Избранный цикл фантастических романов 1. Компиляция. Книги 1-24 (СИ) - Кири Кирико - Страница 1507

— Это пройдёт. Со временем, — раздался негромкий тонкий голос справа от меня.

На звук я резко обернулся и тут же пожалел о своём решении — от резкого движения из глаз брызнули слёз и пошли круги перед глазами, из-за чего я толком так и не смог разглядеть, кто же передо мной.

А через секунду я уже думал о том, какой мох можно есть, а какой нельзя. Причём я так и не понял, какой можно, а какой нельзя, так как информации явно не хватало, а всё это было перемешано между собой как каша. Это… можно сравнить, как если бы кто-то читал книгу, но разнобой — одно предложение с начала, другое с конца, третье с середины. Мне даже было наплевать на то, кто передо мной. Главное — утихомирить поток собственных мыслей.

— Постарайся расслабиться, — вновь посоветовал тонкий женский голос. — Просто ни о чём не думай и дай мыслям течь своим чередом. Скоро они успокоятся.

— Тебе-то откуда знать? — прохрипел я. В горле пересохло.

— Одна из наших сестёр проходила через это, — спокойно отозвалась она.

— Сестёр это… — чёрт… моя голова…

Попытка вспомнить вызвала волну боли, но тем не менее я упёрто пытался разгрести завалы, чтоб ответить…

— Ведьмы?

— Да, ведьмы, — ответил голос. — Добро пожаловать к нам, брат.

— Ты мне не сестра, чтоб так говорить, — холодным, но дрожащим голосом отозвался я. — Где я?

— У нас.

— У нас… у нас, это где?

— В нашем прибежище. Не беспокойся, это в Сильверсайде.

Сильверсайд… Сильверсайд… господи, я же… точно…

— Мне надо идти… — пробормотал я и… должен был встать, но вместо этого дёрнул рукой, словно сбрасывал что-то с неё. Какого хрена…

— Когда такое происходит, сбивается почти всё — от движения до сознания. Ты можешь пытаться встать, но вместо этого будут напрягаться мышцы лица. Это естественная реакция на то, что тебе пытались промыть мозг.

— Ишкуина? — на этот раз я старался уже не двигаться резко. Медленно посмотрел в сторону той, кто со мной разговаривала. Однако разглядеть её я так и не смог — в глазах до ужаса плыло, и даже комната расплывалась буквально через метр, потому для меня оставалось загадкой, где сам нахожусь.

— Она не здесь. Можешь не беспокоиться о ней.

— Она жива?

— Да.

— Я убью эту мразь… — внезапная вспышка ненависти ослепила меня вполне физической болью. Оказывается, эмоции тоже вызывали мгновенные приступы боли.

— Вряд ли получится. Её жгли, обезглавливали, расчленяли, сжигали, расстреливали, травили, топили, вешали — бесполезно. Бессмертные не могут умереть.

— Повезло… суке…

— Она бы с тобой не согласилась. Вряд ли нам, смертным, под силу понять, что ты испытываешь, когда живёшь тысячами лет и понимаешь, что жизнь пусть идёт своим ходом, но особо не меняется. Её можно понять.

— Пуля во лбу её поймёт, — процедил я и схватился за голову.

— Не злись на…

— Не покрывай эту суку, — прорычал я, пусть даже это стоило мне боли. — Ей и так слишком много прощали. Если ты такая умная, можешь… можешь катиться к чертям отсюда. Меня чуть не обнулили.

— Не обнулили бы, можешь верить мне.

Я не стал спрашивать, откуда у неё такая уверенность и почему меня зовут братом, хотя некоторые подозрения появились. Возможно… возможно, она тоже клон… господи… Я просто подумал, а расплатился такой стрелой боли, что слёзы хлынули из глаз… Подумаю завтра… Или послезавтра… Может стоит действительно прислушаться и ни о чём не думать? Потому что… потому что я словно пробиваюсь через гул собственного голоса и буквально не слышу себя. И всё же у меня были вопросы, которые требовалось решить.

— Ты… знаешь, кто я?

— Клон.

— Нет, кем работаю?

— Наркобарон, — ответила она. Значит, можно спрашивать дальше. В любом случае, неоткуда больше получить информации, а мне уже надо понять, что делать…

Если я не помру от головной боли.

