Избранный цикл фантастических романов 1. Компиляция. Книги 1-24 (СИ) - Кири Кирико - Страница 1249

Я был Мясник.

Шёл июль, шла война, которая бесконечно уносила жизни людей, подобных мне. Соломон продолжал покупать мясо, которое направлял под пули, тем самым обеспечивая кладбища работой. Бывшие зэки, алкаши, молодые парни, что повелись на деньги, отчаявшиеся люди, отморозки — все шли в ход. В расход. Но даже они не могли перебить естественную убыль боевиков.

Что касается банд, то у них, в отличие от Соломона, набирать в таких количествах людей возможности не было. Бабочки так вообще не могли найти столько особей женского пола, что были готовы отдавать свои жизни ради ненужной им войны. Их количество сокращалось очень быстро, и улицы утопали в женской крови.

В ход пошли даже наёмники, которые действовали куда более жёстко и нацелено, чем сами боевики. Иногда за нас, иногда против — смотря кто их покупал.

Оборотни тоже проявляли себя, но всё так же нечасто, как и раньше. То там появятся, то там, обозначая своё присутствие трупами без пулевых отверстий.

Что касается моей личной компании, то Джек пока собирал людей и наводил справки о тех, кто может свести нас с бандами. Делал он это очень медленно, так как постоянно кто-то не мог, у кого-то температура, а у кого-то геморрой от нагрузок. Собрать всех в кучу оказалось куда сложнее, чем я думал. К тому же, некоторые отказывались сразу, услышав, куда им предлагают вступить. Эдак половина как минимум. В тот момент я вспомнил о старом бывалом вояке, что жил напротив меня в прошлой квартире, и послал к нему Джека с предложением присоединиться или хотя бы выслушать.

Да, жизнь шла своим чередом.

Июль подходил к концу, не запомнившись ничем, и Саки сообщила мне, что собирается съезжать.

Чмокнула в щёку и обняла.

— Спаси-и-ибо, — протянула она. — Даже не могу выразить, как я благодарна, — ластилась она ко мне. — Ты такой хороший.

— Не за что, Саки, — обнял я её. — Я рад, что у тебя всё хорошо.

— И будет хорошо! Да-да!

— Будет, — кивнул я, улыбнувшись. — Ты молодец, — и тоже поцеловал её в щёку.

Собирать ей особо было и нечего. Кроме чемодана, куда влезла вся одежда и детская утварь, ей больше ничего и не требовалось. Плюс кольцо с амулетом.

— Кольцо — подарок бабушки. Оно передаётся дочерям. Ну или внучкам, если дочерей нет, — объяснила она. — А амулет просто подарок. У меня в детстве был друг, очень хороший, и он… он умер от импульса…

Это резануло меня едва ли не по живому.

— Но когда он ещё был жив, подарил его. Сказал, чтоб я жила своей жизнью и брала от неё своё. А потом он умер.

— Но никто не сказал, что надо брать не всё подряд и с умом.

— Верно, — улыбнулась она. — А теперь…

Она окинула взглядом квартирку, где мы жили, после чего вздохнула:

— Имей ввиду, я не прощаюсь, хоть и буду жить в другом месте.

— Знаю.

— И… спасибо, Томас. Ко мне так хорошо разве что родители относились до того момента, как я их опозорила.

— Не за что. Ты действительно сильная, Саки, просто тебе надо вырастить свой несгибаемый стержень, — с этими словами я достал небольшой конверт. Всего две тысячи, но ей они пригодятся куда больше, чем мне. — Держи, — и уже видя, что она хочет отказываться, тут же продолжил. — Это твоей дочке, а не тебе. С днём рождения малютку Эйко.

Я нежно и аккуратно коснулся пальцем её маленького носа.

— Ну ты и жук… — протянула Саки. — С такой стороны зайти.

— Они тебе больше пригодятся, чем мне, Саки, — улыбнулся я слабо.

— Ну ла-а-адно. Но те деньги я тебе всё равно верну, имей ввиду, — дёрнула она носом.

— Хорошо.

— Тогда давай, а то нас такси уже ждёт. Я не прощаюсь, ещё придём в гости!

— Давай, береги себя. Я буду ждать.

