Избранный цикл фантастических романов 1. Компиляция. Книги 1-24 (СИ) - Кири Кирико - Страница 1509

Эффект был мгновенным. Я бы сравнил его с сильным алкогольным опьянением, когда голову забивает вата и сил сопротивляться совершенно нет. Ты просто теряешь любую координацию под приятный мягкий шум, что обволакивает сознание и заставляет тебя закрыть глаза.

Через каких-то несколько секунд я отключился. А перед этим Нинг положила мне на грудь руку и мягко произнесла:

— Всё в порядке. Спи спокойно, здесь тебе зла никто не желает.

Хотелось бы надеяться.

В этот раз мне ничего не снилось. Просто темнота без каких-либо мыслей или переживаний, которая просто обволокла меня, заставив позабыть обо всём на свете. Оттого, когда я в следующий раз очнулся, не мог даже примерно сказать, сколько пробыл в таком состоянии. Часа два? Три? Или целые сутки?

Ещё удивительнее было то, что стоило мне проснуться, как тут же меня встретила сидящая перед кроватью с подносом в руках Нинг, будто только и ждала, что я проснусь. Хотя… нет, она точно знала, когда я проснусь. Об этом говорила и дымящаяся тарелка, которая не успела остыть. Или же она просто очень удачно подгадала. В любом случае, я не постеснялся об этом спросить:

— Ты точно знала, когда я очнусь, или случайность? Не поверю, что сидела передо мной с подносом постоянно.

— Знала, — не стала скрывать Нинг.

За дверями тем временем раздавались детские крики и смех, как если бы мы были в школе на перемене или детском саду. Даже несмотря на то, что я никакого виду не подал, Нинг каким-то своим чутьём правильно заметила, на что я обратил внимание.

— Ты в моём доме для сирот, — подтвердила она очевидное.

— Ты живёшь и работаешь в приюте?

— Да. Но меня интересует немного другое. Как ты? Как самочувствие? Беспокоят шумы в голове и координация?

В ответ на это я выгнулся дугой, пытаясь сесть. Нинг кивнула.

— Ясно, кушать будешь с рук. А шумы?

— Почти прошли, но голова болит, — поморщился я. — Я смогу нормально двигаться?

— Если не сможешь, придётся заново учиться, — спокойно ответила ведьма, хотя меня такая новость совсем не порадовала. Просто представить, что мне придётся переучиваться делать абсолютно всё — от ходьбы до равновесия, становилось жутковато. Все эти движения в нас уже вложены, да и дети несколько лет учатся этому, а тут всё заново.

— Но эффект же спадёт?

— Да, должен будет развеяться. Не без помощи этого, конечно, — непонятно откуда она достала колбу всё с той же зелёной жидкостью. — Придётся ещё раз её выпить.

— Это ведьмовское зелье? — на полном серьёзе спросил я. В этом мире вообще слишком много чего стало реальностью, как погляжу. Я уже не удивлюсь, если и ангелы с демонами существуют. Ведь бессмертные-то есть, верно?

— Зелье, медицинское лекарство, химический раствор — называй как хочешь, хотя правильнее всё же, как ты и сказал, зелье.

— Я бы такое себе взял. Чтоб спать крепко, — вздохнул я, оценив способности этой жидкости. — Вы их продаёте?

— Боюсь, как и с любым лекарством, им нельзя увлекаться, — покачала Нинг головой. — И нет, не продаю. Это всё ведьмовские тайны, которые мы не продаём и не раскрываем чужакам.

— А говорила, что я твой брат.

— Но ты не в ковене. Вступи в ковен — узнаешь.

— Подозреваю, что есть подвох какой-то.

— Тебе придётся принять наши правила и отказаться от картеля, — подтвердила Нинг. — Жить со своими сёстрами.

— Не думаю, что я готов пойти на такое, — воздохнул я.

— Тяжело отказаться от своей жизни, даже если это значит всегда быть под прицелом, — кивнула ведьма, показывая, что понимает, о чём я. — Но разве ты не думал, что рано или поздно это всё закончится?

— Всё всегда заканчивается, — невозмутимо ответил я.

— Ты закончишь раньше, — покачала Нинг головой. — Рано или поздно найдётся тот, кто сможет тебе что-нибудь противопоставить.

— Имеет ли это значение? — поинтересовался я, глядя на неё. — Все когда-нибудь умрём.

