"Фантастика 2024-76". Компиляция. Книги 1-26 (СИ) - Багдерина Светлана Анатольевна - Страница 1237

Эмиль стоял, опираясь на фаянсовый край и слепо смотрел в слив. Потом закрыл глаза, отдыхая от боли. Из-под век все еще текли слезы. Ему должно быть больно от света, но я не помнила, есть ли у меня солнцезащитные очки… Я выбросила всё: одежду, все его вещи, и сейчас жалела об этом.

Мне так стало его жаль, что я протянула руку и коснулась спины.

– Убери,– зарычал Эмиль. – Без тебя хреново.

Я снова обхватила пальцами бортики ванны. Понимаю, он психует от боли, но меня это задело… Горечь и обида – верные спутники жизни с Эмилем.

– Расскажи, что случилось. Я ведь тебя покормила.

Какое-то время он молчал, словно размышлял, стоит ли мой поступок откровенности.

– В городе пожиратель, – вдруг сказал он. – Это другой вид, ты о них не знаешь. Я нарвался на него, когда поехал за тобой к Андрею. И безумно рад, что ты не пострадала.

– Я тоже рада, что ты жив… – мой циничный вопрос застрял в горле, но я продолжила. – Только как, Эмиль? Ты весь… У тебя столько ранений.

– Сам не знаю, – признался он. – Должен был сдохнуть. Я когда сумел вырваться, еще был в сознании. По дороге позвонил Феликсу, а потом, как в тумане. Сам не знаю, как дошел. Спасибо, Яна… Я тебе благодарен.

Эмиль смотрел на меня, но насквозь. Почти слепой, он не видел выражения моего лица.

– Ты мог меня убить, – пробормотала я. – Когда я тебя нашла, ты был невменяемым.

– Не мог, – отрезал он, медленно выпрямился и включил душ. – Я ведь не напал, правильно?

Я покачала головой, пробуя воду ладонью – холодная, и отрегулировала до приятного теплого ощущения.

– Яна, я шел домой. Я ведь здесь жил. Жил с тобой. В каком бы состоянии я ни был, я всегда инстинктивно узнаю жену. Ты для меня своя.

– Эмиль, ты умирал… Человек для вампира просто еда.

– Я полукровка, – напомнил он. – Я бы тебя не тронул.

По шум бегущей воды Эмиль начал сдирать с себя остатки рубашки, но сломанные ребра лишают свободы действий. Он остановился отдышаться и переждать боль. Я уже догадалась, кто будет его мыть: сам он помыться не сможет.

– Расскажи, кто он такой, – я встала, помогла ему вылезти из рукавов и подождала, пока Эмиль расстегнет ремень.

Уже не смущало, что он делает это при мне – мы были любовниками, ну и что? У меня появилось ощущение, что я помогаю раздеться боевому товарищу, члену семьи, кому угодно, но не тому, с кем буду спать.

Только он пока об этом не знает.

– Тварь он, – огрызнулся Эмиль. – Встречаются редко, всегда по одному, но убивают нас, если видят. Я подозревал. Когда со вторым убийством звонили, предположил, что это один из них. Тебе решил не говорить. Город и так трясет.

– Ты мне не доверяешь? – нахмурилась я.

– Тебе да, а Андрею нет. Ты бы ему рассказала, я прав?

Эмиль уставился на меня, расстегивая брюки. Если бы он с самого начала предполагал, что убийца – вид вампира, про который я не знаю, то… Вынуждена признать, что да. За подробностями я бы пошла к Андрею.

– Теперь ясно, почему все так нервничали, – я все-таки отвела глаза, когда он разделся полностью.

Пока Эмиль не влез в ванну, я рассматривала потолок, затем подобрала смеситель и отрегулировала напор. Начала с головы, осторожничая с ранами. Вода размывала светлые пряди на макушке и красная, стекала по лицу.

Эмиль улыбнулся – ему нравилось, что я с ним вожусь. Смываю кровь, как положено супруге. Наверное, считает, что оказал мне честь, когда пришел ко мне, вот я и размякла.

Но с ним всегда так было: Эмиль возвращается, когда припрет. Однажды он сказал, что я все ему прощаю. Сейчас от этого стало так горько и больно, что захотелось отвесить ему еще одну пощечину – потому что он прав. Черт возьми, прав…

Где он был эти три месяца? У кого коротал ночи?

Его легко любить, когда он щедрый и добрый. А с простреленной головой и в ломке он никому не нужен кроме меня. Ни своим женщинам, ни сторонникам, ни брату.

