Избранный цикл фантастических романов 1. Компиляция. Книги 1-24 (СИ) - Кири Кирико - Страница 1314

— А если там, помимо неё, кто-то есть? — спросил я. — Если она наводит мосты, то должны быть и те, кто помогает ей.

Он задумался, глядя на них.

— Да, может быть и так… Тогда Француз, Шрам, едете с ними. Четыре человека лучше, чем два. Увидите бойцов — сразу валите без оглядки. Автоматы возьмёте с собой на всякий случай. Да и вообще, лучше не раздевайтесь пока, чтоб не дай бог что.

— Ладно, — пожал Пуля плечами. — Тогда погнали сейчас, что ли… Да, кстати, мы возьмём Rolls-Royce тогда? Ну, чтоб доехать?

— А жирно не будет?

— Но оставлять его здесь тоже плохая затея, верно? Чего машине пропадать? Она же столько стоит! Да даже продать потом или тебе ездить! А ещё…

А ещё Пуля привёл море примеров, чем плохо оставлять машину здесь. Так много, что у меня даже голова заболела. И глядя на Бурого, который морщился, предположу, что у него тоже голова заболела от такого словесного поноса. Потому после экзекуции словами он лишь махнул рукой.

— Чёрт с вами, берите машину, только потом чтоб привезли её, а не бросили хер знает где!

— Есть! — сжал кулак Пуля.

— Да! — вскинула руки Гильза.

— Я за рулём, — вздохнув, сообщил Француз.

— Эй! Я хочу за рулём! — возмутился виновник лишних хлопот.

— На обратной дороге поедешь. Пошлите, закончим всё побыстрее.

— Погодь, — остановил нас Бурый. — Как расправитесь, позвоните, что всё сделано, и езжайте к Мачо. Я вам сразу по пути и скажу, безопасно у него уже или мы только начинаем, чтоб вы случайно не попали под огонь ни наш, ни его. Ясно?

— Я понял, — кивнул Француз.

Когда мы спускались вниз, Гильза тихо прошептала мне, будто маленький ребёнок, получающий на новый год подарок.

— Мы поедем на Rolls-Royce. Ты представляешь? Мы и на Rolls-Royce!

Она говорила так, будто подобные нам не то что мечтать не смеют, даже не имеют права о таком думать. Словно Rolls-Royce и другие машины похожего уровня были святыней, к которой прикоснуться могли только лучшие. Я думаю, что именно из-за этого суждения и появляются проблемы, когда одни сами себя принижают, а другие это поддерживают и стараются сделать так, чтоб это стало нормой.

На счастье Пули, гараж был почти не тронут. Помимо Rolls-Royce Phantom и Ferrari Portofino здесь стоял брутальный тюнингованный Hummer H1, чтоб можно было ездить с комфортом, и новенький Mercedes S-Class. Я даже не знаю, что скромнее, Mercedes или Rolls-Royce. На каком он ездит на покупки, а на каком на встречи? Хотя, судя по окнам, Mercedes-то бронированный.

— Может Mercedes возьмём? Он бронированный, как я понимаю, — кивнул я на машину. — А нам защита не помешает.

— Ты чё, никогда на мерсах не катался? — фыркнул Пуля, ходя вокруг машины своей мечты.

— А ты на многих успел поездить?

— Нет, но… боже, это просто мерс, только новый и бронированный! А вот Rolls-Royce, так ещё и Phantom, машина для элит, а не для дешёвых понторезов. Настоящая громоздкая роскошь. Мечта, а не машина…

— Ты будто влюбился, — усмехнулся Француз, подойдя к небольшому ящику, в котором висели ключи.

— В машину можно влюбиться, — мечтательно ответил тот.

— Я думала, что ты меня любишь, — как-то уныло сказала Гильза, поглядывая ревниво на машину.

— Нет, ты не обсуждаешься. Всегда будешь на первом месте, — успокоил он её. — А вот машина займёт почётное второе.

— Ладно, поехали уже, — открыл машину Француз.

Гильза тоже было потянула на себя ручку, после чего воскликнула:

— Вот идиоты! Они дверь неправильно сделали! В другую сторону открывается.

Судя по лицу Пули, я мог сказать, что в этом вопросе мы были солидарны — идиоты совсем не инженеры машины в данный момент.

— Так и должно быть, Гильза, — открыл я перед ней дверь. — Она создана, чтоб ездить на заднем сидении, а не на переднем.

— А-а-а… — протянула она, хотя я уверен, что она ни слова не поняла из того, что я сказал. — А ты? Поедешь тоже на заднем?

— Не, хочу на переднем, — отмахнулся он.

— Тогда смысл выбирать было именно эту машину? Она создана для езды на втором ряду.

