"Фантастика 2024-76". Компиляция. Книги 1-26 (СИ) - Багдерина Светлана Анатольевна - Страница 1610

– Это опять требование этого вашего Этикета? – хмуро, предчувствуя ответ, спросил Костей, и по лицу его было видно, что Этикет Семьдесят Пятый должен каждую минуту благодарить судьбу, что успел умереть до этого дня.

– Это требование здравого смысла, ваше величество, – сделала неопределенный жест рукой царевна. – Движение и свежий воздух воздействуют положительно на цвет лица. А где, по-вашему, должны гулять особы царской крови? По улицам города? По крепостным стенам?

– Хм… – помял подбородок Костей. – Я никогда не задумывался над этим вопросом, если честно… Хорошо, я поручу это дело Зюгме, и к утру у вас между внутренней и наружной стенами замка будет такой сад, по которому не выпадало счастье гулять еще ни одной царской особе.

– К утру? – недоверчиво взглянула Серафима на царя. – К которому?

– К завтрашнему. У вас под окнами будет или его сад, или его могила. Это я вам обещаю.

– Я бы все-таки предпочла гулять по саду.

Через полчаса после того, как Серафима вернулась в свои покои, в двери постучали.

– Не заперто! – крикнула она из дебрей нового шкафа, доверху забитого всевозможной обувью, от модельных сапожек на шпильках до мохнатых тапочек с умильными глазками-пуговками и висячими ушками.

Двери заскрипели, отворяясь, и в комнату вошли.

– Ваше величество! – донесся вкрадчивый голос Зюгмы. – Ваше величество!..

– Да, я вас внимательно слуша… ОЙ!!!

Царевна вынырнула из шкафа, выглянула из-за дверцы, и оказалась лицом к лицу с самым огромным из когда-либо виденных ей на Белом Свете зайцем.

Зайцем, стоящим на задних лапах.

Зайцем ростом с человека.

Зайцем в сером платье до полу.

Зайцем, при виде Серафимы мгновенно переломившемся в поклоне.

Рядом стоял и умильно улыбался первый советник.

– Ч-что… это?.. – не отводя от громадного животного вытаращенных глаз, спросила Серафима у Зюгмы.

– Подарок его величества вашему, – радостно поклонился тот. – Ее зовут Находка, и она будет жить у вас и прислуживать вам.

– Что?! Жить у меня?! – Серафима уперла руки в боки и возмущенно уставилась на отшатнувшегося от неожиданного отпора советника. – Да вы что, издеваетесь надо мной? Жить!.. А вы у меня спросили? Тут заяц, там Змей!.. Я не могу жить в зоопарке, так и передайте его величеству вместе с этим грызуном! До свидания, милейший господин советник! Закройте дверь с той стороны!

– Но ваше величество!.. – растерянный Зюгма испуганно вскинул ладошки, стараясь умерить пыл возмущения пленницы. – Вы же сегодня утром сами сказали его величеству, что вам трудно обходиться без служанки!

– Я так сказала? – нахмурилась Серафима, припоминая. – Ну, сказала. Да. Так и было. Но я же сказал – "без служанки", а не… – она выразительно покосилась на зайчиху. – Если бы мне было нужно животное в комнате, то я бы скорее попросила кошку.

– Животное?! – радостно воскликнул советник. – Вы думаете, что это – животное? Нет, о великолепнейшая из цариц Белого Света, вы изволили ошибаться! Это не животное – это человек! Просто его величество придает слугам, работающим в замке, облик животных, чтобы шпионы и соглядатаи не могли незамеченными пробраться к нам! Это его гениальная идея, которая еще ни разу не давала сбоя…

– Человек?!.. Человек?!.. Человек?!.. – потрясенной Серафиме, в кои-то веки, не приходили на ум никакие иные слова, кроме этого. – Человек?!.. Это – человек?!..

– Да, человек!..

– Н-но… Вы говорите, что все слуги в замке такие, а я до сих пор видела только обычных людей, ваших солдат, пусть не очень разговорчивых, но людей…

Зюгма приятно рассмеялся.

– Как раз эти не очень разговорчивые солдаты, как вы изволили выразиться, и не люди. Больше. Это умруны. Гвардейцы. Простым солдатам его величество придает вид медведей, волков, леопардов – для устрашения противника. Ну, и лишние несколько десятков зубов в бою не будут лишними. А слуги в замке все такие. Лакеи – зайцы, мастеровые – лошади, дворцовая стража – собаки, посыльные – утки, повара – рыбы. Очень удобно. Всегда знаешь, кто есть кто.

