"Фантастика 2024-76". Компиляция. Книги 1-26 (СИ) - Багдерина Светлана Анатольевна - Страница 1713

Когда громкость и замысловатость проклятий достигла, казалось, своего пика и стала сопровождаться беззвучным стуком двух пар ободранных в кровь кулаков в каменную толщу – пятнадцать носильщиков проявили редкостную невозмутимость и в этой ситуации – из того же самого места, в котором пропал, снова появился шептало, притронулся щупальцем к стене, и та разошлась, образуя тоннельчик со сводами, едва доходящими задохнувшимся от негодования людям до пояса.

– Идите… за мной… – проговорил свистящим шепотом шептало и снова задрожал и пошел рябью. – Я… пошутил… Правда, смешно?.. Ха… ха… ха…

– …И они собираются использовать все это на моей стране?! – возмущенно прервал рассказ демона Иван, в возбуждении соскочив со своего каменно сиденья-куба.

– Да, – спокойно кивнул Конро.

– На нашей армии?! Еще и это, в довершении всего!?.. Мало на нашу голову было одного колдуна… Извини, Агафон, я это не про тебя, – обернулся он, спиной почувствовав оскорбленный взгляд друга.

– Успокойся, Иван, – положил ему на плечо каменную ладонь молодой демон, и Иван под весом такого аргумента был вынужден остановиться и присесть.

– Хорошо, я спокоен, – вынужденно соврал он. – Что от этого изменилось?

Рука демона потянулась в мешок с нерастраченным золотом и вынырнула, выудив кожаный мешочек, завязанный проволокой.

– Изменилось многое, – ровным голосом продолжил он. – Например, теперь я могу закончить свой рассказ и показать вам это.

– Что это?.. Ты всё-таки купил?.. – нетерпеливо вытянули шеи люди, и демон снисходительно улыбнулся.

– Ну, вот. Опять вы…

– Извини, пожалуйста, Конро, но я и раньше сидел тут, как на иголках, а теперь меня просто тащит домой! – смущенно пожаловался Иванушка.

– Я тебя понимаю, и поэтому больше тянуть не буду, – спокойно кивнул Конро и осторожно высыпал содержимое мешка на постель ловко подвинувшегося деда. – Вот они.

– Что?..

– Как?..

– Почему они такие крупные, Коник?

– Это и есть заказ вашего царя Костея, – пояснил демон.

– Ты украл его?!.. – восхищенно выдохнул Иван, и рука его непроизвольно потянулась к идеально круглым, матово поблескивающим в свете нефтяного светильника на стене, пестрым камням[83].

– Если тебе не нравится слово "украл", назови это "приобрел со скидкой", – скромно ответил Конро. – В конце концов, они получили за них некоторое количество золота. И по меркам людей, совсем немалое.

– Нам их можно потрогать? – рука царевича нерешительно зависла над камнями в нескольких сантиметрах.

– Да, конечно, – кивнул Туалатин. – Вам ведь придется использовать их в сражении, не забывайте.

– Да… – рассеяно подтвердил Иванушка, с любопытством и непониманием вертя в руках зеленый с тонкими розовыми прожилками шар. – Интересно… Чудо-то какое… С виду камень как камень… Глядя на него, совсем не скажешь, что в нем скрыта сила, способная…

И он вопросительно взглянул на молодого демона.

– Вот-вот. Я тоже только что хотел поинтересоваться, – потянулся за другим камнем Агафон. – Ты хорошо запомнил, какой из них какой, Конро?

– Какой из них какой? – отчего-то переспросил внук Туалатина, хоть прекрасно расслышал и понял вопрос и с первого раза.

– Да, – подтвердил дед Зимарь, потрепал вихрастую голову страуса эмо и тоже потянулся за камнем. – Вот, например, этот, черно-белый, как кошка. Какое это бедствие?

Конро посмотрел на предъявленный ему к опознанию камень, потом на остальные, потом на своего деда и, не найдя нигде ни подсказки, ни совета, наконец неохотно признался:

– Не знаю. Я не видел, какие камни шептало показывал посланнику Костея, когда называл стихии. А мы, Старый Народ, таких раньше никогда не встречали. Да и какая разница, если разобраться?..

