"Фантастика 2024-76". Компиляция. Книги 1-26 (СИ) - Багдерина Светлана Анатольевна - Страница 1241

Он снова назвал меня по имени, а так он поступает только в серьезные моменты. У меня кольнуло сердце: я прекрасно поняла, о чем он. Об Эмиле.

– Андрей, я не уверена… – я отвела глаза. – Ты ведь говорил про полукровок… Наверное, об этом рано, но я не хочу стать вторым сортом, понимаешь? Не хочу быть на втором месте.

– О чем ты вообще? – нахмурился он.

Сомнения копились и конфликтовали между собой. Секс – это конечно, здорово. Но у нас слишком много проблем и противоречий, на которые я раньше не обращала внимания, потому что не планировала с ним встречаться, а сейчас они разом на меня обрушились. Чем больше я думала, тем больше видела препятствий к совместной жизни.

Получается, у нас не будет детей? Хотя какие дети, когда мы дважды побывали в одной постели и ни к чему не пришли. Тут даже о свадьбе речи нет…

Но я хотела знать, какую роль мне отводят.

– Ты же против смешанных браков, – напомнила я. – И детей от них.

Он слегка склонил голову и усмехнулся.

– Не забегай вперед, – посоветовал Андрей. – Я тебе, кажется, говорил, что выбираю кого угодно. Это мое дело, с кем мне жить. Да и знаешь, Яна… Все не так, как тебе кажется.

Неужели? А кто мне лапшу на уши вешал о своем прошлом, о котором я до сих пор мало знаю?

– И еще меня беспокоит…

– Ну? – надавил он, когда я замолчала.

– Ты же не стареешь, – прямо сказала я. – А я да.

– Старею, – возразил он. – Просто медленно… Брось, дорогая. Ну что за ерунда? Когда ты состаришься, через тридцать лет? Нас за это время обоих убьют. Ты не о том беспокоишься…

– А о чем надо?

Он облизал губы, и взгляд стал серьезным, будто он собирался сказать что-то неприятное. Что-то неприятное обо мне – и я догадалась, что.

– О твоем бывшем муже, Яна. Я ведь помню… Ты слишком, – он поискал подходящее слово. – Предана ему.

Хотя бы не сказал, что слишком люблю и на том спасибо. Андрей всерьез считает, что единственное наше препятствие – моя страсть к Эмилю?

– Знаешь, Яна… Вампирша бы никогда в жизни не полезла бы в драку за мужа. Убьют, поплачет и снова замуж выйдет. Это нормально. А такой преданности, как у тебя я вообще никогда не видел. Эмиль этого не достоин, понимаешь?

Я опустила глаза, рассматривая пол. Он ведь о том случае, когда я полезла в эпицентр боя, непонятно на что рассчитывая… У меня даже патронов толком не было.

Не знаю, как вампирши, может им и вправду проще найти нового мужа, но мне был дорог этот.

– Вот я и спрашиваю, Яна. Я для тебя кто?

Вот за это я и не люблю все эти разговоры. Снова мучительно копаться в себе и вытаскивать на поверхность хоть что-то членораздельное.

Но я устала от Эмиля… Устала даже не от проблем, которые приносит его жажда власти и наживы, с этим бы я еще смирилась. Я устала от его характера, вранья, издерганных нервов. Эмиль умудряется подбросить мне поводы попереживать, даже когда его нет рядом.

И только я собиралась его простить, как он все перечеркнул. Я не желала ему зла. Я хотела, чтобы он жил. Но где-нибудь подальше – и счастливо, насколько это для него возможно.

А мне будет достаточно знать, что с ним все хорошо.

– Эмиль мне не безразличен, это правда, но... Я не хочу с ним быть.

Он и так выжег во мне все дотла – и чувства к себе тоже.

– Прекрасно, Кармен, – вздохнул Андрей. – Рад слышать. Когда все поуляжется, я перед всеми объявлю тебя своей.

Меня окатило холодным ужасом. До этого казалось, что то, что между нами произошло – это дело двоих. Мы давно друзья, ну, стали чем-то большим – к этому все и шло… Но устраивать вампирские помолвки – это не по мне.

Это уже серьезно, а все, что серьезно – меня пугает. Да, черт возьми, я боюсь серьезных отношений, и, кажется, дело здесь не только в Эмиле.

Но вроде бы я уже дала согласие, забирать его глупо. Я кивнула, аккуратно вынула пальцы из рук и пошла на кухню, пить кофе и приводить мысли в порядок.

