"Фантастика 2024-76". Компиляция. Книги 1-26 (СИ) - Багдерина Светлана Анатольевна - Страница 2029

— К-кабуча… — прошипел чародей, отгоняя пухлой рукой от лица и волос свое игривое, но назойливое творение. — Еще хуже, чем в Хейердале… Не-ет… Приличному магу ни тут, ни там делать нечего, это я сразу понял, еще когда опозорился с ночным зрением во дворце той сладкой парочки, как же их там звали…

— Убери свою мелкоту. Моего огня хватит, — как мог, утешил его бог.

— И моего кольца, — удовлетворенно погладила серебряную кошку на своем пальце Серафима.

— Сзади света уже не видно… — оглянулся и грустно проговорил Олаф.

— Ничего, прорвемся… — пробурчал Мьёлнир и стал посылать сверкающую сферу то направо, то налево, то вверх, то вниз, не исключено, что в поисках полосатого столбика со стрелкой с надписью «Дорога в Хел. Внимание: одностороннее движение».

— Куда теперь? — нервно поеживаясь и подрагивая всеми ворсинками, сухо поинтересовался Масдай.

Громовержец помолчал, словно надеясь, что кто-то другой ответит на провокационный вопрос их транспортного средства, но, не дождавшись, нервно откашлялся, покрутил головой и неуверенно ткнул пальцем вперед.

— Там должна быть река. Река Забвения, — медленно проговорил он, словно школьник, вспоминающий выученный когда-то давно урок. — Каждая душа, прибывающая в Хел, пересекает ее, чтобы потерять воспоминания о себе, своей семье, соседях — короче, обо всем, что волновало ее при жизни.

— Кошмар… — передернула плечами Сенька.

— А если в нее погрузить живое человеческое существо? — научный интерес заставил волшебника забыть про приставучих светляков и потянуться за записной книжкой.

Бог нахмурился.

— Не знаю. Но, лучше, по-моему, не погружать. И не погружаться.

— Не слишком информативно, — разочаровано поджал губы чародей, но тут же ученую голову посетила иная светлая мысль. — Конечно, можно было немного зачерпнуть и прихватить с собой с целью научных изысканий…

— Нет.

Запрет Мьёлнира был коротким, категоричным, и обжалованию не подлежал.

Как стук захлопнувшейся двери склепа.

Спорить с ним не стал даже Адалет.

Сияющий мяч висел теперь прямо по курсу, озаряя всё в радиусе двадцати метров слепящим белым светом.

Неспешно, но, всё же, быстрее, чем ранее, Масдай продвигался над территорией предполагаемого противника, ощупывая или оглядывая всё вокруг себя неведомыми ни богам, ни смертным чувствами.

Прошло часа полтора, прежде чем волшебник надумал задать громовержцу вопрос, тихо занимавший к тому времени уже всех, включая верного кумиру Олафа:

— А ты уверен, бог, что мы летим в том направлении? Ты упоминал какую-то реку… Склероза, кажется? Где она? Не может быть, чтобы мы ее так незаметно проскочили.

— И не думаешь ли ты, что в холодном Хеле должно быть несколько… э-э-э… похолоднее? — расстегивая ворот рубахи до середины груди, обмахнулся давно снятой шапкой Иванушка.

И, не успел Мьёлнир сообразить, стоит ли ему что-нибудь соврать, или просто нагрубить, к хору сомневающихся присоединился сын конунга.

— Глядите!.. Вон там, на горизонте, что-то красным отблескивает!

Конечно, где тут был горизонт, а где нет, в кромешной тьме подземного царства было разобрать сложно, но в стороне, указанной рыжим воином, мрак и в самом деле окрасился оранжевыми всполохами.

— П-по-моему… — поморщился как от целого литра прокисшего лимонного сока с искусственными подкислителями Мьёлнир. — По-моему, это Мусспельсхайм. Горячий Хел.

— Ошиблись дверью? — с веселым удивлением подытожила Серафима, будто вовсе она к этому и непричастна.

— Ну, что? Обратно летим, или как? — брюзгливо, но с едва заметной тенью воскресшей вдруг надежды выговорил Масдай.

Стиснув зубы и одарив царевну горящим взглядом, громовержец кивнул лохматой головой.

— Назад.

Такого облегчения у ковра не вызвало бы даже одновременное исчезновение всех пассажиров.

Со всего Белого Света.

— То вперед, то назад, то вниз, то еще куда… — ликующе пробурчал он и плавно, но скоро, пока отдельно взятые кандидаты в самоубийцы не изменили своего сумасбродного мнения, развернулся на сто восемьдесят градусов.

