, просунул руку.

– Подай, – попросил он. – Сима подай.

– Ты что, его прямо сейчас хочешь запустить? – насторожилась Сирень.

– А чего тянуть? Вентиляцию немцы делали, она простая, как овечьи какашки. Система единая, все блоки соединяет. Сейчас и опробуем.

Я осторожно поднял Сима. Дрюпин засунул его в вентиляцию. Затем устроился за столом.

– Ну, что, поехали? – Дрюпин усмехнулся, нажал на кнопку и отправил пса в путешествие по стальным кишкам базы.

Довольно долго на экране была одна чернота. Сим шагал по трубе, удаляясь в сторону пятого блока.

– У тебя схема есть? – спросил я. – Пятый блок не маленький, ты его весь день обследовать будешь. И ничего не найдешь.

– Я на него тепловизор мощный установил, – ответил Дрюпин. – Он определяет источники тепла. Так что мы будем проверять только нужные нам комнаты. Где есть люди.

– А как же уровни? – спросил я. – В пятом блоке может быть несколько уровней.

– Сим может передвигаться и вертикально. Я думаю, за ночь мы обследуем весь блок…

На экране появился свет. Световое пятно приближалось.

– Пустая комната, – сказал Дрюпин. – В ней людей нет.

Потянулись пустые комнаты, одна за одной. Очень скоро мне стало казаться, что весь пятый блок состоит целиком из пустых комнат.

– Переходим на второй уровень, – сказал Дрюпин.

Второй уровень мало отличался от первого. Мы нашли несколько обитаемых помещений, но в них сидели исключительно челы в белых костюмах. Челы либо смотрели в мониторы, либо возились с приборами. Еще была столовая, затем гигантское пустое помещение, проникнуть в которое не получилось, но Дрюпин сказал, что скорее всего это спортзал, склады с трубами и кабелями, жилые отсеки. Каждый раз, когда мы заглядывали в очередную комнату, Сирень отворачивалась. Не хотела вторгаться в чужую личную жизнь. Скромница, так бы и поцеловал в лобик.

То, что нам было нужно, обнаружилось на третьем уровне. Монитор показал комнату, в ней находились три человека. Сначала мы решили, что это очередной жилой бокс, но когда Сим приблизился к вентиляционной решетке, то стало ясно, что это особая комната. Мебели почти нет, только какие-то железные стулья.

– Стоп! – сказал я Дрюпину. – Подожди!

– Никого не видно, – Дрюпин ткнул пальцем в экран. – Может…

– Надо подождать.

Мы стали ждать. Сканер по-прежнему показывал наличие в комнате трех человек. Но видно их не было. Так продолжалось минут, наверное, двадцать. Потом в поле зрения вошел парень в желтой футболке и со стаканом чаю. Он уселся на стул возле стены и стал прихлебывать. Совсем обычный парень, ничем не примечательный. Я подумал – почему они все такие обычные? Почему этот парень, к примеру, не китаец? Или не одноногий? Почему все так скучно?

– Почему на камере нет микрофона? – спросила Сирень. – Лень устанавливать было?

– Бесполезно. У них ведь тоже есть глушилки. Правда, не такие мощные, как у меня. Надо читать по губам.

Дрюпин поглядел на меня.

– Мне неудобно читать так, – сказал я. – Он сидит вполоборота. А других и вообще не видно… Хотя…

Показался краешек стула. Затем рука с вытянутым пальцем. На пальце часы. Золотые, на цепочке. Золотые часы на цепочке, вытянутый палец – верный признак мозгокрута. Йодль, наверное. Часы стали раскачиваться, парень на стуле следил за ними, потом откинулся, приложившись затылком к стене.

– Он начинает говорить! – Дрюпин снова ткнул в экран своим явно нечистоплотным перстом.

– Я не могу читать…

– Читай, что можешь, потом запись расшифруешь.

Я стал читать по губам.

…никогда не думал, что так все будет… этот дурачок прыгнул… перейти барьер оказалось очень просто… взять… рыцарь по имени… такие смешные… яблоки, сыр… выхода нет… эльфы… эльфы… эльфы… оно поползло быстро-быстро, я едва успел… кобольды, они были со всех сторон… нет, не они… мы были окружены… стрела попала ему точно… рыцарь… вы знакомы с Артуром…

Парень встал и удалился из поля зрения камеры.

– Ерунда, – пробормотал Дрюпин. – И вообще, бред какой-то… Это что, юный псих? Почему там у них психоаналитик? И кто такой Артур?

– Я знаю только одного Артура, – сказал я.

– Тот, который король, – добавила Сирень.

– Вы что? – Дрюпин постучал себя кулаком по голове. – Вы на самом деле считаете, что этот парень говорил о короле Артуре?

– Нет, – хмыкнул я. – Он говорил о продавце бритвенных приборов…

– Они снова тут! – перебил Дрюпин.

Парень вернулся в свое кресло. В этот раз в руке у него была минералка. В кадре показался Ван Холл. Ван Холл был в майке, шортах и с сигарой в зубах.

– Доктор, начинайте, – сказал Ван Холл. – У нас мало времени.

Снова появилась рука с часами, снова обычный парень приложился затылком к стене.

– Расскажи мне о Персивале, – попросил Ван Холл. – Что ты знаешь о нем?

Мы переглянулись.

– Рыцарь Персиваль, – сказала Сирень. – Немцы бы сказали Парцифаль… Это один из рыцарей Круглого Стола. Соратник короля Артура, Ланцелота Озерного…

– И тот, кто отыскал Грааль, – сказал я. – Кажется…

– Что? – не понял Дрюпин.

– Грааль – чаша, служившая Христу и апостолам во время Тайной вечери, – объяснила Сирень. – Она делает своего обладателя бессмертным.

– И исполняет желания, – сказал я. – Некоторые считают, что Грааль исполняет желания.

– Я не пойму что-то, у нас что тут, клуб любителей рыцарства открыт? – нервно спросил Дрюпин.

– Ван Холл ищет золотую рыбку, – усмехнулся я. – Какая романтика…

– Он опять говорит! – громко сказала Сирень. – Этот парень!

Я снова стал переводить:

– …несколько человек, кроме… Игнацио, Эфиальт, Поленов…

Перед парнем расположился Ван Холл, переводить стало нельзя.

– Я ничего не понимаю, – сказал Дрюпин. – Игнацио, Эфиальт, Поленов… Кто это?

Сирень принялась теребить мочку уха.

– Поленов – это, наверное, художник, – сказала она. – Передвижник. Он «Московский дворик» нарисовал. Эфиальт – это что-то из Древней Греции, кажется… Игнацио… Игнацио… я не знаю, кто такой.

– Игнацио – это, наверное, Лойола, – я подмигнул Сирени. – Создатель ордена иезуитов.

Сирень согласно кивнула.

Все интереснее и интереснее становится. Безумие нарастает. В какой, однако, бредятине я проснулся.

Ван Холл шагнул в сторону, я снова стал читать по губам. Только вот это тяжело довольно было – у парня то ли зубы были выбиты, то ли дефект речи какой был, но говорил он как-то не так, я понимал одно слово из пяти, а то и меньше.