"Фантастика 2024-46". Компиляция. Книги 1-18 (СИ) - Веркин Эдуард - Страница 1059

– Вот так правильно, – сказал он. – Теперь совсем пучком. Мы думали, что тут что-то реальное, а тут одна вода… И ты. Что ты тут делаешь?

– Отдыхаю. На море смотрю.

– Нравится?

– Нет, – ответил Зимин. – Не нравится.

– А мне здесь нравится, – сказал Ляжка и обвел океан бластером. – Надо нам здесь базу устроить, да и море теплое. Правда, пацаны?

– Точно, – сказал Миха. – Мне здесь тоже нравится. Рыбы, наверное, тут до фига. Если тротилу туда запустить, то еще и осетры всплывут…

– Осетры? – оживился Ляжка. – Если тут есть осетры, так нам вообще сюда надо…

– Зачем это? – не понял Лева.

– Долдон ты, – Ляжка постучал себя по голове. – Осетры – это икра! Можно такой бизнес раскрутить, екнешь! Берем здесь икру, солим, везем туда, продаем…

– А эльфы будут нам банки делать…

– А этих летчиков можно заставить возить…

– Гномы будут закручивать… Можно неплохо приподняться…

Зимин заблокировал уши, чтобы не было слышно. Но слышно было.

– Тут можно жить, – радовался Ляжка еще больше. – Мне тут нравится, это хорошее место. Порядка только нет. Знаешь, Зимин, я даже благодарен тебе. Ну, в смысле, что ты меня сюда затащил. Кем я был там? Так, навозом. А тут я человек. Тут у меня все, джип, пистолет, а там скоро будет…

Ляжка замолчал, даже рот ладонью прикрыл.

– Что там скоро будет? – спросил Зимин. – Ты что-то узнал?

– А ты будто там не знаешь, – прищурился Ляжка. – Ничего хорошего там не будет. А мне там, вообще, одни макароны в жизни светят. Так что я лучше тут. А сейчас мы еще развернемся как следует, так и вообще жизнь пойдет…

– Да, – сказал Зимин. – Так оно и есть. Жизнь пойдет.

– Матуху мне жалко, конечно, но чего свою судьбу-то гробить?

– Нечего, – сказал Зимин.

– А у меня, вообще, мать спилась, – вставил Миха. – Пошли-ка они все…

– Правильно, Миха, – Ляжка сжал кулаки. – Пошли. Будет все, как мы скажем. Мне реальные ребята нужны, а то тут сорванных всяких полно. Придурколетов.

И они засмеялись опять – так, как смеялись всегда, тысячи лет до и тысячи лет после.

– Курить будешь? – спросил Ляжка. – У меня нормальные сигареты есть… А у тебя трубка, кажется, была?

– Я бросил, – сказал Зимин. – Вредит здоровью.

После чего достал кисет с табаком и трубку. Засунул трубку в кисет, добавил туда круглую гальку и зашвырнул в воду.

– Ого! – усмехнулся Ляжка. – Какие жесты…

Зимин отвернулся.

Ляжка закурил. Зимина затошнило. Чтобы перебить тошноту, он хлебнул энергетика. Приложил холодную банку ко лбу и спросил:

– Вылезти отсюда так и не пытался?

Ляжка икнул, Миха и Лева захихикали.

– Не пытался и не буду, что я, дурак, что ли, – сказал Ляжка. – Да и нельзя отсюда вылезти…

– Джаг прав, – кивнул Миха. – Нельзя отсюда выбраться.

– Ляжка, – сказал Зимин.

– Чего? – не понял Миха.

– Его зовут Ляжка, – Зимин указал на Ляжку. – Его всегда так называли. Вы не знали?

Ляжка наливался помидорным цветом, его друзья стояли, отвалив челюсти, а Миха уже лез за пазуху. Но Зимин продолжил:

– Знаешь, Ляжка, как себя ни называй, а все равно жабой останешься, заглотчиком поганым… Мух навозных будешь жрать.

Ляжка подал знак глазом, Миха спрятал бластер и тут же сделал Зимину подсечку. Зимин упал. Лева пнул его в печень, и они оба принялись лупить Зимина. И лупили довольно долго. Ляжка сидел на крыле джипа и грыз фисташки. Иногда он считал: раз, два, три, раз, два, три.

Когда Зимин выплюнул на песок первую порцию крови, Ляжка приказал остановиться. Миха нанес последний удар, Зимин перевернулся на спину. Полосатики все плыли по струящемуся у горизонта небу, тело болело почти повсеместно, руки-ноги-голова.

– Дурак ты, – сказал Ляжка. – Самого главного так и не понял.

