"Фантастика 2024-76". Компиляция. Книги 1-26 (СИ) - Багдерина Светлана Анатольевна - Страница 1614

– Почему, ваше величество? – вкрадчиво склонив голову, перешла в контрнаступление царевна.

– Потому что, когда я стану царем Лукоморья, – при этих словах Костей испытующе впился единственным глазом в лицо Серафимы, – ноги моей больше в этой дыре не будет.

Серафима не дрогнула.

– Вы станете царем Лукоморья, потом правителем Забугорья, потом – всего мира, и люди захотят узнать, где начинал свой путь в величие такой человек, как вы. В страну Костей, к этому самому замку потянутся толпы паломников, чтобы увидеть то, что не видел никто, чтобы рассказать всем, чтобы вспоминать всю жизнь. И что они здесь у вас увидят? – она трагически обвела полутемный затрапезный трапезный зал рукой, свободной от рисунков.

– Света можно будет прибавить, – неохотно согласился царь.

– Я не это имела в виду, но давайте попробуем, – кивнула, соглашаясь, царевна.

Костей вытянул руку в направлении предполагаемого расположения люстры во мраке под потолком и пошевелил пальцами.

Вспыхнули, заливая весь зал неестественно-белым магическим светом, свечи, как будто все звезды ночного небосклона сгребли в одну кучу и заставили гореть ярче солнца. Вспыхнула вокруг люстры паутина и мгновенно разнесла, как бикфордов шнур, пламя во все концы зала. Запахло паленым. На пол, на стол, на людей посыпалась зловонная черная пыль.

– Мерзость запустения, – окинув взором открывшуюся картину, с чувством процитировала царевна любимое Иванушкино выражение и брезгливо смахнула с рукава сыпавшуюся с потолка грязь. – Ну не говорила ли я? Никто не приводил это зал в порядок и не ремонтировал лет тридцать, я полагаю?

– Пятьдесят, – уточнил Костей и чихнул.

– И много у вас таких помещений в замке?

Царь задумался.

– Больше половины? У меня никогда не было такой потребности в придворных прихлебателях и челяди, как у прежних хозяев. Простота, без всяких раздражающих излишеств – вот мой вкус сейчас. Ничто не должно отвлекать меня от работы. Да и что может предложить мне эта деревенщина? Свою долю роскоши и славы я возьму, когда буду властелином мира.

– Ваш вкус – это ваш вкус, спорить я с этим не стану…

Костей украдкой с облегчением вздохнул.

– …Но не паломников, – продолжила царевна, не давая противнику перевести дух и собраться с мыслями. – Они захотят увидеть не только величие, но и великолепие! Если ты повелитель мира, простота без излишеств – вчерашний день по определению!

– Почему? – не понял Костей.

– Потому, что весь мир для одного человека – это уже излишество само по себе, ваше величество.

Костей подумал, и согласился.

– Хорошо. Что вы предлагаете?

– Вот, смотрите. Я не видела всех помещений вашего обиталища, чтобы составить более точный проект, мне нужно будет осмотреть их все, – с умным видом произнесла Серафима и, не дожидаясь, пока Костей станет возражать, ринулась в атаку:

– Но вот это – общая идея, взгляните сюда. Например, коридоры. Я предполагаю, они будут оштукатурены и выкрашены в различные цвета колера, для каждого крыла – свои. Этот у нас желтый. Под потолком здесь будет лепнина – сцены из жизни повелителя мира, великие деяния, значительные события, грандиозные битвы, масштабные достижения – у вас ведь все это есть? Или будет? На этом чуть попозже мы обязательно остановимся поподробнее, проведем фактологическое изыскание реалий вашего бытия. Пока же в рамке нашего фокуса – орнамент вокруг окон. Для этого коридора – это тот, по которому я чаще всего хожу – я придумала нечто такое, ненавязчивое, но оригинальное и запоминающееся – розочки и сердечки. Естественно, розовые и, естественно, на розовом фоне…

Серафима на секунду остановилась, чтобы перевести дух, и Костей, напряженно слушавший и пытавшийся уловить смысл хотя бы половины из выпаленного с пулеметной скоростью ему в ухо, получил первую возможность вставить слово. И это слово было:

– Нет!!!..

