"Фантастика 2024-76". Компиляция. Книги 1-26 (СИ) - Багдерина Светлана Анатольевна - Страница 1956

— Глас народа — глас свыше, ваша светлость, — издевательски развел руками барон Силезень и обернулся к свите. — По коням, что ли?

Потом коротко бросил графу: «Успехов не желаю», и команда охотников готового к немыслимому взлету рода Дрягв припустила вскачь, навстречу шарахнувшейся в разные стороны толпе.

Пассажирка скромно стоящей на заднем плане старинной кареты с саблезубым барсуком на дверце коротко стукнула в заднюю стенку зонтиком, и почти мгновенно с запяток соскочил и заглянул в окошко молодой слуга.

— Чего изволите, ваше пре?..

— Найди и приведи ко мне эту старушку, Сомик, — густым контральто приказала вдовствующая баронесса. — Я буду ждать здесь.

— Слушаюсь, ваше…превосходительство!.. — на бегу договорил отставной оруженосец, и тут же затерялся в неспешно разбредающейся толпе.

— Дан… приказ… ему на запад… ей… в другую… сторону… — ехал в гору по мощеной западной дороге и тихонько мурлыкал себе под нос будущий царь страны Костей его величество Силезень Первый, как барон начал понемногу себя про себя называть для постепенности привыкания.

— За тем поворотом сворачиваем в лес, ваше величество, — заискивающе улыбаясь и проникновенно заглядывая хозяину в ясные очи, проговорил егерь Куликча[425].

— Ну, не стоит так торопиться, дорогуша, — снисходительно усмехнулся барон Силезень, не скрывая довольной улыбки.

— Так я и не тороплюсь! За поворотом мы в распадок заходим, там на север, дубняк, и кабанов — немеряно! — сделал невинные глазки егерь.

Барон от души расхохотался.

— Ай, да Куликча! Хитрее-е-ец, ай хитрец!.. Люблю. Быть тебе через неделю главным царским егерем, помяни мое слово!

— Рад стараться, ваше величество, — скромно потупился мужичок, и в припадке рвения пришпорил коня и выехал вперед — лично проверить, не перенесли ли неизвестные злопыхатели за ночь поворот, не засыпали ли распадок, не выкорчевали ли дубняк.

И поэтому не видел, как его наиболее вероятное величество покачнулось в седле, ухватилось обеими руками за голову и выронило на булыжник карту.

— Ваше величество?.. — встревожено подлетели придворные — кто кинулся за уносимой ледяным ветерком разноцветной бумажкой, кто схватил под уздцы баронского коня, кто под локоток — самого барона[426]…

— Ох… что-то голова… закружилась… — не сводя расфокусированного взгляда с таинственной и постоянно перемещающейся точки где-то внутри своего черепа, барон сполз с послушно остановившегося мерина и, ведомый придворными с самыми сильными и энергичными локтями, на подгибающихся ногах добрался до поросшего молодым лесом и кустами откоса.

— Ваше величество?

— За лекарем послать?

— За знахарем?

— За травником?

— Нет… ничего не надо… всё в порядке… всё хорошо… всё замечательно…

Дворяне шумно перевели дух.

— …где моя норка?

— ЧТО?!?!?!..

— Пи-пи… я мышка… маленькая мышка… мне надо… пи-пи… в норку…

И под округлившимися от ужаса взглядами охотников барон встал на четвереньки и принялся разрывать сухую траву под шиповником.

— В-ваше… в-величество?.. — только и смогли проговорить придворные.

— Ваше величество, вы не мышка, вы — царь! — заботливо склонился над разбрасывающим во все стороны лебеду и мерзлую землю срочно вернувшийся на шум Куликча. — Царь наш, батюшка. А царь не может быть мышкой.

Кажется, на барона это произвело надлежащее впечатление.

Он остановился, поднял голову и жалобно уставился на егеря.

— Не может?..

— Нет, ваше величество, совсем не может, — строго покачал головой коренастый мужичок.

Плечи барона Силезеня печально опустились, и он горько вздохнул.

— Ну, хорошо…

— Вот и славно! — как один заулыбались дворяне и потянулись поднять своего хозяина на ноги, отряхнуть его и продолжить путь к трону.

Но Дрягва, ловко вывернувшись из заботливых рук, нырнул головой вперед в кусты.