Я чувствовала себя такой растерянной, что даже обрадовалась, когда Андрей ушел, сообщив, что у него дела, а мне лучше побыть дома.

Я пила кофе у окна, рассматривая фонари вдалеке. Обхватила себя рукой, зябко ежась. Раньше ночные огни вызывали грусть, а сейчас… даже не знаю.

Я смотрела на них и не понимала, что чувствую. Ненавижу копаться в себе. Все произошло слишком быстро.

Но я вспоминала Эмиля в моей ванной. Вспоминала его тяжелый характер – с ним трудно, очень. Он выматывает нервы. А я и так устала, чтобы биться лбом об эту стену. С Андреем нет ощущения, что я сижу на пороховой бочке и не знаю, когда рванет.

Где-то через час я начала собираться. Распотрошила свою сумку и привычно оделась: джинсы, футболка, сверху натянула кобуру, потуже затянула ремень и поймала себя на мысли, что нервничаю. Даже не с первого раза застегнулась – пальцы слегка дрожали. Да, у меня масса причин для стресса, но дело в чем-то еще.

Может быть, в том, что я иду к Эмилю вопреки обещаниям.

«Мерседес» так и не перегнали – добиралась я на такси. Ночной город с заднего сидения выглядел лучше, чем с водительского: можно любоваться проспектом, не отвлекаясь на дорогу. В груди образовалась сосущая пустота – то ли огни наводили тоску, то ли я боялась этой встречи.

Глава 38

Эмилю стало лучше – он открыл сам. Полуголый, весь в рубцах после пыток и огнестрельных ранений, молча пригласил меня войти и ушел в комнату.

– Ты один? – я заглянула в спальню.

– Один, – Эмиль набросил рубашку и застегивался спиной ко мне. – Феликс скоро вернется.

Ему привезли нормальную одежду. Раны на затылки скрылись под волосами, но красные следы все равно просвечивали сквозь светлые пряди.

Он не спросил, где я была и почему не ночевала с ними. Может быть, брат ему все рассказал? При одной мысли, что Эмиль может знать о нашей связи с Андреем, у меня чуть не отнялись ноги.

Нет, слишком спокоен… Или держит лицо?

Эмиль обернулся, рука, которой он застегивал манжеты, дрожала, но это последствия физической боли, не внутренней. И он по-прежнему выглядел изможденным.

А с чего я вообще взяла, что он будет страдать, если я уйду?

– Что с тобой? Ты испугана? – он непонимающе прищурился. – Что там с доноршей? Нашлась?

– Нет, – пробормотала я, недоумевая, при чем здесь она.

– Ну и хрен с ней… Не уходи сегодня.

До меня дошло, какой лапши Феликс навешал брату: что я искала девчонку.

Наверное, Эмиль проспал весь день, как и я, и недавно встал – выглядит сонным и каким-то помятым, но по-прежнему разбитым. Он серьезно искалечен, хотя глаза начали восстанавливаться – уже не слезятся.

– Как шея?

– Все нормально, – я не знала, как начать разговор. – Андрей кое-что показал… Видео из дома.

– А где ты видела Андрея? – насторожился он. – Дай руку, Яна.

Он подошел и схватил меня за запястья. Чувствуя себя глупо, я дала осмотреть кожу без новых проколов. Андрей вчера сказал, что раз на мне незаживший чужой укус, то он не будет меня трогать.

– Эмиль, это важно. Ты говорил, что не знаешь, как выжил... Но ты его укусил, правильно? Ты пил при этом его кровь?

Он скривился так, словно я предположила что-то гадкое.

– Я кое-что раскопала, – призналась я. – Про Андрея. Хочешь послушать?

Мы вышли на балкон, я облокотилась на перила, рассматривая огни – внизу, как на ладони лежал центр. Чертовски здесь красиво. Мне даже перехотелось говорить, так и стояла бы, дышала ночным летним воздухом. В центре он только ночью и бывает свежим.

Эмиль тоже положил руку на перила – рядом с моей, но не поверх.

Мне сильно не хватало его присутствия рядом. И, наверное, даже не его самого, а той неосуществимой мечты, к которой я привязалась. Жизнь вообще жестока – мечты, если и сбываются, то не так, как мечталось.

Но таким, как я хочу, Эмиль не станет. И лучше похоронить эту надежду вместе с неосуществимыми желаниями. Он не изменится, а я уже поняла, что неважно, люблю я его или нет. Даже если люблю больше жизни, видеть его в своей квартире не хочу. Это прекрасная любовь, но не на каждый день. Эмиль как лимон – вкусно, когда чуть-чуть.