– Что – нет? – удивленно-недоверчиво, как ученый через микроскоп на говорящую инфузорию, уставилась она на царя, слегка сдвинув брови.

И Костей не выдержал.

– Розочки – нет… – опустил он глаза. – А вот сердца – это здравая идея. Со своей стороны, я бы еще посоветовал добавить почки, легкие и петли кишечника вокруг.

– А на подоконнике – вставная челюсть! – фыркнула Серафима. – Ваше величество, фи! Мы обсуждаем не учебник анатомии, а мировое наследие человечества!

– Но я не люблю розы!

– Хорошо, давайте сделаем ромашки. Тоже узнаваемый цветок, в меру символичен, в меру харизматичен…

Царь, из всего сказанного понявший только слово "ромашки", затряс головой:

– Я вообще не люблю цветы!

– А что вы любите?

– Власть.

– Это у нас будет на потолке, повторения ни к чему, – решительно замотала пером царевна. – Что еще?

Костей задумался.

– Почести.

– Это у нас в другом крыле. Еще?

– Золото, драгоценные камни, ювелирные изделия…

– В палате Даров Благодарных Народов.

– Где? – вытаращил глаз царь. – У нас нет такой палаты!

– Будет, – со спокойной уверенностью заявила Серафима. – Там будут храниться сокровища народов мира, благодарных за ваше справедливое и мудрое правление, переданные вам в подарок.

– Но мое правление не будет ни справедливым, ни мудрым! И их сокровища я буду просто забирать, а недовольных превращать в рабов!

– Это у нас в палате Свершений, – пожала плечами царевна. – А мы сейчас говорим об орнаменте окон. Ну, ваше величество, ну это же так просто! Что-нибудь занятное и веселенькое по периметру, всего-то!..

– Черепа, – в первый раз подал голос из-за плеча царя генерал Кукуй, все это время молча, но внимательно наблюдавший за дискуссией.

– Веселенькое? – с сомнением уточнила царевна.

– Улыбающиеся, – сурово добавил генерал.

Серафима окинула Кукуя изучающим взглядом.

– Какая свежая идея, – со сдержанным восхищением развела она руками. – Я от вас такого не ожидала, генерал. Храбрость в сражениях, военный гений и необычный взгляд на вещи – это сделает честь любому!

– Ты еще здесь? – ревниво обернулся Костей на своего военачальника, уже сообразившего – правда, слишком поздно – что сказал лишнее. – Кто просил тебя встревать? Я только что сам собирался предложить именно улыбающиеся черепа царице Елене!

– Хороший подчиненный должен читать мысли повелителя, – улыбнулась Серафима. – Какая замечательная, небанальная идея, какое интригующее сочетание, ваше величество – черепа и сердечки!

– Вам нравится? – довольно потупился Костей.

И тут же из уголка рта бросил Кукую:

– Свободен! Пошел вон!

Тот кинулся из зала только что не бегом, звеня шпорами как лукоморская тройка – бубенцами, прижимая к монументальному боку меч и благословляя судьбу, что легко отделался.

– Мне это чрезвычайно нравится, – удовлетворенно кивнула головой царевна. – И, кстати, хорошо, что вы напомнили мне про вашего полководца. У меня есть проект и для него.

– Для него? – ревность, не успевшая далеко уйти, моментально вернулась на непривычное пока, но, похоже, облюбованное уже место.

– Да. Если вы помните, я обещала подумать над его мундиром.

– Да? – подозрительно прищурился царь.

– Да, – степенно подтвердила Серафима. – И вот – пожалуйста. Так он будет выглядеть в новой форме.

И она, подозвав жестом Находку, вытянула из кипы листов, еще остающихся у той в руках, один, приметный, с загнутым для быстрого поиска уголком, и с гордым видом сунула его под нос Костею.

Тот испуганно изучал несколько секунд рисунок, потом перевел вопрошающий взгляд на царевну.

– Его придется побрить наголо, пришить ему слоновьи уши, уменьшить до точек глаза, сплюснуть нос, растянуть рот до ушей и оставить всего три тонких, как ветки, пальца?

– Что? – захлопала ресницами Серафима.

– Я хочу сказать, что это не составит труда, если вы действительно думаете, что ему так будет лучше…

Царевна фыркнула – то ли со смеху, то ли от обиды.