– Большая? – предположил дед Зимарь.

– Наверное, вы правы, дедушка, – помолчав, со вздохом согласился Конро и пожал плечами: – Но я все равно не знаю. И возможности узнать у нас нет. Поэтому, придется вам полагаться на удачу и быть довольными тем, что они в руках у вас, а не у Костея.

Люди задумались над его словами и нехотя признали их правоту.

Похоже, сюрприз будет ожидать не только армию царства Костей, но и полководца, применяющего подарок демонов, усмехнулся Иванушка и бережно начал складывать камни обратно в мешок.

– Спасибо вам, дедушка Туалатин, Конро, – проговорил он, когда закончил и тщательно замотал мешочек проволокой. – Я уверен, что мы еще не раз вспомним вас добрым словом за ваш подарок. Постараемся использовать его как надо.

– А, кстати, как надо-то? – встрепенулся чародей.

– Очень просто, – успокоил его Туалатин. – Кидай подальше – и всё. Стихия понесется в сторону врага сразу же, как только камень ударится о землю.

Агафон замолк, наморщил лоб, переваривая полученную инструкцию и, наконец, расслабился, усмехнулся и кивнул:

– Я думаю, мы справимся.

– Справимся, справимся, – закивал дед Зимарь и глянул на Ивана.

– Хорошо. Тогда вылетаем прямо сейчас, – сурово объявил тот. – Будем лететь день и ночь без остановок.

– Так ведь дождь собирается, – жалобно прошуршал Масдай из своего уютного – сухого и прохладного – угла за кроватью Туалатина. – У меня все кисточки с вечера ноют, спасу нет, словно моль погрызла…

– И надолго? – встревожился Иванушка.

– Да уж одним днем не обойдется, – неохотно признался ковер.

– Скоро начнется? – нахмурился дед Зимарь.

– Скорее, чем хотелось бы, – буркнул Масдай, предчувствуя уже следующий поворот сюжета.

И не ошибся.

– Тогда надо спешить, – решительно сделал шаг к их верному транспортному средству царевич. – До начала должны проскочить, а там мы будем уже далеко, и он нас не достанет. Не должен, по крайней мере… Наверное…

– Так не проскочим же, Иван-царевич, как пить дать, не проскочим!.. – взмолился Масдай.

– Слушай, Иван, может, и впрямь переждать?.. – покосился на друга специалист по волшебным наукам.

– Теоретически, вероятность того, что вы проскочите, составляет всего… – задумчиво начал было Конро, но лукоморец остался глух к голосу опыта, разума и просто сомнения.

– Должны, – непреклонно пресек он бунт воздушного судна, его команды и его группы поддержки и, не вступая более в дискуссии, заторопился со сборами.

Теорию вероятности, безотносительности желаемого к действительному и скорость намокания ковра до критической точки потери летучести скоро пришлось изучать скрежещущему зубами, но бессильному что-либо исправить царевичу на собственном опыте.

Они вылетели через десять минут после волевого решения Иванушки, когда тучи, замазывающие горизонт серой краской далекого ливня были еще почти не видны, и всем показалось, что они даже могут еще успеть обогнать дождевой фронт, если поспешат, но вмешался непредвиденный ветер. Он подхватил толстые неуклюжие тучи, груженые тоннами воды, и стал толкать их в пухлые свинцовые спины, чтобы они не задерживались долго на одном месте, а поторапливались на северо-восток, в степи, где дождя не было уже несколько недель и пора было напомнить о себе.

Масдай старался и спешил, что было сил, но ветер оказался проворней, и через пять часов после того, как из виду пропали Красные горы, страна атланов и Атланик-Сити в частности, легкие пальцы дождя впервые нежно коснулись воздушных путешественников.

– Масдай, миленький, а еще быстрее ты лететь можешь? – распластавшись по ковру рядом с друзьями, просительно прошептал Иван в густой пыльный ворс.

– Я-то могу, – раздраженно ответил ковер, вздрагивая от точечных, осторожных пока ударов редких капель – предвестников тяжело ворочавшегося у них за спиной хмурого ливня. – Только вы и так на мне едва держитесь, а если я еще прибавлю, вас сбросит встречным потоком воздушных масс, если вы понимаете, о чем я веду речь.