Нинг внимательно смотрела мне в глаза, после чего вздохнула.

— Раньше ты был другим.

— Каким? — из любопытства задал я вопрос.

— Другим. Я слышала такие отговорки тысячи раз от многих людей, но все они похожи на отговорки детей, которые ищут оправдание своим проступкам и желанию заниматься тем, чем запрещено. Словно ребёнок, который курит и оправдывает это тем, что рано или поздно всё равно начал бы курить. Да только можно и не курить вовсе.

— С чего ты вообще беспокоишься обо мне? — немного раздражённо спросил я.

— Потому что ты часть нашей семьи, пусть и такой нерадивый, — ответила она невозмутимо, беря ложку в руки. — А теперь открывай рот. Надеюсь, нам не придётся применять воронку, которую я захватила с собой.

Глава 234

Было вкусно. Нет, честно, в её готовке чувствовалась домашняя теплота. Что-то простое, вкусное и сытное — домашнее, если так можно выразиться. Любой может почувствовать это, возвращаясь домой и пробуя стряпню своей матери. Вроде обычная еда, но нет, всё равно в ней есть что-то родное.

Странное чувство, если честно…

— Ты этим всех детей кормишь? — спросил я.

— Не нравится?

— Да нет, почему, вкусно просто. Поэтому и спрашиваю, это мне перепало так или всем.

— Да, это из общей кухни, — кивнула Нинг. — Готовим сразу на всех — на себя, на детей, на гостей, если таковые имеются. Это и мой дом, как-никак.

— Повезло детям.

— Повезло, — кивнула она. — Я не могу подарить им то же самое, что подарит родная мать, однако считаю своим долгом хотя бы готовить им хорошо. В конце концов, как говорят некоторые: еда — это частичка нашего дома.

— Всё лучше, чем на улице, — я перевёл взгляд на дверь, которая сейчас немного приоткрылась. Оттуда из-за щели выглядывали любопытные глаза как совсем ещё детей, так и тех, кто постарше. Может быть даже ненамного младше меня самого. Он толпились там, немного толкаясь и пытаясь получше рассмотреть гостя, то есть меня.

— Только вот любопытные до ужаса, как кролики, — нарочито громко произнесла Нинг, оборачиваясь. Детей как ветром сдуло, только весёлый шум и был слышан. Не так кричат дети, которые боятся. Не то чтобы я слышал часто таких детей или наблюдал подобную картину, но и не в пещере родился, чтоб не понимать очевидного.

— Они хорошо к тебе относятся, — заметил я.

— Мы одна большая семья, — не моргнув глазом, ответила она.

— А как же ковен?

— А муж, что покинул мать и отца и создал свою собственную, теряет прошлую? У меня две семьи. Одна — они, другая — ковен.

— А если надо будет решать? — спросил я.

— Ковен не допускает таких моральных дилемм, — категорично заявила она. — Я знаю, к чему ты клонишь, и не думай, что ковен тоже об этом не задумывался. Поэтому у нас есть свои законы, которые предотвращают подобное.

— Ясно…

Вообще, я не об этом хотел с ней поговорить, если честно. Не о моральных сторонах вопроса, кого выбрать. Меня сейчас беспокоили совершенно другие мысли, касающиеся моей личности. Сейчас они меня отпустили из-за новых эмоций, но потом точно вернутся с новой силой, пытаясь обрушить моё сознание. Тогда, в доме Ишкуины, она сумела вывести меня из равновесия, и я даже растерялся. В конце концов, мысль, что ты лишь программа, иллюзия, не на шутку может выбить из колеи. Это как если бы мне сказали с доказательствами: ты программа в игре и твоя судьба — ей подчиняться. Поэтому стоило сразу расставить все точки над «i». Но обсуждать это с таким… человеком, которого я практически не знал…

Я внимательно смотрел на Нинг. Ведь действительно, что я знал о ней? Кроме того, что это женщина, судя по всему, в возрасте, но совсем на вид не старая.

Она ведьма и держит приют. Предана как своему делу, так и своей семье. Настолько, что приняла меня под свою крышу — совершенно чужого человека, которого она всего-то несколько раз видел. Казалось бы, идеальная женщина, прямо мама-кошка, но на этом всё. Практически ничего о ней, как о человеке, я и не знал больше. Зато отлично знал, насколько сильно способны меняться люди и как иногда они умеют скрывать своё «Я».