"Фантастика 2024-76". Компиляция. Книги 1-26 (СИ) - Багдерина Светлана Анатольевна - Страница 1358

Я припарковалась на стоянке клиники. Чуть больше года назад мы с Эмилем приехали сюда в последний раз. При мысли о нем меня снова захлестнул страх. Я боялась всего: за него, того, кем он стал, за наше будущее. С его диагнозом будущего нет. С животным жить нельзя.

Я выбралась из машины. Идти в клинику не хотелось – неприятные воспоминания и все такое, но я толкнула запертую дверь, а затем опомнилась и позвонила.

Меня долго изучали через камеру над входом. Спустя минуту замок нерешительно отомкнулся. Игнорируя ресепшн, через узкий коридор я пошла к кабинету Ренаты.

Стучать не стала – она этого не заслуживает, просто распахнула дверь.

Маленький уютный кабинет, чуть-чуть мрачный из-за опущенных жалюзи, был затенен. Если вы работаете с вампирами – привыкайте делать это в темноте. Рената сидела за столом и подняла голову, когда я вошла.

Уставилась она на меня с изумлением, темные глаза удивленно блестели в полумраке. До меня вдруг дошло, что она уже никого не ждет: время к вечеру, а нормальные люди работают днем, а не ночью.

– Яна? – невнятно выговорила она.

Мы очень давно не виделись.

Рената медленно выпрямилась и откинулась на спинку кресла, заново обретая уверенность.

На ее лице появились новые морщины, а носогубные складки углубились. Оказывается, есть пределы у косметической хирургии. Зато волосы – черные и блестящие, остались без изменений. Рената скрутила их в причудливый узел и заколола шпильками, на конце каждой красовалась жемчужина.

Черный, сиреневый, фиолетовый – все эти цвета подходили к ее внешности, и Рената умело этим пользовалась. Когда красота истрепалась, только и остается украшать себя дорогими безделушками. Впрочем, рано или поздно это случится со всеми нами.

В кабинете горели светильники на стенах. Верхний свет здесь не предусмотрен. Комнату окутал приятный полумрак – слишком интимный для деловой встречи, но беспощадный верхний свет разделался бы с Ренатиным очарованием: подчеркнул бы каждую морщинку и сеточку у глаз. Она боролась с жестоким оскалом «старости» всеми методами.

Ее лицо светилось, смуглая кожа играла оттенками янтаря. Даже после рабочего дня она выглядела прекрасно. Две пуговицы лиловой блузки были расстегнуты, открывая верхнюю часть груди. Тут Ренате было чем похвастать – шея у нее гладкая, а грудь высокая. Нитка черного жемчуга кокетливо спускалась в ложбинку между грудей.

Продуманно. Наверное, все посетители мужского пола пялятся на ее бусы.

– Давно не виделись, – нарушила Рената тишину. Голос прозвучал вкрадчиво и хищно – любой вампир обзавидуется. С тех пор, как я вошла, она не сводила с меня глаз.

– Собирайся, – я сорвала с вешалки меховое пальто и швырнула на стол. – Едем за город.

Норковый мех оказался скользким – шуба скатилась на пол. Рената равнодушно проследила за ней и подняла глаза.

– Осторожнее с вещами, Яна.

– Для тебя – госпожа Кац.

Мне очень хотелось ее уязвить, к тому же теперь у меня все права носить эту фамилию.

Рената уставилась на меня бессмысленными темными глазами: переваривала сказанное. Когда-то она Эмиля любила, но недостаточно сильно. Даже не на треть так сильно, как я.

Некоторые женщины любят эгоистично, ради себя – пока мужчина готов оплачивать их любовь и привязанность. А если проблем чуть больше, чем можешь выдержать – их бросают. Теперь, когда денег у Эмиля хватало, а проблем поубавилось, Рената вновь переживала о своей утрате.

Она резко выдвинула ящик стола и плюхнула на стол косметичку. Если она немедленно не пойдет со мной, я вытащу ее отсюда за бусы!

Но дело оказалось в другом.

– Ты увела у меня Эмиля, – зашипела она, щелчком раскрывая пудреницу.

– Ты сама знаешь, нечестно так говорить, – парировала я. – Он ушел сам. И ты знаешь, почему так случилось.

