"Фантастика 2024-47". Компиляция. Книги 1-23 (СИ) - Льгов Андрей - Страница 1092

Его забрали в лазарет, а она провела с ним там все три дня, пока он отходил от ядовитого парализуюшего вещества.

А потом… счастливее него никого не было во всей Ровении.

До того треклятого момента… до появления Мэрини Рингс с неожиданной дочерью.

Рон понимал, что сам виноват, но ведь он не изменял любимой девушке. Да ему никто и никогда, кроме Елении, не был нужен. А в тот период времени они не были вместе, Еля мечтала о другом, а он хотел забыться, выкинуть её из мыслей и сердца, оставить только в душе, потому что отчетливо осознавал: в неё она проникла навсегда.

Рон много путешествовал, и в каждом новом городе у него появлялась новая девушка. Раньше он никогда не смотрел в другую сторону, в мыслях всегда была одна только Еля.

Ни одна из девушек её не напоминала. Он даже особо и не старался так выбирать, наоборот, искал дорогие черты в каждом девичьем лице, но такой или просто похожей не могло быть. Еления — одна такая.

Так он и встретил Мэрини Рингс, дочь местных горожан. На каком-то празднике в таверне она танцевала и смеялась звонким колокольчиком. Все движения у неё были ладные и красивые, плавные и соблазнительные. В тот момент Рон вспомнил одну танцовщицу и то, что в танце они так и не стали единым целым. Почему-то это воспоминание отозвалось острой невыносимой болью. Возможно, потому что перед мысленным взором встала танцующая пара молодого императора Ровении и Ели, идеально подходящих друг другу?

Как он оказался на танцевальной площадке, Рон не помнил, но с Мэрини он протанцевал весь вечер и всю ночь, а потом увёл её в свой номер в этой же таверне.

В городе Мэрини Рон задержался на две недели, а потом понял, что стало скучно, и ушёл. Когда они прощались, Мэрини только грустно улыбалась, она вообще оказалась робкой и ненавязчивой девушкой. О чем он думал тогда, когда… Видимо, ни о чем, раз забыл об элементарном… Идиот.

Ричарду Аверину не давал покоя тот факт, что он скрыл от Рона болезнь Елении. Поэтому и подремать не смог — неспокойная совесть не давала расслабиться.

Несколько дней назад герцогиня Мадлен Данери позвонила на фоннор Ричарда и взволнованно сообщила, что Еления тяжело заболела и очень слаба, уже третий день держится высокая температура, а она, Мадлен, не может связаться с Роном, чтобы оповестить того об этом.

Ричард пообещал всё передать, но зная, что младший брат собирается выехать на Север по поручению главы полиции герцога Роннигуса, стал сомневаться, сообщать ли последнему о болезни Елении, ведь после этого, если Диннар Роннигус пойдёт навстречу, Рон явно отложит поездку, а может совсем откажется уезжать, попросив о замене. А в поездке тот давно нуждался, поскольку пора младшему брату уехать далеко и надолго, чтобы забыть одну красивую вертихвостку и начать нормально жить.

Ричард искренне не понимал больной привязанности брата к девушке-иномирянке. Да, та красива, неглупа и благородна, танцевала, как фея, дралась, как опытный боевик, но… вокруг Рональда увивалась толпа молодых и красивых пустышек и магичек, которые только и ждали, чтобы младший сын герцога Аверина поманил их пальцем. Впрочем, как ждали этого и от старшего брата.

Ричард периодически и обращал внимание то на одну девушку, то на другую, — не зря же те старались и мозолили ему глаза: появлялись там, где он бывал, устраивали «случайные» встречи, кокетничали, строили глазки. Он не обидел ни одну девушку, сразу предупреждал о несерьёзности предстоящих отношений, но каждая глупышка, конечно, надеялась на долгую и вечную любовь. По мнению Ричарда, это были уже проблемы девушек, их романтичной натуры. И, конечно же, он предпринимал все необходимые меры предосторожности, — пока ни ластана, ни жена ему были не нужны.

А младший брат зациклился на одной и ведь почти женился на той. Ричард с отцом уже хотели спокойно выдохнуть и жить своей жизнью, но нет: объявилась некая Мэрини Рингс, и в отношениях Рона и Елении все снова встало с ног на голову. Рон потерял сон и покой, а им с отцом пора начинать биться лбом о стену, потому что более упрямой и гордой девушки, чем Еления Огдэн, они не знали.