– Прибить его? – спросил Миха.

Ляжка задумался.

– Прибить тебя? – спросил он.

Зимин промолчал.

– У меня к тебе деловое предложение, рыцарь Персиваль, он же Зима. Само собой это предложение, от которого не принято отказываться.

– Что тебе? – спросил Зимин.

– Все очень просто. Знаешь, я чужд вашей рыцарской болтовне, – Ляжка чесал бластером подбородок. – Все эти «мастер», «сюзерен», «носитель клинка» и так далее – не для меня. Мы люди простые, гимназиев не заканчивали. Становись моим вассалом. Будешь называть меня просто: хозяин. Подойдет?

– Хозяин? – прищурился Зимин.

– Ага, хозяин. Но это еще не все. Когда мы приедем на базу, ты, Зима, сошьешь себе брезентовые шорты с подтяжками и будешь в них ходить. Это меня позабавит.

– А иди ты, Ляжка, подальше, – и Зимин попробовал плюнуть в Ляжку.

Но не попал.

– Ляжка? – удивился Миха.

– Он бредит, – и Ляжка пнул Зимина в лицо. – Сошел с ума от собственного величия.

– Так прибить? – улыбнулся Миха.

– Не надо. С батареями у нас напряженка, жалко на такого засранца тратить. И вообще, надо ехать. Тут где-то должны быть гномы… Я этих поганцев чую…

Миха выкинул в воду меч Зимина, вылил из фляги воду. После этого они погрузились в свой автомобиль и поехали дальше вдоль берега.

Зимин подкатился к океану, сел, набрал воды в горсть и плеснул в лицо. Это было больно. Зимин плеснул раз, потом еще и еще. Когда стало совсем больно, он встал и отправился назад.

Домой.

Глава 33

Выход

Он брел в направлении черной точки на горизонте, но она не приближалась. Когда стемнело, Зимин не остановился, а продолжал шагать, ориентируясь на закатную полосу. Было холодно, но Зимин этого не замечал.

Под утро он устал и уснул, завернувшись в песок. И проснулся, когда солнце взошло почти до самого верха. Связки ныли, и кожа на лице лопалась от боли, Зимин трогал ее пальцем и морщился. Тошнило.

Зимин нашел в кармане и сжевал какую-то зеленую ягоду, по вкусу она напоминала крыжовник. Ягода немного освежила Зимина, он потряс головой, прояснил мысли и двинулся дальше.

Он шагал еще пять часов и в полдень встретил фата-моргану: из песка вылез КА82, в боку у него чернела дыра, глаза были выжжены, и говорить этот КА82 не мог. Он некоторое время шагал рядом с Зиминым, а потом исчез, растворился в песке.

Зимин посидел, а потом двинулся дальше и скоро заметил, что темная точка приблизилась. Зимин напряг глаза и увидел, что это на самом деле полосатый столб. Зимин напряг последние силы и ускорился. Он почти побежал.

Ему показалось, что он оказался у столба почти мгновенно, на самом деле он добирался до него с перерывами, два раза он падал и отключался, а когда сознание просыпалось, вскакивал и бежал снова.

Столб был рядом, Зимин остановился в метре от него и провел по столбу пальцем. Буквы на дощечке с указателем стали еще менее различимыми, их выел песок. И даже букву «W» было уже видно плохо. Сама табличка указывала в сторону солнца. Зимин тоже вгляделся в ту сторону и увидел впереди черные скалы. Он был в том самом месте, с которого началось его путешествие по Стране Мечты.

– Вот так, – Зимин придвинулся к столбу и уперся в него лбом. – Вдруг. Тут все вдруг… Все, как в сказке. Камень-ножницы-бумага…

Зимин сел на песок и привалился к столбу спиной. Прижался затылком. Столб оказался почему-то холодным, и у Зимина сразу же заболела голова. Он просидел так несколько минут, впитывая прохладу, а потом сказал:

– Я хочу домой.

Ничего не произошло.

Зимин сказал еще раз и уже громче, почти крикнул:

– Я хочу домой! Я хочу домой! Я хочу домой!

Но в окружающей обстановке опять ничего не изменилось. Все так же жарило солнце, по песку перебегал ветерок и катились колючки. Далеко-далеко, видимо, над невидимым отсюда лесом, наливались дождевые тучи и били желтые молнии.

Тогда Зимин уже крикнул громко, как только мог через ссохшееся горло:

– Я! Хочу! Домой!

– На здоровье, – произнес Голос. – И не надо так вопить, я не глухой. Можно быть деликатнее.

Зимин отпрыгнул от столба.