"Фантастика 2024-76". Компиляция. Книги 1-26 (СИ) - Багдерина Светлана Анатольевна - Страница 1302

– Не ходи, – меня не отпускала картина, как Андрея подстерегут где-нибудь, а я даже не узнаю, что случилось. – Я тебя покормлю сама. Мне лучше, да и тебе сейчас не много надо. Так безопаснее.

Он помедлил, но натянул футболку до конца.

– Все равно нужно спуститься. Не хочу, чтобы ты себя ножом резала, куплю иглу. Не бойся, аптека прямо внизу, вернусь быстро.

Я кивнула, обхватывая себя руками. Внезапно мне стало холодно – или это отголоски страха?

Глава 28

Представляю, как со своими странными зрачками он будет покупать шприц.

Но Андрей решил проблему парой темных очков и ушел. Я, чувствуя сосущую пустоту в сердце, остановилась у окна. Расстегнула и сняла бесполезную кобуру, чтобы занять чем-то руки, скомкала и швырнула на стол рубашку.

Такая теплая летняя ночь, светлая – сегодня полнолуние. Но красота ночи не трогала, я застыла в тревожном ожидании. Меня не отпускали страхи: я боялась оставаться одна, и боялась, что Андрей столкнется внизу с Десмодовым.

Вампиры, которых я видела раньше, впечатляли. Но этот – просто ужасал.

К счастью, Андрей вернулся быстро. Вошел в кухню, на ходу вскрывая упаковку шприца, его вместе с очками бросил на стол, а иглу подал мне.

– Давай, помогу? – предложил он, наблюдая, как дрожащими пальцами я примеряюсь к левому запястью.

Без лишних слов я уступила иглу.

Было в этом что-то неправильное, словно я изменяю Эмилю – не в сексе, в другом, но тоже личном и интимном. Я обещала не кормить вампиров, но ведь и он не должен был отираться с другими женщинами или как?

Андрей окунул два пальца в стакан коньяка, из которого я так и не отпила, и провел по руке, оставляя влажную пахнущую спиртом полосу.

– Не бойся, – он взял запястье, и острие нацелилось на вену.

Я закрыла глаза и не увидела, как ловкими пальцами он прокалывает кожу. Мгновение острой боли, и Андрей вытащил иглу.

– Не хочу, чтобы ты сцеживала. Можно, я сам? Если станет нехорошо, я перестану.

Не станет. Это просто маленькая дырочка с каплей крови и ничего больше.

– Все нормально, – ответила я.

Окровавленную иглу он бросил в мойку, и наклонился к ране.

– Прекрасный запах. Кровь, коньяк и ты.

Он взял запястье аккуратно, но всеми пальцами и поднес ко рту. Стоять было неудобно, Андрей наклонился, и я не могла видеть его лицо, только ощутила губы, прижатые к проколу.

Начал он осторожно, будто целуя – кожа упруго промялась под ртом, но пока боли не было. Я чувствовала, как язык касается прокола – Андрей ждал, пока тот наполнится кровью.

Наверное, ему стыдно за прошлый раз – тогда боль была адской.

Он снова провел губами по проколу, выдавливая кровь – на этот раз стало неприятно. Андрей выпрямился, лицо с расширенными черными зрачками оказалось совсем рядом. Испачканный рот приоткрыт – запах крови его взбудоражил.

– Неудобно, – признался он. – Давай я тебя на стол посажу.

Я рефлекторно отступила, наткнувшись на край столешницы и оперлась руками, чтобы не потерять равновесие. Со стороны казалось, будто я сама собираюсь на него вскарабкаться. Андрей подхватил меня и посадил сверху. Я сбила стакан коньяка и вляпалась рукой в остро пахнущую лужу.

Андрей встал между моих коленей и припал к ране. Сначала все было спокойно, потом понемногу разгорелась боль – он начал сосать.

Он делал паузы, когда она становилась сильнее, давая отдохнуть, потом начинал снова. Это грозило затянуться надолго.

Сидеть на столе с раздвинутыми коленями было слишком для меня смело. Сначала это напрягало, но постепенно я расслабилась – Андрея интересовало только запястье.

И это правда удобно: мне не приходилось высоко поднимать руку, а ему низко наклоняться.

Он снова прервался, переступил с ноги на ногу, придвигаясь ближе. Прохладное дыхание касалось онемевшей кожи.

– Долго получится, – заметила я.

– Хоть целую вечность, – Андрей тяжело и часто дышал в запястье, слегка щерясь. – Спасибо, Кармен, что не отказываешь.

