Избранный цикл фантастических романов 1. Компиляция. Книги 1-24 (СИ) - Кири Кирико - Страница 1944

Если прислушаться, то иногда по коридорам пролетает эхо битв, что происходят в коридорах этого места. И каждый раз её сердце замирало.

Может показаться странным то, что главы совета, одной из главнейших структур идут в бой, однако было несколько важных моментов. Первый — они были так же одними из сильнейших, второй — как та, кто отдаёт приказы, Калипсо принимала участие в защите замка. Здесь не принято было отсиживаться за спинами подчинённых.

Конечно, генерал не поскачет в первых рядах атакующих, но он будет сражаться, если его личный отряд примет бой. Сейчас, при таких потерях, когда враг пробирался всё ближе к тайнам всего ОСЦНГ, Калипсо просто ничего не оставалось, как самой туда отправиться. Калипсо конечно никто не мог приказать это сделать, однако все прекрасно понимают, что потом о ней будут говорить лишь как о той, кто трусливо провалился, прячась за спинами других.

И потерять честь для Калипсо было ещё хуже, чем погибнуть. К тому же она искренне верила, что охотники — это зло, что не мешало при этом ей защищать первенство истинных ведьм по силе.

Рафаэлла же шла лишь потому, что хотела помочь и её помощь там действительно могла пригодиться. Сложно сказать, как именно, но Рафаэлла чувствовала все потери Твердыни мира, словно каждый, кого она видела в стенах этого замка, получал тонкую связь с ней.

Но сказать, что они провалились в защите, это не сказать ничего.

Это был единственный раз, когда «система» действительно сильно ошиблась, как иногда делают неверные расчёты компьютеры, не в силах взглянуть на ситуацию под другим углом. Оценив угрозу, как значительную, она приняла бой со слишком мощного выстрела, пробив все барьеры, испепелив часть защитников, за раз сократив их количество на одну треть, приблизив энергию к нижней планке. Пройдя дальше, луч врезался в дверь, выбил ту, прошёл через всё помещение, разрушив стеллажи, и врезался в стену напротив.

Не успели они прийти в себя после такой атаки, как «система» уже ворвалась в разрозненные ряды. Первые ряды рыцарей подняли щиты, но те не стали помехой для меча, который разрезал их вместе с хозяевами. «Система» уже оказалась в самом центре защитников, прямо между ведьмами и рыцарями. Они не успели даже развернуться к ней, а та взмахами меча расчищала пространство, срезая их подобно косе траву.

Взмах, другой, кто-то пытается нанести удар, но скорости человеку не хватает — его рука падает вместе с мечом. Кто-то стреляет магией, но меч отбивает удар. «Система» несётся вперёд к ведьмам, которые не успевают ничего сделать. Удар, второй удар, уворот от огненного шара, вновь удар, мимо проходит молния, ещё удар. Ведьмы пытаются разойтись подальше, на их место выскакивают рыцари, закрывая их собой, но очень скоро они все оседают на землю мёртвыми. Пара минут отчаянного боя и на залитом кровью полу стоял один лишь охотник.

Он молча оглядывался, выявляя опасность своим бездушным взглядом.

Один раз его взгляд остановился на Рафаэлле, которая с часто вздымающейся грудью смотрела на него. В её руках была ведьма со вспоротым животом из которого вываливались внутренности. Однако под рукой Рафаэллы, что испускала мягкий зеленоватый свет, рана затягивалась и всё, что вывалилось, чудесным образом заползало обратно.

Ей повезло, лечение было её профилем и возможно спасло ей жизнь при тех ударах, которые бы подкосили даже ведьму. Она старалась спасти и других, накладывая магию защиты, однако все её усилия были бесполезны — его меч разрушал любую магию. Вылечив себя до состояния, когда она сама хотя бы могла стоять на ногах, теперь Рафаэлла упёрто, под взглядом самой смерти, делала то, что должна была делать.

«Если меня и убьют, то я всё равно сделаю то, что должна», — думала она и, долечив ведьму, поползла на четвереньках к другому, ещё живому телу, чувствуя, как под руками и коленями чавкали внутренности и кровь тех, кому уже не помочь. Она ждала удара, ждала темноты, что окутает её, но его не последовало. Тот лишь пошёл дальше.