— Тогда я — лисичка, я — лисичка!.. За мной гонятся свирепые собаки! Помогите мне, помогите!.. Мне нужно спрятаться!..

Свирепые собаки, вовсе сейчас не свирепые, а сконфуженные и озадаченные не хуже хозяев, пристыжено поджали хвосты и постарались укрыться за частоколом конских ног.

— Нет, ваше величество! Нет!!! — толпа охотников, презрев шипы, кинулась за ним и успела ухватиться за исчезающие сапоги. — Раз-два-взяли!..

Через несколько минут барон был извлечен, посажен на землю, прислонен спиной к сосне и напоен домашним бальзамом.

— Ну, как, ваше величество?.. — с замиранием сердца присел рядом с Дрягвой егерь и заботливо стряхнул с безнадежно запачканного черной грязью зеленого рукава раздавленную красную ягоду. — Лучше?..

Барон изумленно поморгал, уставился мутным взором на окруживших его людей и сделал попытку подняться на ноги.

— Вы не лисичка, вы — царь, наш царь! — хором, наперебой начали просветительскую работу его дворяне. — Наш любимый батюшка-царь! И вам надо ехать на охоту за лисичками, зайчиками, свинками, медвежками, лосиками, белочками…

— Медвежками… лосиками… белочками… — послушно повторял за ними барон, сосредоточенно глядя на свои коленки.

— Да… белочками… — умильно улыбнулся Куликча.

— Так ведь это я — белочка!.. — просветлело озабоченное лицо барона. — Я — белочка, белочка! Я так и думал!.. Я — белочка!..

И, не успели охотники опомниться, как барон стрелой взлетел на сосну.

— Вернитесь, ваше величество!!!.. — вырвался отчаянный крик из двух десятков грудей, но он, казалось, только испугал примостившегося на нижней ветке метрах в трех от земли Дрягву.

Он вздрогнул, загнанно стрельнул глазами, тихо вскрикнул, и в мгновение ока вскарабкался до самой вершины.

Тонкой, юной, хрупкой вершинки, если быть совсем уж точным…

Сомик обнаружил бабку Жужелку довольно скоро: за углом Иноземской улицы она стояла, воинственно уперев руки в бока, и разговаривала с невысоким длинноволосым человеком с раскрытой книжкой в руках. Вернее, разговаривала она, а длинноволосый одним глазом косил в книжку, другим сверлил ее пронзительным взглядом, и при этом еще и беззвучно шевелил губами — то ли повторяя ее слова, то ли репетируя собственный спич.

Воздух вокруг него и поклонницы Дрягвы начинал тревожно переливаться и густеть.

Заметив, что вынырнувший из-за угла долговязый парень в темно-синей ливрее обрадовано заулыбался при виде старушки[427] и едва не в припрыжку устремился к ней, он сжал тонкие узкие губы в недовольную ниточку, поспешно выудил что-то из кармана и сунул в руку собеседнице. После чего развернулся и едва не бегом удалился с места разговора.

— Ну вот тебе, ни спасиба, ни пошла, — не слишком сердито пробурчала старуха, проворно пряча за пазуху полученный от странного знакомца трофей, сурово зыркнула на вставшего у нее на пути запыхавшегося слугу и сделала попытку обойти его.

Но не тут-то было.

— Бабушка Жужелка, как я рад, что нашел вас! — расплылся прыщавый парнишка в нарядной ливрее в абсолютно искренней улыбке.

— Что ж, радоваться всегда полезно, — уклончиво одобрила старуха, и вдруг, решительно и сильно отодвинув Сомика в сторону, пошла на прорыв.

— Подождите! Пожалуйста! — застигнутый врасплох такой прытью, парень едва успел ухватить прыткую пенсионерку за рукав. — Ее превосходительство баронесса Удавия Жермон хотела бы побеседовать с вами! Она на площади в карете ждет!..

— Со мной? Побеседовать? — склонила голову набок и подозрительно прищурилась старушка, но остановилась. — Это еще на кой пень знатной даме со швеёй балясы точить?

— Она вам сама всё расскажет, пойдемте, — сделал приглашающий жест рукой паренек и умоляюще взглянул на сурово насупленное морщинистое личико Жужелки. — Пожалуйста?..