Я ему то жена, то нет. Он считает, можно брать на стороне что хочется, давать обещания и забирать их обратно. Сначала он ходит по бабам, срывает злость, а умирая, ползет ко мне.

Сколько он причинил мне страданий... Какого хрена я с ним вожусь?

Рука дрогнула и струя ударила прямо в рану. В ту же секунду Эмиль отбил мою руку в сторону, да так, что онемело запястье, а меня саму облило с ног до головы. Я чуть не поскользнулась, резко дернула шеей, и место укуса будто пронзило раскаленным штырем.

– Осторожнее, – зарычал он, словно ему одному тут больно.

Наверное, стоило отнестись с пониманием, ему тяжело, он раздражен… Но на сегодня это стало последней каплей, от которой сдали нервы.

– Как ты меня достал, скотина! – заорала я, мокрая и обессиленная. Я устала с ним бороться, устала от постоянного напряжения и проблем. – Всю жизнь мне испоганил!

Я опустилась на колени, повиснув на бортике ванны. Одежда пристала к телу, и влажные волосы облепили лицо, как осьминог.

Я обхватила рукой его мокрые плечи и глухо, отчаянно зарыдала.

– Яна, – вода звучно плюхнула, когда он прижался к бортику с той стороны. На затылок легла тяжелая рука Эмиля. – Не плачь. Не надо, любовь моя…

Мокрые и злые, мы судорожно обнимались. Стало холодно, только его дыхание грело щеку. С кем бы мы ни были, и где, мы все равно возвращаемся друг к другу. Пусть не как любовники, а как-то иначе. Но это липучка, которую не оторвать.

Только он поздно вспомнил, что все еще любит меня.

Глава 34

Было около двух – самый разгар дня, и солнце жарило вовсю.

Я приняла душ и переоделась, на этот раз изменив привычкам: вместо джинсов надела летнее платье до колен, белое, с ярким цветами. Подходящий наряд для того, чем я собираюсь заниматься.

Шею я, глядя в зеркало, аккуратно заклеила пластырем.

Эмилю надеть было нечего, и он отослал брата прикупить что-нибудь по размеру. Пока я мылась, Феликс вернулся из ближайшего супермаркета с бриджами, футболкой и парой шлепанцев. Бриджи были цвета хаки, а футболка из дешевой черной синтетики – Эмиль в них смотрелся непривычно.

Я бросила в дорожную сумку патроны, кобуру, смену одежды – остальное куплю по дороге. Пистолет я забрала у Эмиля и сунула туда же. Вряд ли нам что-то грозит в разгар дня.

Я вызвала такси. Перед выходом Феликс предложил Эмилю панаму – прикрыть дыры в затылке, и пару черных очков.

Эмилю с его расквашенным лицом лучше подождать нас на улице, а мы с Феликсом снимем квартиру – я буду изображать его жену. Вариант с гостиницей мы отмели сразу: слишком людно, а Эмиль в плохом состоянии, кто-нибудь обязательно заинтересуется, почему у моего мужа прострелен висок.

С риелтором мы договорились в срочном порядке, но съем стоил столько, что она бы не только из центра, а даже с Марса бы прилетела.

Квартира неожиданно мне понравилась. Просторная, светлая, у меня даже улучшилось настроение, когда через тщательно намытые окна я выглянула в солнечный день. А потом вспомнила про вампиров – придется задвинуть шторы.

Всё дышало чистотой – у меня дома так не пахло с тех пор, как там перестал жить Эмиль.

Две комнаты, необходимая мебель, закрытый двор, видеонаблюдение – прекрасно.

– Берем, – сказала я.

– Вы уверены? – риелтор смерила меня взглядом, словно сомневалась в платежеспособности. – А ваш… м-м-м, – она так и не определилась, как окрестить Феликса. – Не будет смотреть квартиру?

– Я одна буду жить, – зачем-то сказала я. – Но платить будет он. И договор тоже с ним оформляйте.

– Понятно, – многозначительно сказала она.

Наверное, решила, что мы разводимся или что-то в этом духе.

Они ушли на кухню. Пока Феликс оформлял договор на подставное имя, я еще раз огляделась. Надо придумать, чем завесить окна – хозяйские шторы хоть и выглядели роскошными, но пропускали свет.

Когда риелтор ушла, оставив ключи, я сорвала с кровати покрывало. Феликс помог повесить его поверх штор, в комнате сразу стало сумрачно – то, что надо для раненого вампира.