— Так я хотел порулить, а этот… говнюк…

— Я всё слышал, — отозвался тот, садясь за руль.

— …видишь, что устроил? Хочу именно покататься на ней.

— Как знаешь, — пожал я плечами и сел на второй ряд, где уже всем подряд щёлкала Гильза.

— Здесь даже бар есть… — зашептала она заговорческим тоном, открыв небольшую дверцу. — С ума сойти. А ещё смотри.

Она нажала кнопку, и матовое стекло поднялось, огораживая нас от первого ряда.

— Эй! Только без глупостей! Ты слышишь?! — постучался с той стороны Пуля.

— Ну ладно-ладно, — приоткрыла она окно на чуть-чуть. — Требую везти нас к Фее, чтоб вышибить сучке мозги.

— Требует она, ага, как же, — хмыкнул Француз и завёл машину.

Та очень тихо замурлыкала двигателем, который было едва-едва слышно внутри, после чего очень плавно тронулась. Мы практически поплыли. Ни в какое сравнение с теми машинами, на которых мне приходилось ездить. Но сейчас я не мог насладиться моментом. Я вообще ничем не мог насладиться, сидя как на иголках от предстоящего.

— Кла-а-асс, — протянула она тихо. — Вот это классно…

Двери гаража открылись автоматически, и стоило нам выехать, как взгляду открылась территория перед поместьем Соломона. Там всё было перекопано и выезжено, как после войны. К телам, что были до этого, добавились тела наёмников Мачо, концентрация которых повышалась к забору, около которого их и прижали перекрёстным огнём со всех сторон.

Сейчас здесь были наёмники Бурого. Я насчитал в общей сложности около тридцати — тридцати пяти человек, пока мы не подъехали к забору, который так же автоматически открылся перед нами.

Пока мы ехали, на переднем сидении начали разговаривать Пуля и Француз, о чём-то споря. И под шумок, пока они были заняты спором, Гильза закрыла окно между рядами, глупо хихикнув.

— А так их и не слышно совсем! — обрадовалась она. — Хорошая машина. Можно даже выпить!

— Не стоит, — поймал я её за руку. — Не перед заданием.

— Ну ты и зануда… — протянула она расстроенно, так и не открыв холодильник.

— Зануда — это тот, кто не хочет, чтоб ты напилась на задании и случайно пристрелила своего же?

— Ни разу такого не было!

— А ты часто пила перед заданием?

— Не-а, ни разу.

— Ну вот потому и не было, — пожал я плечами.

Мы выехали на убитую дорогу, кочки которой были не по зубам подвеске машины. Пришлось крепиться и терпеть колдобины. Вскоре проехали и джипы, которые оставили на обочине.

— Грустно, — вздохнула Гильза, проводя их взглядом.

— Что именно? — удивлённо посмотрел я на неё. Было ощущение, что она считала мои собственные эмоции.

— Не знаю. Просто грустно, — улыбнулась она, после чего потянулась и чмокнула меня в губы. — Хочешь, пока брат не видит, я тебе трусики покажу?

— Скажи мне, пожалуйста, что изменится в моей жизни, когда ты покажешь мне трусики? — поинтересовался я без интереса.

— Ну… ты будешь знать, как они выглядят.

— И что мне это даст?

— Эм… возбуждение? — сделала она попытку.

— Ничего не даст. Меня не заводят трусы девушек, — трусы на девушках меня-то заводят, но к ситуации и к месту, а не в угнанной машине, когда мы едем убивать дальше. Мои мысли слишком далеки от подобного сейчас. — К тому же, тебе придётся снять всю амуницию.

— Тогда… — она сделала характерный знак, надавив себе на щёку языком.

— Нет настроения, прости, — отвернулся я.

Учитывая то, что ещё предстояло сделать, моё настроение падало пропорционально тому, насколько я становился ближе к цели. Потому что практически перед ней рвом пролегали моральные принципы, которые мне предстояло перешагнуть ради победы.

Это были законы мира — как далеко ты готов зайти, чтоб получить желаемое? Насколько ты его действительно желаешь? Я уже проходил это, и прохожу вновь, зная, что пойду до конца. И от того моё настроение скатывается в депрессию. В бою эти мысли ещё не посещали меня, так как не до этого было, однако сейчас, когда всё успокоилось, они с новой волной захлестнули моё сознание. Вновь и вновь третировали меня, буквально выворачивая наизнанку. Я не видел проблем с кем-либо, кроме близнецов. Они были тем самым рвом, который надо было преодолеть, а потом спросить себя: «Что такое быть человеком?». Потому что таковым я себя ощущал с каждым разом всё меньше и меньше.