«Система» строго следовала директиве. Она просто прошла дальше, к уничтоженным дверям, которые бы выдержали даже мощную магию.

За ними открывался огромный высокий зал, что уходил на многие метры дальше и терялся из виду. Огромные шкафы, уходящие вверх к потолку на несколько метров. Все полки были заставлены огромными книгами и скреплёнными между собой листами. Однако…

Теперь, после выстрела это всё полыхало ярким пламенем, которое озаряло весь зал светом и резво перекидывалась с одного стеллажа на другой, с одной книги на другую. Вся многовековая история этой страны сгорала в пламени, вызванном одним выстрелом. Дым поднимался к верху, клубился у потолка и уже начал проникать в коридор через разрушенную дверь.

Искать что-то там было бесполезно, огонь распространялся с такой скоростью, что даже сейчас уже было невозможно пройти дальше. Он весело и ласково лизал бумагу, превращая её в пепел.

Но «систему» это не волновало. Она просто вычеркнула из целей этот пункт и перешла к другому. Она не испытывала эмоций, ей было чуждо разочарование или досада. Лишь «выполнено» и «не выполнено». Сейчас задание было не выполнено, и она просто двинулась дальше.

Перед Рафаэллой, возвращающей к жизни полуживого солдата, которому повезло отделаться лишь отрубленными руками и переломанными костями, остановился охотник. Она медленно подняла взгляд, ожидая, что теперь и её очередь пришла, но услышала лишь одно слово.

— Нежить.

Тихий, механический, лишённый каких-либо человеческих интонаций. Она даже не могла поверить, что этот голос принадлежал молодому человеку, которого она видела сегодня.

— Храм Нуары, — выдавила она из себя.

Охотник, не проявив никакой реакции зашагал дальше. Уже в конце коридора он вновь встретил отряд из рыцарей, который попытался сразиться с ним, но всё закончилось лишь гибелью последних на глазах Рафаэллы, которая хотела отвернуться от всего этого, но не могла, наблюдая каждую смерть.

«Я не выдержу», — подумала она, хватаясь за сердце. — «Когда это всё закончится, когда это просто закончится…»

С этими мыслями она продолжила спасать тех, кто ещё был жив. Теперь это было всё, на что была она способна. Но тех, кому могла понадобиться её магия, оказалось не так уж и много.

Рафаэлла вновь пожалела, что не может связаться с Муромцем. И словно в ответ на её мысли где-то в глубине её сознание сквозь толщину пространства, что разделяло их, раздался едва различимый голос:

[Рафаэлла? Рафаэлла, ты меня слышишь…]

[Лилит!? Лилит!]

Это голос был подобен лучу на чёрном небе.

Сказать, что она почувствовала облегчение, услышав этот голос, в подобной ситуации было бы весьма странно, но именно это она и почувствовала. Потому, что рядом с Лилит Муромец. А он был залогом их спокойствия. Именно на него в самую сложную минуту могли положиться все. Она расплакалась, думая, что ситуация скоро исправиться.

[Слушай, такой вопрос, к вам там случайно Калипсо Рея не приводила?] — спросила она едва слышно, словно множество стен разделяло их.

И в ответ Рафаэлла буквально закричала:

[Лилит! Он здесь, он убивает всех! Пожалуйста возвращайтесь! Пусть Муромец вернётся!!!]

Муромец шёл по залитым кровью коридорам и не встречал никого, кроме трупов. Иногда он находил раненых, что пытались выбраться из этого ада, по мере сил помогая своим товарищам, но таких было немного. Муромец бы сказал, что они были исключением из правил. Потому что, судя по телам, шансов выжить после встречи у них было немного.

Коридор, что вёл к банку памяти, уже заволакивал дым. То ли охотник уничтожил его, то ли Калипсо, стремясь не отдать его врагу, просто сожгла. Но это уже не имело значения, после всего, что произошло. Кто бы не сжёг эту библиотеку, потерянных жизней это не спасёт. И это было его промахом — не оставь он это место, то смог бы удержать Рея. Но знай каждый, к чему приведёт тот или иной поступок, мир бы жил счастливо.