— Мой картель… без меня… — пробормотал я через силу.

— Нинг отправилась к ним. Она объяснит ситуацию и даст понять, что всё в порядке.

— Они убьют её… — пробормотал я, предвидя реакцию Джека. Он там, наверное, единственный, кто будет топить за меня.

— Ты бы стал убивать ту, кто обещает вернуть твоего босса обратно?

— Я бы убил, чтоб она не смогла его вернуть, — ответил я искренне.

— Что ж, будем надеяться, что верность твоих людей выше, чем твоя собственная, — ответила она. — У Нинг были ещё вопросы к тебе, поэтому думаю, что когда она придёт, вам будет о чём поговорить.

— Сколько я уже здесь?

— Меньше суток с момента активации. Ты очень быстро отошёл.

— Ясно… — просипел я и решил добавить. — Если я увижу эту шалаву…

— Она будет рада, если ты найдёшь способ отобрать её жизнь, — ответила ведьма. — А теперь отдыхай. Сейчас ты в безопасности.

— Хотелось бы верить…

Но я не верю.

Вопросов к этой дамочке было так много, что если бы не голова, я бы точно всех их задал, но мне даже думать было больно. К тому же, так клонило в сон, что сил сдерживаться не было. Надо бы связаться с картелем и Джеком, но… потом… Да, потом свяжусь…

Кирико Кири

Тонкие грани (том 6)

Глава 233

Я никогда не считал себя особенным. Никогда. Может быть в меру умным и удачливым человеком с наклонностями к аналитическому уму, в чём-то талантливым, но отнюдь не особенным.

Особенный ли я теперь?

После всего, что узнал как о себе, так и о сёстрах, уверенно ответить на этот вопрос я не мог. Всё, что у меня было, оказалось лишь фальшью. В том, что я умел и к чему был предрасположен, не было ни грамма моих собственных усилий и упорства. Считай, всё преподнесли на тарелочке — просто возьми. Написанный и вживлённый код, которым надо было лишь воспользоваться.

С одной стороны, я был особенным. Но с другой… не был ли я обычной написанной программой, в которой нет ничего удивительного? Как мне относиться к самому себе? Как к оружию и обычной кукле или как к тому, кому выпал редкий шанс стать чем-то большим, чем обычным человеком? Как к человеку и личности с удивительными возможностями или как к бездушной машине с чужими заложенными мыслями?

Было ли во мне что-то от меня самого? Или это всё программа?

Такие простые вопросы, но я даже не мог на них ответить. Не потому, что не знал ответа, а из-за непонимания, что есть я и где заканчивается программа и начинается моя собственная душа с желаниями и целью. Может быть это было глупо, но мне хотелось быть самим собой и свободным, а не тем, кто следует инструкции. Хотелось быть личностью, а не живой куклой.

И эти непонятные мысли сводили меня с ума.

Когда человек сходит с ума? Когда он начинает закапываться в самого себя, тем самым руша структуру сознания, постепенно разваливая здравомыслие. Этим я и занимался, к сожалению, при этом не в силах остановиться. Я хочу быть свободным и сам творить свою судьбу, а не делать всё по заложенной инструкции. Мне это было очень важно. Все мои ошибки должны быть моим выбором, все мои неудачи — моими просчётами, все мои грехи — лишь частью меня самого.

Я хочу знать — настоящий ли я или нет.

Ад — это состояние души.

И я вновь в аду. В собственном аду вопросов. Глупо ведь? Что изменилось с того, что я клон, верно? Но для меня поменялось многое: как искренна была моя любовь к дорогим мне людям? Был ли мой выбор конкретно моим? Я поступаю как хочу или как должен?

Это сводит с ума…

Самокопание…

А если так подумать, то и к криминалу я никогда не стремился, шагнув на этот путь лишь по обстоятельствам. Из-за одной случайности. Было ли это запуском программы или моим выбором? Криминал, торговля наркотиками, убийства, насилие, попытки подмять под себя город — всё это пришло так просто, будто я был рождён для этого. Подобное настолько отличалось от меня толстого, кто даже мухи не обидел бы и больше предпочёл книжку таким событиям, что покажи мне меня прошлого и настоящего, и я уверенно бы сказал — это два разных человека. Следовательно… два ли мы разных человека? Стал тем, кого хотели видеть другие, или же это и есть я?