Ричарду понравилась ластана брата. Хорошенькая, воспитанная, вежливая, незаметная, на Рона смотрела влюблённо и с обожанием, и дочка у неё очень похожа на Авериных, на самого Рона. Но брату было наплевать и на мать, и на дочь. Купил им дом в деревне, нанял слуг и няню и забыл туда дорогу.

Ричард с отцом несколько раз навещали Мэрини Рингс. Та каждый раз встречала их с заплаканными глазами, на вопросы отвечала нехотя и односложно. Ричард сделал вывод: с материальной стороны девушку всё устраивало, а вот душа и сердце тосковали по Рону.

В принципе, Ричарду было глубоко наплевать на чувства новоявленной ластаны, разрушившей планы брата на жизнь, но ему очень хотелось, чтобы Рон, наконец, забыл свою сложную иномирянку. Тогда отец тоже угомонится и перестанет волноваться за несчастного и непристроенного младшего сына, а, соответсвенно, перестанет и его дергать, чтобы он повлиял на Рона, позаботился о нем.

Ричард покосился на младшего брата. Тот сосредоточенно смотрел вперёд, на дорогу, которая через каждые пятьдесят-сто метров «радовала» крутыми поворотами. Вид у Рона был хмурый и задумчивый. Если бы он сейчас узнал, что его зазноба заболела, то, скорее всего, стал бы ещё мрачнее, — слишком сильно зацепила брата эта иномирянка.

Нет, он ему ничего не скажет, — с Еленией никогда ничего серьезного не случалось, после опытов ненормального Варниуса она обладала отменным здоровьем и невероятной физической силой, — значит и в этот раз выздоровеет, а Рону необходимо уехать и сменить обстановку. Идеально — забыть Елению.

О своём задании Рон ничего не рассказал. Тайна…

Ричард мысленно усмехнулся. Отец давно замучил Диннара Роннигуса с просьбой о том, чтобы тот куда-нибудь отправил Рона с заданием, подальше от столицы и одной девицы и, желательно, надолго. Тот все то отнекивался, то обещал, а тут вдруг дал секретное поручение на Север. Глава полиции вспомнил просьбу герцога Аверина или действительно Рональд понадобился в силу каких-то обстоятельств?

Вполне возможно, что действительно, потому что брат стал хорошим полицейским, а, может, и совпало.

После окончания университета Рон служил в главном управлении полиции Ровении пока в низшем звании, но уже подавал большие надежды, и Ричард гордился братом. Иногда жалел, что Рон совершенно пустой магически, потому что иначе брат смог бы сделать прекрасную карьеру военного.

— Ричард, магической почтой на твоё имя пришло письмо от герцогини Мадлен Данери, — тишину в автомобиле нарушил глухой голос Рона. — Сначала я не обратил внимание на это, а теперь размышляю, что связывает тебя с приемной матерью Елении? О чем она могла написать тебе?

Рон не смотрел на брата, сосредоточенный на дороге, поэтому не заметил того, что тот от неожиданного вопроса несколько растерялся и нахмурился.

Ричард просил Мадлен Данери каждый день уведомлять его о состоянии Елении. Видимо, то письмо было весточкой о самочувствии приёмной дочери.

Почему Фурия не связалась с ним по фоннору?

— И почему твой фоннор не работает? — не дождавшись ответа, поинтересовался Рон, покосившись на молчаливого брата. — До поездки я не смог с тобой связаться.

Ричард с удивлением достал фоннор и стал его разглядывать. Магический кристалл, благодаря которому и была возможна связь, оказался разряженным. Вот и ответ на вопрос, почему герцогиня прислала письмо. Ещё он подумал, как удачно то, что Фурия, которая не смогла связаться с ним по фоннору, не стала пытаться связываться с Рональдом, а написала письмо ему.

— Понятия не имею, о чём может быть письмо, — скучающим голосом отозвался Ричард Аверин. — Артефакт зарядки забыл. Приедем на место, куплю и заряжу кристалл. Потом свяжусь с домом и попрошу вскрыть письмо.

— Можешь взять мой фоннор и узнать сейчас.

Ричард молча взял у брата предложенный фоннор и, воспользовавшись тем, что тот смотрел на дорогу, а не на него, ловким движением, незаметно для Рона, вынул магический кристал из корпуса фоннора, заменив его на свой разряженный.