Рената пыталась совладать с собой, губы дрожали – с вызовом, нервно, пока она поправляла макияж. Она, когда нервничает, всегда бросается к косметичке. Она с удовольствием встречалась с моим мужем, но при серьезном замесе предпочла другую сторону, чтобы не огрести вместе с ним. Так что пуд соли нам с Эмилем достался на двоих.

Интересно, она знает, что с нами случилось? Нет, сомнительно. Эмиль и ее бы шлепнул, когда убирал свидетелей. Хотя она достаточно умна, чтобы не трепаться. Рената никогда мне не нравилась: даже жаль, что я не убиваю людей без повода.

– Ты ведь его предала, Рената. Сама, – напомнила я. – А винишь меня, уже долгие годы. Бросай косметику и пойдем. У нас случай, как с Андреем семь лет назад.

Рената застыла с глупо открытым ртом – она как раз красила губы.

– Кто? – спросила она. – Опять он?

Я помедлила. Андрей просил не говорить, но лучше бы Ренате знать правду, чтобы подготовиться.

– Эмиль, – ответила я и впервые в жизни увидела, как сильно может побледнеть человек со смуглой кожей. Краска буквально отхлынула от ее лица. – Ты едешь со мной. Мы найдем его и если ты ему не поможешь, я тебя пристрелю. Или скормлю ему. Сама выберешь.

– Ты как со мной разговариваешь? – голос зазвучал напряженно, но звонко. Рената быстро сгребла косметику обратно в ящик вместе с косметичкой, захлопнула и вскочила.

Меховое пальто, скорее всего, купленное ей Эмилем когда-то, она надевала по пути к двери. Шпильки цокали часто и быстро, Рената сорвала с вешалки сумку и мы покинули клинику.

На парковке она хотела сесть в свой красный «БМВ», но я молча кивнула в сторону «мерседеса». Рената не стала спорить. Ехать с ней в одной машине – сущее наказание, но придется потерпеть.

Она устроилась на пассажирском сиденье, запахнув расстегнутую шубу и пристроив сумку на коленях. Сумка тоже дорогая, но старая – та самая, из крокодиловой кожи, из чего я сделала вывод, что нового любовника она так и не нашла. По крайней мере, такого же щедрого, как Эмиль, чтобы оплачивать безделушки Ренаты.

Я завела машину, включила ближний – сумерки сгущались все сильнее, и выехала на дорогу. Нас ждал путь за город – надеюсь, не очень долгий из-за пробок.

– Я понимаю, что ты чувствуешь, – сказала Рената, заметив, как я барабаню по рулю.

– Ни хрена ты не понимаешь, – огрызнулась я.

– Что случилось? Перестань грубить и расскажи, что с ним.

Подробностями пришлось делиться через силу – откровенничать с Ренатой было странно и неприятно. Выложила не все, но основное: про аварию и наши с Андреем предположения. Что касается Елены, пожирателя и других личных нюансов, то это я утаила. Она внимательно выслушала, но не задала вопросов. Рената отвернулась к окну, рассматривая обочину.

Мы выбрались за город, и сразу навалилась темнота. Ее резал только свет фар – здесь уличного освещения не было.

Рената заговорила неожиданно, когда я вообще забыла, что она в машине.

– Ты его любишь? – она повернулась, пытливо глядя на меня. – Любишь Эмиля?

Я мельком взглянула на нее и вернулась к дороге. Она блестела свежим гололедом и выглядела небезопасной. Все чаще в свете фар мелькали снежинки – скоро пойдет снег.

Мне очень не понравилось выражение ее лица: убитое и полное надежды одновременно. Такое лицо, как будто у Ренаты для меня плохие новости и ей меня жаль, что совсем уж странно. Глаза смотрели так откровенно, что мне перехотелось огрызаться.

– Конечно, люблю, – пробормотала я.

– Тогда не ходи, – предупредила она. – Лучше я одна… Или с кем-нибудь, но не с тобой. Ты когда-нибудь видела вампира в таком состоянии? Это будет жестоко.

Жестоко… Я видела, как он умирал и вряд ли это забуду. Неужели будет еще хуже?

Глава 16

– Ничего страшного, – мой голос меня не выдал.

Изображать каменную скалу я научилась с Эмилем: было время, когда я боялась любую эмоцию показать, особенно любовь. Это прошло, но навык не раз пригодился.

– Ты не видела…

– Рената, мы его не нашли, – ответила я, сбрасывая скорость. – Так что все будет наоборот, первой пойду я, а ты подождешь в машине.