Не за что, Андрей. С тобой не так гадко.

Интересно, чтобы сказали мои старые друзья-охотники, узнай, что я кормлю вампира и мне нравится. Не боль, конечно. Но остальное – вполне.

Он снова припал к ране, понемногу вытягивая кровь. Внезапно меня повело и я закрыла глаза – ненадолго, но когда открыла, оказалось, что я упираюсь лбом в его плечо и сама дышу открытым ртом.

От него пахло летней ночью и пылью.

Боль стала сильнее и я дернулась, заныв сквозь зубы. Андрей положил ладонь на поясницу, поглаживая кончиками пальцев – успокаивал. Его тепло проникало через майку.

Короткий спазм вернул страхи: если сначала Андрей был нежнее, то теперь, кажется, терял контроль. Ему хотелось крови, а много я дать не могла. Тем более через прокол от иглы.

Пальцы неспешно почесывали поясницу. Мизинец попал между низом майки и поясом джинсов, касаясь голой кожи.

Не знаю, случайно или нет. Мы уже вплотную, Андрей сгорбился над запястьем, держа его на весу.

– Расслабь руку, – попросил он. – Такая напряженная.

Я последовала его совету. Пальцы свободно легли ему на шею ниже уха. Я даже не заметила, какими каменными стали мышцы в поврежденной руке – каждый глоток заставлял их сокращаться.

– Успокойся, – прошептал он, Андрей целовал запястье, размазывая кровь.

Пальцы гладили спину под майкой, слишком чувственно для простой поддержки. Наверное, мне мерещится. Мы же просто друзья. Он успокаивает, помогает расслабиться.

Я поделилась кровью, но совсем не хочу, чтобы этот момент перетек в прелюдию и взаимные ласки, как в прошлый раз.

Кровь густела от горячего дыхания, становилась вязкой. Язык скользил по гладкой коже запястья – медленно. Кончиком языка не слизывают: он пытался отвлечь меня от боли или добивался чего-то еще.

Я упиралась переносицей ему в плечо и дышала с задержкой на вдохе, словно мне больно, хотя уже нет. Я не видела, что он делает с рукой, только чувствовала: поцелуи, прикосновения губ и языка, которые становились все смелее. Андрей тонул в собственном упоении.

Губы то надавливали на прокол, то скользили по коже, выдавливая кровь и немного боли.

Он резко выдохнул, прикусил кожу и застыл. Я чувствовала, как он прижимается всем телом, пальцы на спине конвульсивно сжались между лопатками, а молния джинсов царапала мне ногу.

Маленькое запретное удовольствие двоих, связанных не теми узами для чувственных удовольствий. Я для него уже не просто подруга. Я знаю.

Я недоступное увлечение.

Андрей выпрямился. Зрачки стали огромными – во всю радужку, по губам размазалась кровь. Видные кончики клыков некстати напомнили, что я с вампиром, близким к ломке.

Он в этом состоянии опасен. А я обжимаюсь с ним на столе. Ну не дура ли?

Я рассматривала черные потусторонние глаза, приоткрытый рот, испачканный моей кровью, и пыталась найти в себе страх. Тот самый, который раньше подсказывал, когда бежать.

Но я слишком долго с вампирами, чтобы бояться. Самонадеянно, но факт.

– Ты просто огонь, Кармен.

Мы рассматривали друг друга. Мой взгляд ощупывал шрамы, поврежденный глаз и окровавленные губы.

Мы не признаемся вслух, но знаем, что это игра. Нельзя накормить вампира из маленького прокола. Просто меня зацепил тот поцелуй и его тоже – когда нельзя, всегда очень хочется.

И я считала нашу любовь с Эмилем безумной?

Андрей может сожрать меня, но я не уходила. Я сидела на этом чертовом столе, раздвинув колени, рассматривала окровавленный рот, и мои пальцы на его плече жили собственной жизнью.

– Такая нелепость… – вдруг сказал он. – Влюбился в человеческую женщину. Да еще безответно.

Глава 29

Мне нечего было ответить – я молчала.

Тогда, в машине, все как-то само собой произошло. Легко и естественно. Сейчас так не получалось.

– Спасибо, – пробормотала я, – что помог.

– Я бы не дал тебя сожрать, – ответил Андрей. – Ты слишком вкусная, чтобы делиться.

Мне не хватало какой-то мелочи, толчка, последней капли, смелости для решающего шага – как ни называй, а я покачивалась на столе, цепляясь за его плечо, и даже не понимала, чего хочу.