Так Саки покинула мой дом, оставив меня одного наедине с собственной жизнью. Мягкая и тёплая сторона, которая стала на какое-то время смыслом моей жизни, ушла. Это было к лучшему, её дом находился вдали от разборок, и там ей ничего не угрожало, не зря я помогал ей выбирать район. К тому же, учитывая то, что происходит, со мной жить ей будет куда опаснее.

И всё же мне было грустно отпускать её. Почему-то теперь квартира выглядела пустой и никому не нужной, где ещё витал след Саки. Она теперь только угнетала своей пустотой. Буквально чуть больше полутора месяцев назад я повстречал Саки и чувствовал омерзение от одного взгляда на то, во что девушка превратилась. Тогда мне не очень-то и хотелось, чтоб она оставалась в квартире. А когда она покинула мою квартиру и стала жить самостоятельной жизнью, мне стало одиноко.

Небольшой толчок, который буквально помог человеку подняться. Может несколько толчков, но всё же.

Я сполз по стенке с тихим стоном. Почему-то захотелось плакать, и я не стал себе отказывать в этой слабости, так как никто всё равно не видел. Что я оплакивал? Уход Саки? Или собственное жалкое существование, которое хорошо чувствовалось в одиночестве? Или тоску, что в конечном итоге я один?

Разберись я в этом вопросе, и, возможно, мне бы стало легче. Но увы, всё, на что я был способен, были слёзы, немые и жалкие. Так в моей памяти отметился июль, вернее, его конец.

Зато август начался очень весело.

Бои вспыхнули с новой силой, и кончилось всё тем, что уже полиция начала подключаться к перестрелкам. Было понятно, что добром это не закончится, и вскоре пролилась первая кровь полицейских. Не от наших рук, но тем было всё равно, страдать начали все, и в войне теперь участвовало три стороны. Причём не закончись она в скором времени, и останется одна. Потому что государство всегда в выигрыше.

Глава 110

Середина августа. Если точнее, то шестнадцатое число. Тот день, когда мы в первый раз все вместе собрались. Этакий день рождения нашего отряда, целью которого было разрушение картеля. Это можно было назвать знаменательным днём, так как именно у нас была возможность сделать то, что не могли сделать банды — ударить так, чтоб он не оправился и развалился.

Главная причина этого, конечно же, была во мне. Нет, это не бахвальство и хвастовство. Я не искал славы и уважения, чтоб кто-нибудь сказал: «Посмотрите, он особенный!». Ничего подобного, просто я был из тех, кто оказался в нужное время и в нужном месте. Любой, кто имел желание сдвинуть картель и своих людей в практически высших эшелонах, мог провернуть то же самое.

Главное, чтоб был тот, кто знаком с местностью и будет наводить удары не на объекты и территории, а непосредственно на людей и главные узлы.

Я разузнал многое. Разузнал, кто где живёт, про транспортировку грузов, про то, где что находится, сколько человек охраняет, когда приезжает подмога, по какой принципу стоят соколы и многое другое. По-настоящему разузнать это не сложно, если есть желание и время. Кто-то где-то проговорится, другой захочет объяснить принцип действия, третий во время разговора упомянет что-нибудь. Уметь всё это складывать, запомнить и анализировать — не понадобятся никакие документы с точной информацией.

Ещё много чего предстояло выяснить, но у нас было время, было много времени. Всё зависло от Бурого, который не спешил вставлять своё веское слово в разрушение картеля, который, как мне сказали, образовался едва ли не одновременно с появлением наркомафии, когда приплыл первый корабль, набитый наркотиками. Даже несмотря на вид картеля сейчас, потрёпанного войной с партизанами, он имел большой запас прочности и мог дать отпор практически любому, если мобилизует все свои силы.

И мы готовились, как могли.

Потому сейчас, сидя в квартире Джека и пробуя его новый чай, я ждал, когда придут его товарищи, что согласились встретиться и выслушать моё предложение.

Смешно сказать, но согласилось всего два человека, что ну не очень-то и густо, да тот старый вояка, который пошутил насчёт работы: он тоже принял приглашение, сразу сообщив, что пока ни на что не подписывается. В сумме три.

Я, честно говоря, рассчитывал раза в три больше получить от знакомых Джека, человек эдак шесть. Он так описывал проблемы с работой у всех… Но видимо, влезать в авантюру рискнули или самые отчаянные, или самые отчаявшиеся.