– Но я… не видела…

– Пешке незачем знать тайны королей, – самодовольно ухмыльнулся советник, наблюдая за буйством стихийных бедствий эмоций на лице пленницы – просто бурей это было уже не назвать.

Но царевна быстро взяла себя в руки, сдавила, встряхнула, надавала по щекам и привела, наконец, себя в себя.

Ах, так.

Пешка, говоришь.

Ну, хорошо.

Тебе и твоему недокормленному в детстве хозяину еще предстоит узнать, что я – та пешка, которая проходит в дамки.

На Зюгму с бесстрастного, чуть бледного лица снова глянули ледяные серые глаза.

Если бы советник был знаком с царевной чуть дольше, от такого взгляда он бы немедленно, не упаковывая вещей, бросился вон из замка и не останавливался бы, пока не пересек как минимум несколько государственных границ.

– И много еще в вашем обиталище таких… маленьких… секретов… которые вы мне пока не спешите открывать, господин первый советник?

Но Зюгма знал царевну недостаточно долго, и поэтому, ничего не подозревая, просто расплылся в заговорщицкой улыбке.

– Больше, чем вы можете себе представить, ваше величество.

– Хм… Значит, так. Я поняла вашу идею управления персоналом, советник. И не могу сказать, что поддерживаю ее. И зайцам в доме я все-таки предпочитаю кошек, хоть служанка мне и в самом деле…

– Если вам так будет угодно, его величество для вас…

– Нет, я не имею в виду, что вашу бедную горничную теперь надо превращать в кошку, – предугадав предложение, готовое сорваться с языка Зюгмы, поспешила опередить его Серафима. – Не поймите меня неправильно. Что я хотела сказать, пока вы меня не перебили…

– Извините, я не хотел, я подумал…

– Ну, вот. Опять, – Серафима укоризненно взглянула на Зюгму. – Что я хотела сказать, пока вы меня снова не перебили, так это то, что я могу принять подарок его величества…

– Ну, наконец-то!..

– ЧТО Я ХОТЕЛА СКАЗАТЬ, ПОКА ВЫ МЕНЯ В ПОСЛЕДНИЙ РАЗ ДЛЯ ВАС НЕ ПЕРЕБИЛИ, так это то, что я могу принять подарок его величества только в том случае, если он вернет этой женщине ее человеческий вид. Аудиенция окончена. До свидания.

Через час в двери снова постучали – Зюгма привел служанку в человеческом облике – девушку лет семнадцати в таком же сером платье до пола, какое было чуть раньше на зайчихе, с круглыми то ли от страха, то ли от генетики глазами, пухлыми искусанными губами, лицом, полным конопушек и толстой рыжей косой до пояса, перетянутой серой полоской ткани.

Серафима, сухо поблагодарив советника и выпроводив его прочь, подозрительно оглядела горничную с ног до головы – не осталось ли в ней что-нибудь заячье, или кошачье – на случай, если советник решил проявить инициативу или чувство юмора. Та ли это была девушка, которая ранее предстала перед ней с заячьей мордой, или другая, соглядатая ли она обрела, увлекшись утром ролью избалованной царицы, или союзника – предстояло выяснить.

Над другим вопросом, захотел ли Костей иметь при ней шпиона, или просто проявил внимание и заботу, и что бы это в обоих случаях для нее значило, она предпочитала пока не задумываться.

– Как тебя зовут, милочка? – строго спросила она.

Девушка упала на колени, и если бы не лохматый ковер, наверное, убилась бы.

– Находка, ваше царственное величество, – донеслось приглушенно из зарослей ворса.

– Встань.

Девушка вскочила на ноги.

– Давно во дворце служишь, Находка?

– С пятнадцати годов, ваше царственное величество.

– Чем занималась?

– Чем хозяин прикажет, ваше царственное величество. Полы помыть, постирать, прибраться…

– Ты самому царю Костею до этого прислуживала?

Находка вздрогнула, оглянулась, как будто ожидая, что царь Костей выскочит из-под кровати или из-за угла только от упоминания своего имени – но никого не было.

– Нет, ваше царственное величество, у него другие служат, а я раньше у господина советника служила.