Если бы у него были ноги, он пустился бы в пляс.

Или в галоп, что вероятнее.

За неимением таковых ковру пришлось довольствоваться выпавшими на его долю сверхъестественными способностями и развить такую крейсерскую скорость, что пассажиров с него разве что не сдувало.

Торжествовал бедный Масдай еще целых пятнадцать минут.

Когда отрицать очевидное стало уже невозможно даже такому горячему стороннику скорейшего изгнания из Хела, как он, ковер остановился и раздраженно дернул кистями.

— В какую сторону тут у них выход? — мрачно вопросил он.

Неуютное молчание послужило ему ответом.

Впереди, в той стороне, которая еще недавно — по представлению экспедиции — была передом, а равно сбоку, внизу и даже вверху мерцали теперь как усмешливый оскал Мусспельсхайма, вкрадчиво увеличиваясь в силе и яркости и исподволь превращаясь в пламя, неровные оранжевые сполохи.

В подрагивающем ядовитом апельсиновом свете стала видна черная ноздреватая стеклистая земля метрах в десяти под брюхом ковра, местами покрытая, как паршой, таким же остекленевшим и черным, словно пропущенным через мясорубку, кустарником.

— Мьёлнир?.. — неуверенно глянул на своего бога рыжий королевич. — Мы правильно летим?

Невинный вопрос сына конунга неожиданно послужил той каплей, что переполнила плотину.

Громовержец свирепо зарычал, вскочил на ноги, уронив попутно верного отряга на неверного Адалета, и в руках его как по волшебству оказался боевой подарок отца.

— Откуда я знаю!!!.. Куда мы летим!!!.. Как мы летим!!!.. Где мы летим!!!.. Зачем мы летим!!!..

С каждой фразой огромный молот бога вырывался из его руки и синей ревущей кометой несся, прожигая на сетчатке лиловые следы, то к земле, то к невидимому потолку, то в стороны. Ослепительным метеором разрывал тезка бога грома переставшее играть в прятки и окружающее их оранжевое пламя, вздымая черными фонтанами багровые искры и обсидиановые осколки. Но лишь возвращалось чудовищное орудие войны к своему хозяину, как стена огня вздымалась еще выше и рвалась к застывшим потерянно гостям еще нетерпеливее.

— Суртр!!! Выходи!!! Выходи на честный бой!!! Я разможжу твою дурацкую башку!!! Я заткну тебе пасть своим кулаком!!! Я оторву твои…

Перед самым ковром земля вдруг встала на дыбы, фонтаном разбрасывая на все окрестности и посетителей куски смоляного стекла и окаменевшей растительности, и из недр ее с грохотом извергающегося вулкана вырвалось нечто ослепительно-жуткое, состоящее из ярости и раскаленного ярко-белого пламени.

Масдай отпрянул в ужасе, не заботясь о и без того пострадавшем достоинстве бессмертного его пассажира.

Мьёлнир от внезапного рывка не устоял на ногах и повалился на Олафа.

Грозный молот мягко приземлился ему на грудь.

Существо из живого огня выпрямилось во весь свой десятиметровый рост, приставило руку к горящим багровым огнем провалам глаз, разглядывая незваных гостей, и раскатисто расхохоталось, узнав одного.

— Мьёлнир?! Ты?! Ты?!.. Это ты!!!.. Не может быть!!!.. Старина Мьёлнир! Узнаю, узнаю орла по походке!.. Большие кулаки, большой молот, большие речи… А где твоя большая кружка, маленький божок, а? Ха-ха-ха-ха-ха-ха-ха!!!

— Заткнись!!!

В мгновение ока молот снова вырвался взбесившейся огненной стрелой из рук громовержца и устремился к голове хозяина Мусспельсхайма, но тот бросился на землю, и оружие Мьёлнира безвредно просвистело над его головой.

Ответ ждать себя не заставил.

Воздух вокруг непрошенных посетителей, нахально вторгнувшихся в чужие владения, вспыхнул уже примелькавшимся оранжевым пламенем и собрался в сферу, которая начала медленно, но неуклонно сжиматься.

Что находилось в центре ее сжатия, догадался бы даже слепой Ходер.

— Суртр!!!.. — исступленно ревел Мьёлнир, неистово посылая раз за разом свое оружие в увертливого великана, но, ослепленный окружающим их полымем, не мог поразить быструю, как огонь в степи, цель.